Марина Ковалева – Как я захотел на Бородинскую битву (страница 2)
– Бабка что, музей ограбила? – у Влада даже глаза округлились.
– Или антикварный магазин, – отвечаю. – Что с этим делать будем?
– Надо подумать… А что мы должны делать, по-твоему?
– Не знаю. Но ведь кто-то ищет свой чемодан? Это же настоящее ограбление!
– По-твоему, надо в полицию отнести?
– А ты как считаешь?
Сидим и смотрим друг на друга. В голове все мысли перепутались. Но понимаем, что бабке сокровище нельзя оставлять. Она может и не осознает, что натворила. И если здесь чемоданчик оставить, он так и затеряется в мусорных кучах. А кто-то ведь ищет, с ног сбился.
– Надо в полицию позвонить, – как-то неуверенно говорит Влад.
– И сидеть тут, их ожидать? А Ляп-Нога может вот-вот объявиться. Нас увидит и опять пойдёт к моей бабушке жаловаться. А бабушка твоим родителям скажет. Хочешь, чтобы нам снова от родителей прилетело?
– Нет, спасибо. Мне прошлого раза хватило.
– Давай просто заберем сумку с собой, пока Ляп-Нога не вернулась.
– Куда же забирать? Домой, что ли, нести?
– Не-е-е… Такое домой нельзя тащить, ты прав.
– А если здесь перепрятать? Нет, тоже не годится. И Ляп-Нога ведь может перепрятать.
– Просто сейчас берём чемодан и несём в полицию. А отсюда нам пора убираться!
– Точно! Уходим по-быстрому! Только давай я следы замету. Барахло в ящик кину – и сматываем!
Я назад на улицу перелез, Влад мне сумку подал и сам выскочил. Мы сверху на сумку мешки с физкультурными кроссовками пристроили, чтобы её не так заметно было. На спинах у нас рюкзаки школьные, но их вес уже привычный, мы за спину ещё и мешки с кроссовками обычно закидываем. А тут пришлось их в руках нести, ужас как неудобно. Быстро отошли квартала на два, и я говорю Владу:
– Слушай, а давай сначала всё рассмотрим, как следует. А то в полиции чемодан заберут, и дело с концами. Интересно же посмотреть, что мы нашли.
– Я тоже хотел это сказать, – подхватил Влад. – Только надо куда-то заныкаться. Не будем же мы посреди улицы ордена раскладывать.
Идём с ним, по сторонам озираемся. И тут Влад вспомнил про овощной магазин. И правда, подходящее место. Добежали мы до него и зашли со стороны глухой стены. Там фруктовые ящики складывают, а от улицы стену кусты высокие закрывают. Рюкзаки сбросили, посидели. Вроде тихо, никого рядом нет. Стали осторожно молнии расстёгивать и коробочки по одной доставать.
Ну, такой красоты мы ещё не видели, ордена все такие разные! То красный крест с маленьким золотым щитом и короной в центре, то белый крест с острыми раздвоенными кончиками, а под ним скрещенные золотые пушечки. Я быстро в них запутался: сплетённые золотые буквы, цифры, венки, двуглавые орлы… Слишком большое разнообразие.
– Чего их так много? – шепчу Владу, – и один на другой не похожи! Гляди, вот самый прикольный!
И протягиваю коробочку с золотым крестиком. На нём наверху корона, а в центре серебряный круг с львиной мордой. Мне этот орден больше других понравился. А Влад мне в ответ показывает чёрный крест с золотым венком в серёдке. Настоящие сокровища в этих коробочках.
– Вот, наверное, деньжищи эта сумка стоит! – шепчет Влад.– Как квартира или машина, как думаешь?
– Понятия не имею, – тоже тихо отвечаю. – Но коллекция ценная, ежу понятно. Чем быстрее от неё избавимся – тем лучше.
Пока коробки доставали, мы их пересчитывали. Всего оказалось двадцать девять штук. Вот так наш очередной набег в берлогу Ляп-Ноги закончился неожиданной находкой. Даже супернаходкой!
Мой друг Влад
Мы с Владом давно дружим, с третьего класса. Тогда ещё кусочек луга оставался. И наши местные любили там гулять в хорошую погоду. Мамы с колясками, девчонки с бадминтонами, собачники. Какая-нибудь компания приносила мангал и жарила шашлыки, пацаны на великах гоняли. Мы с Владом тоже там тусовались.
Дело в том, что наши улицы когда-то городской окраиной были. Названия улиц сами за себя говорят: моя улица – Полевая, Влад живёт на Сиреневой, есть ещё Круговая, Дальняя, Дачная. А дальше уже большой пустырь находился. Бабушка говорит, что очень давно там был военный полигон. Но потом военные уехали, и полигон превратился в луг. Кто-то из соседей даже коз держал и на этом лугу их пас. Весной луг красиво расцветал полевыми цветами. Зимой с луга в улицы иногда забегали лисы. А потом там началась огромная стройка. Один за другим стали вырастать двадцатиэтажные дома. Но я стройку плохо помню. Запомнилась только пыль столбом на дороге, по которой без конца грузовики сновали. В итоге к нам пришла цивилизация: магазины, кафешки и прочее. Незачем теперь в центр города ездить, всё в новом микрорайоне есть. Мне старого луга совсем не жалко, потому что между высотками классные детские и спортивные площадки сделали. Там гораздо интереснее гулять. А наша соседка Ляп-Нога тоже повадилась по новому микрорайону шастать. Контейнерные площадки для мусора – её любимое место охоты. Короче, все теперь довольны и счастливы.
Когда мы учились в четвертом классе, между нашими улицами и новыми высотными домами ещё лежала довольно широкая полоса луга. И однажды так удачно сложилось, что, когда мы с Владом приехали туда на великах, никого на лугу не было. Кроме Полины. Она с младшей сестрой чего-то в траве ловила. Меня как ударило что-то. Стою и смотрю на неё издали. И вдруг слышу голос Влада:
– Может, ты уже подойдёшь и признаешься?
– В чём признаюсь? – притворно спрашиваю. А сам чувствую, как сердце стучит.
– Признаешься, что она тебе нравится. Думаешь, я не замечаю?
И правда, я тогда первый раз влюбился по-настоящему. Полина училась в параллельном классе и я, когда её видел, не мог себя заставить отвести глаза от неё. Пару раз удавалось ей что-то сказать, и тогда весь день был для меня счастливым. Я ломал голову, как бы с ней поближе сдружиться, но ничего не мог придумать. И тут оказывается, что Влад в курсе.
– Э-э-э… просто… А что, сильно заметно? – промямлил я.
– Ну, я заметил, я же твой друг, – спокойно говорит Влад. – Только давай без луны.
– В смысле?
– В смысле ждать особого случая: ах, какой вечер, какая луна красивая… и всё такое!
– Да, ты прав. Но что она ответит?
– Вот и узнаешь. Держись спокойно, уверенно. Ничего страшного не случиться, не переживай.
И в тот момент я почувствовал, что Влад мне настоящий друг. Такие слова поддержки были мне как раз нужны. Влад не дразнил, не кривлялся, спокойно говорил, с пониманием дела. И я решился. Положил велосипед возле друга и пошел по траве. Сейчас сделаю то, о чём давно думал. Неловко только, что рядом с Полиной сестра крутится.
И вдруг вторая удача. Полина повернулась ко мне и смотрит, как я подхожу. А младшая сестра побежала за бабочкой. Последние метры между нами кончились. Я услышал свой голос:
– Привет, Полина! Знаешь, я давно хотел тебе сказать, что ты мне нравишься. Это взаимно?
– Хах, это смешно! Ты так смешно выглядишь, – говорит она, прищуривается и начинает хихикать. – Рыжий мальчик признается мне в любви. Забавно. Это не взаимно.
Стою, её слова перевариваю. А она уже отвернулась и на сестру вдаль смотрит.
– Я не рыжий, – говорю, – и я пошутил. Забудь.
Поворачиваюсь и к Владу иду.
– Что она сказала? – спрашивает Влад.
– Что это не взаимно, – отвечаю. – Давай отсюда подальше отъедем.
Мы уехали на дальний конец луга и Влад мне говорит:
– Девчонки сейчас глупенькие ещё, с ними невозможно дружить. Ведут себя лицемерно. Вот когда старше станем мы и они, тогда нормально можно будет общаться.
И так Влад авторитетно это высказал, что мне сразу легче стало. После того случая на лугу Влад мне лучшим другом стал. А в Полине я разочаровался.
Наши рейды к Ляп-Ноге
Когда последняя полоска луга была застроена, всё население наших улиц стало пользоваться соседней цивилизацией. Мы с пацанами быстро все дворы и площадки изучили. Особенно красивые они вечером, с подсветкой. На некоторых детских площадках такие деревянные корабли построены, типа пиратских, чтобы маленьким детям по ним лазать. Или мостики всякие, турники. Короче, круто район оформлен. На газонах перед подъездами кусты фигурно пострижены, кое-где украшения стоят. Мельница или велосипед трёхколесный. Но на самом деле это такие подставки для цветов. И там плошки с цветами вставлены. Однажды иду я домой и вижу: перед двором Ляп-Ноги толпа из нескольких незнакомых тётенек. Все что-то говорят и пытаются к ней войти. А Ляп-Нога их ловко из калитки выталкивает и задиристо так покрикивает, как водится у нечистой силы. Дома я бабушке про это рассказал, и она поспешила к женщинам на помощь. Бабушка у меня общественной работой занимается, её все знают, и наша Баба Яга в том числе. Пришлось ей подчиниться моей бабушке. Через некоторое время идут эти тётеньки мимо наших окон и несут гипсового гнома с выгнутыми руками. Наверное, гном на каком-то газоне тоже цветочный горшок держал. Бабушка вернулась и говорит, что Ляп-Нога завалила свой двор бытовым мусором и надо участкового вызывать. Потому что нам угрожает нашествие крыс. Она же и гнома свистнула с новых улиц. И возможно, ещё что-нибудь, но среди хлама трудно понять, где что.
Конечно, я такой новостью с Владом поделился. И тогда мы в первый раз к ней во двор забрались, просто чтобы посмотреть. Прикольное место. Мы не удержались, кое-что там переставили, доломали не доломанное. Но часто мы к Ляп-Ноге не ходили, чтобы нас не заметили. И всё-таки однажды не успели убежать: калитка открылась и вошла старуха. Увидела нас и как взвизгнет! Руки растопырила и к нам бросилась! Честно сказать, в эту минуту мы её жутко испугались. Как зайцы побежали в разные стороны, я от страха с первого раза на забор даже не смог вскарабкаться. Еле перелез, пока Влад от неё уворачивался. Влад от неё по всему двору бегал и потом в калитку выскочил. Помчались мы по улице, а у самих аж зубы от страха клацают. А Ляп-Нога не дура оказалась: пришла к моей бабушке жаловаться. Бабушка очень возмутилась, что мы издеваемся над убогим человеком. Хотя на самом деле мы старуху и пальцем не трогали, во двор залезали в её отсутствие. Но бабушка сгоряча ещё и к родителям Влада сходила, поставила их в известность. Короче, отгребли мы с другом тогда неприятностей. Особенно со мной мама несправедливо поступила: забрала пятьсот рублей, которые я хорошими оценками заработал. Нормальный ход, да? Я честно все тройки на четверки и пятёрки исправил и собирался с пацанами в компьютерный клуб сходить. Это была моя заслуженная награда. Мне так обидно тогда стало, что я со злости маме сказал, что больше не буду верить в договоры с ней. Но у меня мама кремень. Никогда решение не изменит. Как дала деньги, так и забрала. Я потом слышал, что бабушка спорила с мамой. Сто пудов, что меня защищала. Но поход в клуб пришлось пропустить.