Марина Лаврук – Младший сын. История зимы, что окрасила снег алым (страница 112)

Первыми в кабинет зашли Ую с Масаши, заметно загоревшие за период отдыха и уж тем более выросшие за 2 года обучения, господам было уже около 18 лет и сейчас они стали поистине красивыми юношами, высокими и статными, с первыми шрамами, с осознанностью в глазах, прекрасные молодые наследники.

— Приветствуем вас, учитель, — улыбаясь поклонились ученики.

— Приветствую, — ответным поклоном ответил Ясуо, — как вы? Удалось отдохнуть?

— Ну смотря, что считать отдыхом, отец выбрал место явно на свой вкус. Учитель вы бы видели то количество женщин, что успело пройти наши палаты, вы бы расплакались, — ощутив резкую боль в горле Масаши выпучил глаза и начал дергать руками

Смущение, выраженное в гневном взгляде учителя, сработало быстрее, чем рассудок, сняв заклинание, он поспешил напомнить, о чем не следует говорить и разговор принял вновь дружеский настрой.

Постепенно все молодые юноши подошли в зал занятий, поделившись впечатлениями о проведенном времени и вновь закидывая учителя своими колкими фразочками и вопросами, на которые Ясуо уже не обращал внимания и общался в той же манере.

Масаши преподнёс учителю подарок в виде благовоний, что конечно же удивило Ясуо.

— Нужно будет проверить на наличие яда и трупной пыли, большое спасибо, — язвительно ухмыльнувшись произнес он.

— Обязательно, — ответил Масаши и направился к своему месту.

Девушки заметно опаздывали, чувство тревоги в груди нарастало все больше и в момент, когда дверь распахнулась чувство тысячи вонзающихся иголок прошло по ногам и ладоням учителя.

Вот она причина его беспокойства, сколько бы он не отрицал, сколько бы не проклинал себя этого не изменить, молодая госпожа, за это время превратившаяся в молодую девушку, прекрасную как первый снег и такую же колкую как первый мороз — Мира. Одно ее упоминание вызывало в душе учителя гром и молнию, переворачивая все внутри вверх дном.

Он на 10 лет старше, даже мысль о том, что он влюблен в молодую девушку вызывало в нем глубокое чувство неприязни к самому себе. Это началось совсем недавно, за несколько недель до их отъезда, когда все усердно вырисовывали записи, учитель предпочитал смотреть в окно на плывущие мимо облака или же зарываться в бумагах, чтобы не нарушать покой учеников и не смущать их своим пристальным взглядом.

Но в тот день, его угораздило поднять взгляд и направить прямо в классную комнату. Мира сидела за первым столиком сразу напротив, ощутив на себе внимание она подняла свои круглые синие как морская бездна глаза. Взгляды застыли словно мгновенье не движется, но тут девушка дерзко улыбнулась, наклонив голову в сторону, учитель до этого сохранявший хладнокровное лицо в любой ситуации, ощутил, как кровь хлынула к щекам и глаза предательски выдали испуг. Отведя взгляд к окну, Ясуо продолжал чувствовать предательский стук сердца, которое словно бешенное сообщала ему о серьезных проблемах, но не со здоровьем.

С того дня он боялся посмотреть на молодую госпожу, а прежде чем начать с ней разговор собирался мыслями и прилагал существенные усилия.

Любое ее действие или фраза казались пробивают его броню вновь и вновь раня самую нежную мышцу.

Но даже мысль о влюбленности была недопустима, слишком большая разница в возрасте, слишком большая разница в происхождении. Поэтому Ясуо предпочитал считать, что это демоническая энергия императорского клана влияет на целостность его души вызывая подобный эффект.

Подобному аргументу поверил бы кто угодно, но к сожалению, самого себя убедить выходило плохо. Особенно после разлуки в 3 месяца, душа не пришла в норму, его душе стало еще хуже. Сейчас он смотрел на девушку, стоявшую в дверь и что-то эмоционально доказывающую подругам, застав как статуя и боясь вдохнуть, словно каждый вдох ломает ребра.

— Приветствуем вас, учитель, — хором произнесли девушки и направились каждая к своему месту.

Собрав самообладание в кулак Ясуо поприветствовать учениц.

Начав урок истории, Ясуо то и дело запинался или же ловил странный приступ удушья.

Мира сидела сразу напротив, ранее надменный взгляд воспринимался больным разумом как кокетливый и каждый раз натыкаясь на него в комнате учителю становилось все хуже.

— Вы плохо себя чувствуете? Может продолжим завтра, а сегодня мы самостоятельно ознакомимся? — видимо устав от странного поведения учителя произнес Ую.

— Да, я вас таким разве видел разве что когда та девушка на источниках перепутала мужскую и женскую купальню, — разразившись смехом произнес Масаши, толкая Ую в плече

Весь класс пустил легкий смешок, а лицо учителя стало еще краснее, словно температура тела достигла предела.

Ясуо вырос в окружении монахов, родителей никогда не знал, особого выбора в жизненном пути ему никто не предоставлял. Он просто знал только один путь, путь как у его наставника. Но «отец» Ясуо рассмотрел в своем названом сыне нечто большее и отговорил совершать полную аскезу от мирской жизни, остановив на воздержании и отказа от мяса. Ясуо никогда и не думал, что подобный выбор может причинить ему такую боль. Это было нормой его жизни, даже покинув монастырь, сталкиваясь с десятками женщин, ни на минуту не сомневался и даже не придавал этому значения, для него «по-другому» просто не могло быть, как «по-другому»? Он не знал.

Но эта близость к ученикам, которые то и дело отпускали пошлые шутки и рассказывали о своих любовных похождениях, все-же напомнила Ясуо о его природе. А возникшая демоническая привязанность к Мире, окончательно добила его.

Откашлявшись, учитель произнес:

— Да, я действительно не важно себя чувствую, изучите пожалуйста тему самостоятельно, завтра проверю, с вашего позволения я уйду, — поклонившись и подняв глаза поймал на себе то ли любопытный, то ли взволнованный взгляд юной госпожи, словив новый приступ паники как ужаленный вылетел из кабинета.

Зайдя в свой дом, он оперся спиной к стене и прижал ладони к лицу, которое еще горело. Горело все тело, низ живота предательски кололо.

— Какое же ты ничтожество, даже не смей думать о подобном.

Искупавшись в холодной воде, что казалось привело его в чувство. Ясуо погрузился в медитацию. Звук шагов, сквозь медитативный сон Ясуо услышал чужое присутствие возле себя. Годы тренировок и сноровка сработала быстрее чем сознание и вот Масаши за шею прижат к стене. Волосы учителя были еще слегка влажными, взгляд туманным и безумным. Из-за чего Масаши ощутил действительный ужас перед этим человеком, он хоть и вырос значительно, но все же оставался на пол головы ниже из-за чего картина перед ним выглядела еще более устрашающей.

— Э,э, вы чего?

— Ты с ума сошел? Что ты тут делаешь, кто разрешил тебе войти? — придя в себя и отпуская ученика произнес Ясуо.

— Да вы так себя странно вели, решил вас проведать, а никто не открывал, я уже решил, что вы того.

— Было бы неплохо, да? — с ощутимой язвительностью в голосе произнес учитель

— Ой да ладно вам, матушка передала какие-то отвары, сказала они помогут с вашими приступами, я пошел, — не дожидаясь ответа Масаши вышел из дома.

Ясуо подошел к столику, где ученик оставил лекарства и внимательно осмотрел отвар, Макото была лучшим медиком в императорском дворце, поэтому в действенности препарата он и не сомневался. Внимательно рассматривая баночки Ясуо ощутил легкий приступ удушья.

Через секунду дверь его дома распахнулась, а в дверях стояла Мира, с круглыми глазами и немного удивленным внешним видом.

— Я планировала постучать, но она сразу же открылась, простите пожалуйста, хорошо, что вы одеты, — улыбнувшись и не попросив разрешения вошла девушка.

Ясуо забыв о всех мерах предосторожности, которые он соблюдал, имея дело с Масаши, выпил содержимое первой баночки залпом. Лишь бы притупить чувство сжигающее его изнутри после необдуманной фразы его ученицы. Это было ошибкой, ведь в записке к лекарствам, были прописаны дозировки и сейчас учитель выпил примерно в 4 раза больше чем должен был. В глазах возникла пелена и прекрасный образ его ученицы, которая смотрел на него застыв, начал таять словно в тумане.

Глава 46. События императорского двора. Часть 2

Мягкая, нежная ладонь коснулась лба Ясуо. Он пришел в себя, чудом очутившись в кровати, чувствуя себя спокойно, но немного ощущал потерянность в пространстве:

«Вероятно так себя чувствуют люди, когда пьяны, — подумал он, — СТОЙТЕ».

Моргнув сильнее, чтобы снять пелену с глаз, Ясуо наконец увидел, что он действительно в кровати, верхнее его одеяние, которое обычно застегнуто под самую шею, распахнуто и нижнее съехало, оголив грудь.

Возле постели же сидит его главное проклятье. Мира заколола волосы в тугой пучок, обнажив шею и сделав свой образ еще более хрупким. Выглядела она на удивление уставшей, словно боролась со сном уже долгое время.

— Неужели, я думала вы уже не придете в себя, — улыбка с легкой усталостью озарила ее лицо.

То ли от количество выпитых успокоительных, то ли от чувства общей усталости, Ясуо смотрел на нее не отрывая взгляд. Солнце уже давно село и теперь он видел ее облик совсем иначе, девушка закатала рукава на бело-золотом одеянии, привычное надменное лицо сменилось спокойным и заботливым, освещенное светом от свечи ее лицо казалось еще более игриво ласковым.

— Так, видимо вам все же плохо, — щелкая пальцами у лица учителя Мира начала двигаться из стороны в сторону, словно стараясь уловить взгляд учителя, двигаются ли у него зрачки?