Марина Лаврук – Младший сын. История зимы, что окрасила снег алым (страница 124)
Мира наслаждалась тающим перед ней мужчиной, она поднялась от шеи к уху и тихо прошептала:
— Я люблю вас, учитель.
Ясуо тяжело вдохнул, ему хотелось прижать девушку к себе со всей силы, он схватил ее за талию усадив на себя.
Поза получилась крайне похотливая, но осознал он это не сразу, ему просто хотелось крепко обнять девушку и не более, как думал он, но не его организм.
Естественная реакция тела преследовала его с тех самых пор, как Мира поцеловала его впервые. Просто Ясуо лишь игнорировал ее, он был монахом, даже мысль о чем-то подобном вызывала в нем неописуемое чувство стыда. Поэтому он помогал себе медитацией или холодными купаниями, и никогда не смел даже подумать о чем-то другом.
Мира же особой скромностью никогда не отличалась и пару раз даже пыталась коснуться учителя, каждую попытку он жестко пресекал. Он допускал возможность этого, но не сейчас, она еще слишком юна.
Сейчас девушка сидела упираясь именно туда, куда явно не следовало. Ясуо хотел было поправить ситуацию и переложить Миру на бок, но молодая госпожа уперлась коленками в кровать демонстративно схватив руки Ясуо и прижав к постели.
Она просто целовала его, а, чтобы причинять меньше неудобства подняла бедра, держа их не весу.
Стоило Ясуо хоть немного прийти в себя, как Мира словно почувствовав это опустила бедра, она осторожно подняла ладони учителя закинув их ему за голову и сцепила в замок со своими. Ее язык приник к языку учителя, легкими волнообразными движениями заставляя трепетать от нежности. В этот момент ее бедра предательски начали двигаться плавно вперед, также плавно назад. Вновь и вновь, так что у Ясуо в один момент закатились глаза, а дыхание сбилось.
— Остановись, — быстро дыша тихо произнес он, — пожалуйста остановись…
Он слегка отклонил голову назад, его кадык заметно дрожал, а руки все сильнее сцепливали ладони миры в замок.
Мира же словно пленимая зрелищем, не дышала, ее душа разливалась жарким огнем, а низ живота пронзали сотни бабочек.
Абсолютно новое, незнакомое чувство для Ясуо охватило его тело, он чувствовал, что все это нужно прекратить сейчас же, они были одеты, но настолько нагим и бесстыдным он не чувствовал себя еще никогда.
Чувство становилось все сильнее, контролировать все было все сложнее и сложнее, Мира словно чувствуя это прильнула к шее учителя и ласково провела по ней языком, продолжая мучать.
Несколько прерывистых оглушительно громких для Ясуо и едва уловимых для Миры стонов вырвалось из рта учителя, он широко открыл глаза, щеки залились краской, а по всему телу прошла неконтролируемая истома, ему хотелось рассмеяться, а глаза накрыло пеленой.
Мира приподняла бедра отпустив руки учителя, нежно поцеловала его в губы и рухнула рядом с ним на кровати.
Весь ее вид выражал довольство, а рядом лежащий Ясуо сейчас словно балансировал над пропастью, ему было одновременно так хорошо, что аж плохо. А эти жуткие стоны, что это вообще такое, мало тебе было рыдать перед ней?
Он лежал, продолжая смотреть в потолок и сдерживая предательскую улыбку, Мира же осторожно поправила локон на его лице.
— Так чем вы сегодня занимались? — беззаботно спросила девушка.
Ясуо скептически перевел на нее взгляд:
— Мне кажется это ты проклятье для демона в твоей душе, не наоборот!
— Нет, я ваше проклятье, — рассмеялась Мира.
Близился апрель, Ясуо как обычно ожидал учеников раскладывая бумаги, на улице заметно потеплело и массивные накидки остались в прошлом, чувство легкости и внутри, и снаружи, но интуиция не давала Ясуо расслабиться, что-то было не так.
Он задумался, стоя у своего стола, дверь распахнулась и в класс вошел первый ученик.
— Когда ты успел вернуться? — он искренне был рад видеть Масаши, без него класс был уже не тем, да и в целом за 2 года они успели значительно сдружиться.
— Приветствую вас учитель, вчера ночью, — Масаши выглядел все также, возможно слегка подрос или похудел, но взгляд почему-то был туманным.
Сначала Ясуо подумал, что Масаши вероятно не выспался, но когда ученик прошел мимо, чувство страха и тревоги окутало сердце учителя, он постарался не выдать эмоции на своем лице, но в голове то и дело проносилось:
— Эта энергия, такая же, нет, что-то не так, все по-другому, более…
Его заставили отвлечься другие ученики, которые зашли в класс. Мира светилась при виде брата, она встретила его еще вчера, но по-прежнему не могла нарадоваться его приезду.
Занятия подошли к концу и Ясуо отпустил всех, он очень хотел оставить Масаши, но Мира схватила брата за руку, что-то увлеченно рассказывая по поводу ужина и утащила за собой.
Это был последний день жизни Наито Ясуо, и он это чувствовал.
В тот день в его дом наведался Масаши, никто из дворца не знал, о чем они беседовали, абсолютно никто.
Через пол часа наследник покинул дом учителя, а Ясуо следом направился во дворец, он шел уверено, целенаправленно к Мире.
Он уже принял яд, сердечно принесенный его учеником, часов жизни оставалось все меньше и меньше.
Видя картину того, как учитель торопиться, Масаши лишь презрительно закатил глаза и направился к отцу. Сегодня его цель была ясна, уничтожить все, что касается учителя, а самый простой способ — это обвинить учителя в порочной связи с собственной ученицей, а тем боле дочерью императора. Простой смерти тут было недостаточно, его имя должно быть стерто с истории императорской семьи, Масаши сделает для этого все.
Ничего не подозревающая Мира вальяжно лежала на кровати, раскинув руки в стороны и изучала потолок. Ей было от чего-то настолько беспокойно, что сил подняться просто не было.
Удивленные слуги лишь озирались на учителя уверенного шагающего в спальню ученицы, он ни на что не смотрел, никого не видел. Он всего лишь хотел обнять ее в последний раз, пока еще не потерял рассудок.
Без стука он распахнул дверь и вошел в комнату, стараясь дышать как можно спокойнее, его виски слегка сдавливало, а вены на шее заметно разбухли.
Мира от неожиданности подорвалась и испуганно смотрела на учителя, от чего-то он выглядел настолько плохо, губы синели, а ко лбу прилипли вымокшие от пота пряди волос, взгляд был затуманен.
Оно вскочила с кровати, ей не нужно было много знать, чтобы понять, что происходит что-то страшное, Ясуо бы никогда так своевольно не пришел в ее комнату. Он подбежала к учителю желая помочь ему выровняться и устоять на месте, но как-только подошла он со всей силы сжал ее в объятиях.
Прижатая к его сердцу, она чувствовала, его сердце стучит как-то ненормально шумно, не быстро, а шумно так словно что-то ему мешает нормально биться. Она попыталась оттолкнуть учителя упираясь ладонями в грудь, лишь хотела спросить, что случилось, от чего ему плохо? Но он лишь сильнее сжал ее в объятиях, его плечи дрожали. По щеке Миры медленно покатилась слеза.
— Пожалуйста скажи, что случилось? — забыв о какой-либо вежливости обратилась она к учителю, едва слышно.
— Я просто очень хотел тебя увидеть, я рад, что ты сейчас здесь со мной, правда рад, — голос Ясуо был каким-то осипшим, чувствовалось, что ему сложно говорить.
Он ослабил руки и мягко взял девушку за плечи, глядя в ее глаза он продолжил:
— Сегодня я должен буду уйти, но, — он остановился и взглотнул воздуха.
— Уйти, куда уйти? Надолго? Почему? — глаза Миры становились все более жалостливыми, сердце обливалось кипятком.
— Мира, прости, наше «навсегда» не будет долгим, сегодня я умру, но…
Ясуо не успел договорить как Мира жадно схватила его за воротник одеяния:
— Что значит умрешь? Не неси ерунды, ты пришел сюда чтобы издеваться надо мной, что происходит, Ясуо? — девушка кричала и из глаз непроизвольно начали литься слезы.
Яд прожигал каждую клетку его организма невыносимой болью, но еще больнее было видеть Миру такой. Он так хотел стать первым человеком кто не бросит ее, он хотел прожить с ней всю жизнь, хотел сделать ее счастливой, а в итоге окончательно уничтожил.
— Выслушай меня. Как когда-то выслушал тебя я, — ласково произнес он.
— Я, я.… — Мира рыдала, но стихла, лишь все сильнее сжимая его одеяния.
— Я благодарен за каждую твою улыбку и взгляд, благодарен за каждое слово, сказанное тобой. Все годы до встречи с тобой я не жил, я просто существовал, ты стала миром для меня, — он погладил девушку по щеке, его глаза выражали абсолютную земную любовь. — Чтобы сегодня не произошло в этом нет твоей вины, — он приподнял подбородок девушки, продолжая смотреть ей в глаза.
Мира не могла ничего ответить, она уже не хотела ничего слышать и видеть, она хотела исчезнуть, не чувствовать боли.
— Ты повзрослеешь, встретишь человека, который никогда не оставит тебя, ты будешь счастлива с ним. А я навсегда останусь с тобой лишь в твоем сердце, пожалуйста, — из глаз Ясуо потекли слезы, — пусть я останусь светлым воспоминанием, я не прошу большего, отпусти меня и не вини, прошу, я …, — он не мог больше ничего сказать, сделал пару глубоких вдохов, — я не прошу у тебя ничего большего, просто будь счастлива, хорошо? Моя Мира…
Он склонился над ней упираясь лбом к ее лбу.
Этот день стал последним в жизни Наито Ясуо, а Ясуда Мира продолжила существовать, была ли она жива, она уже не знала.
Они стояли так несколько минут, пока Ясуо не схватил приступ кашля, кое-как успев прикрыть рот ладонью, но кровь успела попасть на белоснежные одеяния Миры, увидев это девушка едва устояла на ногах.