Марина Королёва – Чисто по-русски. Говорим и пишем без ошибок (страница 10)

Однако подождите отбрасывать в сторону слово «браво»: с ним тоже история интересная. Известное междометие «браво!» – то самое восклицание, которое выражает одобрение, восхищение, – не связано с храбростью. В итальянском bravo буквально означает «отлично». Так что, если публика в театре или на концерте кричит «браво!», она, считайте, кричит «отлично!».

Но в итальянском есть еще и прилагательное bravo – буквально «храбрый, смелый». В XVII–XVIII веках в Италии этим словом называли, между прочим, наемного убийцу, киллера, как мы выразились бы сейчас.

Возвращаясь к слову «бравурный», вспомним еще о двух словах – «брава́да» и «брави́ровать». Они из того же гнезда: «бравировать» – от французского braver (хвастливо рисоваться чем-то); «бравада» – от французского bravade (показная удаль, лихачество). Во французском оба слова произошли от brave – храбрый, смелый.

Вот так всё и сошлось к одному корню. Помните только, что русское слово «бравурный» произносится именно так: «браву́рный».

Брак

– Вы в браке?

– Я? Да вы что! Был, но больше никогда! Как говорят в народе, хорошее дело браком не назовут.

Слышали такую поговорку про брак и «хорошее дело»? Наверняка. Поговорка известная, грех не сыграть на этом удивительном языковом эффекте – когда и супружество называют «браком», и негодную продукцию. Так что, если в браке у вас что-то пошло не так, брак налицо! Большинство шутников совершенно уверены: это одно и то же слово. Придется их разубеждать.

Итак, есть «брак» и «брак», два разных слова. Да, пишутся они одинаково, но значат разное (омонимы). Чтобы убедиться в том, что брак, кроме «внешнего вида», ничего общего с браком, то есть с некачественной продукцией, не имеет, достаточно заглянуть в толковый и этимологический словари.

Семейный союз мужчины и женщины, супружество, или «брак». О, этот брак! Сколько умов пытались уловить и определить его суть! «Счастливый брак – это долгий разговор, который всегда кажется слишком коротким», – писал А. Моруа. «Брак – это лихорадка, которая начинается жаром, а кончается холодом», – ставил диагноз Гиппократ. Само же слово «брак» было еще в древнерусском языке, но происхождение его довольно туманное. Предполагают, что в русский оно пришло из старославянского, а туда – из общеславянского, от «бърати», то есть «брать» (вспомните, мы же говорим с вами «брать в жены»). В любом случае, слово наше, исконное.

Чего никак не скажешь о другом «браке» – том, что означает негодную продукцию. Слова́ «брак» и «браковщик» в этом значении известны у нас только с конца XVII – начала XVIII века. А всё потому, что пришло слово «брак» из немецкого языка, точнее, из нижненемецкого диалекта. Там brak означало «порок, недостаток», а до этого, еще раньше, «обломки». Сравните с английским brack – «изъян, обломки».

Так вот, слово «брак» в этом значении, судя по всему, забрело в русский язык самостоятельно, не прибегая к посредству других языков, да так и осталось – несмотря даже на то, что точно такое же слово, только с другим значением, уже было. Не знаю, как вы, а я не в претензии: у нас есть лишний повод для языковой игры.

Брандахлыст

Кто такой «брандахлыст»? Или… что такое? Не стоит удивляться, этот вопрос имеет право на существование, ведь брандахлыст – это и «кто», и «что». Точнее, так: когда-то брандахлыст был «чем», а уж потом стал «кем».

«Экий брандахлыст!» – так мы можем сказать о человеке никчемном, который прожигает время, свое и чужое, о человеке пустом, праздношатающемся. Да уж, брандахлыст так брандахлыст. Слово это, так или иначе, знакомо многим, кто говорит по-русски. Яркое слово, сочное, ничего не скажешь, одно удовольствие произнести!

Однако во времена В. Даля «брандахлыст» означал нечто совсем иное. Брандахлыст могли пить или есть.

Да-да, именно так! «Брандахлыстом» в просторечии называли жидкий плохой суп, а также плохую жидкую пищу: дурное и жидкое хмельное питье, слабую или горелую сивуху, бурду… «Это у вас не чай, а какой-то брандахлыст!»

«Брандахлыст» или «брындахлёст» – так еще могло выглядеть это слово в разных говорах.

Слово очень интересное. Его первая часть, как полагают, происходит от немецкого branntwein (водка). А вторая, скорее всего, связана с глаголом «хлыстать», что, как вы понимаете, значит «пить в больших количествах спиртное, спиртные напитки».

Впрочем, есть и другие предположения. Они основаны на том, что в чешском языке есть слово brynda – «бурда, пойло», а в белорусском слово «брында» означает «бездельник, шалопай». В словаре В. Даля есть близкие слова – «бурдохлест», «бурдохлыст», которые связаны со словом «бурда».

В общем, непростое слово.

Брандмейстер

Могут ли слова… надоесть? Наверняка могут, как и многое другое. А поскольку слов в языке, слава богу, хватает, можно предположить, что замена вскоре будет найдена. Вот только будет ли эта замена адекватной?..

Скажем, корреспондент часто выезжает на пожары. Понятно, что почти каждый раз ему приходится произносить одни и те же слова: «возгорание», «огонь», «борьба с огнем», «пожарные»… «Ну нельзя же так, в самом деле! – думает корреспондент. – Неужели нечем заменить слово „пожарный“?.. А, вот, вспомнил: было такое красивое слово “брандмейстер”! Кажется, это и есть “пожарный”. Скажу-ка я “брандмейстер”». «Брандмейстеры борются с огнем», «когда подъехали брандмейстеры, огонь уже утих»…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.