Марина Котлова – Шепот дракона (СИ) (страница 5)

Отбросив ненужные сейчас мысли, молодой князь быстро оделся и отправился в зал совещаний, на очередное совещание, решающее судьбу драконов. Как будто оно могло что-то решить.

— Трэвил, дорогой, у тебя всё в порядке?

Голос, безусловно, принадлежал его матери. Мама нечасто баловала его своим вниманием, и это его насторожило.

В глазах золотоволосой эльфийки застыла тревога, она окинула сына внимательным взглядом и проговорила. — Ты плохо выглядишь. Может, стоит показаться лекарю.

— Со мной всё в порядке, немного отдохну и приду в норму.

Не привыкший к вниманию со стороны матушки, Трэвил чувствовал себя неловко, однако, эльфийка с неожиданной настойчивостью положила руку ему на плечо. — Ты уверен?

— Да. Не переживайте, матушка.

Он успокаивающе похлопал её по руке и круто развернувшись, направился к двери зала совещаний. Когда он заходил, то обернулся и встретился взглядом с княгиней Алиар, она всё еще стояла в конце коридора, и с тревогой смотрела на него.

Совет собрался в полном составе, все сидели с мрачными сосредоточенными лицами. Трэвил вздохнул и уверенно двинулся к своему отцу. Князь Фэйлинер сидел и внимательно слушал одного из Старейшин. Появление сына он лишь отметил лёгким кивком головы.

Как только старейшина Климен закончил говорить, князь выпрямился и жестом призвал всех к тишине.

— Сегодня мы собрались здесь, достопочтенные лорды, дабы обсудить одну из главнейших наших задач. Трэвил, прошу.

Молодой князь встал и, слегка поклонившись совету, начал говорить.

— Уважаемый совет, к сожалению, наша миссия по поиску артефакта — Слеза дракона, не была успешной. Следы нужного нам предмета теряются в государстве людей. Так как живут люди мало, то их память несколько ограничена, и даже старейшие из знающих, с трудом вспоминают нужные сведения. Известно только, что около пятисот лет назад, правивший тогда король Лориус, получил в подарок довольно необычную вещицу, ставшую впоследствии украшением королевской сокровищницы. Долгое время вещица была сокрыта от чужих глаз, однако, около сотни лет назад, она была украдена, и с тех пор следы её теряются.

Нам не удалось раздобыть сведения об артефакте, и если он случайно не всплывёт, то найти его не представляется возможным.

По рядам старейшин пролетел вздох разочарования. Если наследный князь Трэвил ничего не смог сделать, то надежды нет.

— Уважаемый совет, — между тем продолжал молодой князь, — прошу вас не поддаваться унынию. Не всё ещё потеряно, возможно, артефакт всё же найдётся, или у нас родится новый Говорящий.

— Но, ведь есть ещё и пророчество. — Раздался неуверенный голос. Флеймир, совсем недавно вошедший в состав Совета и потому, ещё немного смущавшийся, встал и обратился к эльфам.

— Пророчество Авилотии гласит. Однажды, в Древний лес придёт существо, способное подарить лоуре надежду и если мы, по своему недосмотру, не уничтожим его, то получим возможность вернуть былое величие.

— Флеймир, этому пророчеству более тысячи лет, и кто знает, возможно, мы уже уничтожили свою надежду. Стражники на границе не любят задавать вопросы и чаще стреляют на поражение.

— Может, стоит пересмотреть вопрос контроля границ княжества, при попытке прорыва отдельных лиц?

Князь задумчиво посмотрел на молодого старейшину, от чего тот едва уловимо покраснел.

— Ты прав Флеймир, нам необходимо изменить порядок задержания нарушителей наших границ. Уважаемый совет, кто за то, чтобы прежде чем уничтожать нарушителей, их доставляли на наш с вами суд?

Руки подняли большинство.

Проснулась я, от какого-то неясного шума. И что бы вы думали? Два моих очаровательных попутчика пытались слинять.

— Стоять. — Рявкнула я что есть мочи. — Куда это вы направились?

— А мы, это, до кустиков и назад. — Вымучено улыбнулся Лорвик.

— Вдвоём? Мальчики, я начинаю плохо о вас думать. — Произнося всё это, я насмешливо изогнула бровь, заставив ребят мучительно покраснеть. Слаженно вздохнув, они отправились назад.

— И не стыдно вам? А ещё клялись.

— Мы клялись до того, как узнали, что ты отправляешься к лоуре. — Пробурчал Сторн.

— А вот это, уже детали. Теперь, верните мне мечи, и быстренько соберите хворост для костра.

Парни отдали мне своё грозное оружие с самым разнесчастным видом.

— Что, завтракать никто не хочет?

При слове завтрак, они мгновенно преобразились и резко бросились выполнять поручение. Костёр запылал в рекордные сроки, и я постаралась их не разочаровать.

Провиант, который я взяла с собой, рассчитывая на неделю пути, стремительно таял, но я надеялась, что мы, всё же сможем где-нибудь раздобыть денег, или провизии. Не так уж всё безнадёжно.

Отправились мы, где-то через час. Ещё раз, разложив карту и определив направление движения, мы выступили.

Шли мы молча, разговаривать совершенно не хотелось. Несмотря на наступающую осень, было довольно жарко, что естественно не добавляло хорошего настроения, поэтому, на вопросы парней отвечала я нехотя. Видимо, почувствовав моё настроение, мои неожиданные спутники, решили оставить меня в покое, и пошли чуть позади.

До ближайшей деревеньки оставалось совсем немного, когда нас нагнал конный отряд.

— Кто такие?

Нависший над нами мужик, явно был главным, он брезгливо оглядел нас с ног до головы и сморщился.

Посмотрев на своих спутников, лица которых просто лучились кретинизмом, я вздохнула и начала гнусавить плаксивым голосом.

— Господин, в Полеску мы идём. Братьев веду, болеют они у меня. Мамка тоже болеет, не может нас прокормить, вот мы к тётке и подались. В деревне то, прожить завсегда легче, чем в городе.

— Что-то братья у тебя больно подозрительные, ишь как косят.

— Да, на голову они больные, что с них взять. Вот им мамка сказала, харчи с собой на дорогу взять, а они что?

— Что?

Я продемонстрировала мужику экспроприированное оружие.

— Во, железяки взяли.

Весь отряд громко заржал.

— Ладно, бес с вами, идите. Только по краю дороги, нечего народ пугать.

— Слышь, сопляк, что-то ты с братьями не сильно похож. — Неожиданно встрял один из войнов, подозрительно щурясь.

— Да, папки-то у всех разные. — Покаянно вздохнула я.

Ещё немного посмеявшись, всадники исчезли за облаком пыли, поднятым копытами их коней, а я осталась один на один со своими подозрительно притихшими спутниками.

— Так ты говоришь, на голову больные? — Подозрительно спокойно спросил Лорвик.

— А нечего было бросать меня одну. — Огрызнулась я, делая несколько ненавязчивых шажков в сторону. Хлюпики то они хлюпики, но если кинуться вдвоём, не отобьюсь. Запинают же.

Разгадав мой манёвр, парни двинулись ко мне. Я конечно не трусиха, но погибать героем, мне пока рановато, и потому, круто развернувшись, я бросилась бежать. Опыт предыдущего забега, дал мне понять, что в данном виде физических состязаний мои преследователи не блещут.

Я оказалась права, не прошло и десяти минут, как за спиной послышались стоны и шум падающих тел. Ну, вот, теперь можно и передохнуть.

Немного отдышавшись, я подкралась к валяющимся в пыли парням.

— Да ладно вам, подумаешь. Зато они от нас отстали. Если хотите, можете в следующий раз меня дурой назвать, я не против. Тем более что это недалеко от истины. — Пробормотала я себе под нос.

Мои попутчики и по совместительству проводники, молча, поднялись, и мрачно глянув на меня, молча, двинулись вперёд.

— Ребята, ну хватит дуться. Вы же не оставите меня одну, вас же совесть потом замучает.

Моя речь была рассчитана, ещё, как минимум, минут на десять, но кое-кто решил внести свои коррективы. Боль скрутила меня так внезапно, что я даже не успела крикнуть. Как только я замолчала, удивлённые парни оглянулись и застыли поражённые открывшимся им зрелищем.

Я лежала на дороге, свернувшись калачиком, и прижимала к животу, сжатые в кулак руки. Великая матерь, как же мне было больно, ощущение было такое, будто в моём животе разгорелся костёр, и потушить его нет никакой возможности, а потом меня осенило. Труднее всего было произнести первое слово, а потом стало легче.

Я запела песню, одну из тех, что вычитала в так любимых мной книгах, я пела на языке лоуре. Пела для своего малыша. Он просто был напуган, так что, в своём состоянии я была виновата сама.

Не знаю, сколько времени прошло, но боль ушла и я смогла, открыть глаза. Первое, что я увидела, это парни, которые сидели рядом со мной и с тревогой смотрели на меня.

— Всё в порядке, уже всё в порядке. И не надо на меня так смотреть.

Я осторожно приняла сидячее положение.