Марина Кондратенко – Изменить судьбу (страница 9)

– Неловкая ситуация, – бормочет англичанин. – Вам тепло?

– Да, – шепчу я. – Горячо.

Интересно, что чувствует он? Неужели он до сих пор равнодушен, и мое тело на него никак не действует? Неужели он и правда такой бесчувственный? Я слышала, что англичане все неэмоциональны и сдержаны, не зря их называют чопорными… Но не до такой же степени! Ооо, чувствую, как что-то твердое упирается в меня ниже живота. Ага, мистер Неприступный Эверест, попался. Поворачиваю голову и сталкиваюсь с ним нос к носу. Мы смотрим друг другу в глаза, я снова вижу огоньки, наши губы в одном сантиметре друг от друга. Я решаюсь и легко касаюсь этих зовущих губ. Он отвечает и с нежностью целует меня, просовывая язык мне в рот и жадно исследуя его. Страсть во мне уже полыхает вовсю. Хочу его здесь и сейчас!

–Кто-нибудь есть в лифте? Говорит диспетчерская! Говорите! – Послышался грубый женский голос из динамика… О, нет, как не вовремя!

Говард, как ошпаренный, отлетел от меня и торопливо заговорил в динамик:

–Мы застряли в лифте! Здесь холодно, немедленно примите меры!

Спустя две минуты, лифт поехал вниз и открыл двери на первом этаже. Говард не смотрел на меня. Он казался очень расстроенным. Быстрым шагом он пошел к выходу из помещения. Я догнала его, резко схватила за руку и повернула к себе.

– Почему нет? Я Вам не нравлюсь? – прямо спросила я, со всей страстью держа его за руку.

– Вика, Вы самая соблазнительная и сексуальная девушка, которую я когда-либо видел. Но я обручен, меня в Англии ждет девушка. И этим летом я навсегда улетаю.

Мне нечего ответить. Мой Филипп повел бы себя так же. Опять Филипп!..Ну почему кнопка «Delete» в моей голове не срабатывает так же, как в компьютере?!

Молча отпускаю Говарда и отдаю пиджак. Он так же молча поворачивается и уходит. Провожаю его взглядом и вздыхаю. А я могла бы полюбить его и уехать с ним в Англию. Он был бы моим единственным костюмом в гардеробе. Что же, видимо, не мой размерчик. Хотя, даже примерка не состоялась. Но попытка была хорошая.

Последний месяц в институте выдался особенно тяжелым. Но тридцатого мая защита диплома прошла на «отлично». А на следующий день мне позвонил ректор и пригласил в ресторан – отметить это дело. Я не удержалась и рассмеялась в трубку, сказав, что у него, вероятно, очень богатая фантазия. В его возрасте нужно следить за давлением и сердцем, чтобы от чрезмерных напряжений оно не остановилось. Конечно, это было жестоко. Но мне нужно было его проучить. Нечего заглядываться на студенток.

Мама, переполняемая радостью за меня, разрешила устроить дома вечеринку в честь успешного окончания института. Холодильник ломился от еды и выпивки, и ее дочь с нетерпением ждала гостей. В прошлой жизни получение диплома отметить не удалось, ведь тогда я уже была в положении. В груди зажгло и защемило, и гадкие кошки больно заскребли на душе. Софья…

Сегодня я выбрала себе потрясающий наряд: короткое леопардовое платье с глубоким декольте. Я – хозяйка вечеринки и должна быть на высоте. Долго смотрюсь в зеркало, любуясь собой. Молоденькая, стройная, ни грамма лишнего жира, ни одной морщинки. Аккуратно собираю свои длинные волосы в «хвост», подкрашиваю ресницы. Достаточно. Никогда не любила «кукольных» макияжей с килограммами «штукатурки», даже в тридцать лет. Моя красота – естественная.

Вечером собрались однокурсники. Лица у всех счастливые, все рвутся во взрослую жизнь, мечтая покорить каждый свои вершины. Они оживленно разговаривают, перебивая друг друга, рассказывают о грандиозных планах на будущее.

– Лично я работать не собираюсь, – заявила наша фифа, блондинка Жанна с шикарно сложенной фигурой и грудью пятого размера, – не царское это дело.

Все засмеялись. Мы знали, что Жанна мечтает выйти замуж за олигарха и вести праздный образ жизни, дрейфуя где-то между спа-салонами, салонами красоты и ресторанами.

– А я уже год, как работаю в одной крупной корпорации, обещают карьерный рост, – похвастался наш отличник Макс.

–Да, ботаники везде нужны, – подколол Макса Дэн, этот мажористый и самоуверенный бабник. Высокий, красивый блондин с челкой до бровей, с голубыми глазами и чувственным ртом, он разбил не одно женское сердце (уж я-то знаю) в нашем институте. А может, и не только женское… Я улыбалась. Про себя называю его мартовским котом.

– Да я хотя бы сам пробиваюсь, а ты без своего папаши – полный ноль! – огрызнулся Макс.

– Мне тоже обещают приличное место, только пока не буду говорить – какое, боюсь сглазить, – лукаво выдала Крис. Все тут же начали ее допытывать, но так и не раскололи. Сохранять интригу – ее конек.

– А я думаю отдохнуть годик. Всю жизнь ведь потом пахать, надо для себя сначала пожить, – лениво протянула Лиза. Она была некрасивой, но деньги делали свое, и выглядела она миллион долларов. – Если деньги есть, чего париться?

– И я того же мнения. Чего париться. Нужно наслаждаться жизнью, – сказал Жека.

Все знали, что он балуется травкой и пропадает все время за игровыми автоматами. Наслаждается жизнью так, как сам это понимает.

– Тем более, я слышал, двадцать первого декабря 2012 года конец света по календарю Майя.

– Тебе, хоть конец света, лишь бы не работать, Женек, – заржал Дэн.

Я, улыбаясь, вспоминала двадцать первое декабря 2012 года. Весь мир тогда буквально стоял на ушах, с замиранием ожидая чего-то. Кто-то шутил, кто-то прятался в погребах, но были и те, кто жил обычным днем. Мы с Филиппом шутили в этот день и занимались любовью, как последний раз. Было очень здорово. В сердце неприятно екнуло, и дальше вспоминать о Филиппе мне расхотелось. Разумеется, в этот день ничего не произошло.

– Вик, а ты чего молчишь? Давай, колись, чем будешь заниматься? – Дэн заинтересованно ждал ответа, то и дело поглядывая на мой откровенный вырез. – Такая красотка, как ты, тоже наверняка желает стать женой олигарха?

– Не твоей, так уж точно, – засмеялась я и серьезно продолжила: – Для начала хочу объездить весь мир, а там посмотрим. Может, в шоу-бизнес подамся.

Никто не воспринял мои слова серьезно, все продолжали дальше увлеченно болтать. И только я знала, что с ними будет через девять лет. Вот, к примеру, Дэн. Папа возьмет его к себе в бизнес, о чем он сейчас и говорит. Но не пройдет и года, как он бросит все и укатит в Америку, где насмерть разобьется в автокатастрофе. Жанну бросит ее бизнесмен, и она уедет работать в Турцию, где и простынет ее след. Макс – семьянин, трое детей и ипотека. Жека станет наркоманом-героинщиком, а Лиза уедет жить в Москву и там потеряется. Ходили слухи, что она стала там светской львицей. Кристина моя станет заместителем министра, молодец. Место, о котором она говорила – это наша городская дума. Она пройдет туда по жесткому конкурсу, сначала секретарем.

В разгар вечера, когда все уже были навеселе, ко мне на диван подсел Дэн. Он улыбнулся и протянул бокал шампанского.

– Вика, ты отпадно выглядишь, – Дэн бесцеремонно обнял меня и нагло уставился на мою грудь. – Ты такая загадочная сегодня. Тебе грустно, детка?

Я вспомнила первый курс, когда мы познакомились с Дэном. Мне было восемнадцать. Совсем юная и наивная девушка, которая сразу по уши в него влюбилась.

Его все любили, он был душой компании. Весельчак, который, к тому же, весьма недурен собой. Мальчишеская внешность, увы, обманчиво скрывала его жестокий характер. При этом он, единственный из нашей группы, подъезжал к институту на собственной тойоте «Кроун» 1998 года. Как это всегда и бывает, мои чувства ослепили меня, закрыли глаза на все его недостатки. О нем ходили разные слухи. Одни говорили, что он встречается со взрослыми женщинами, а другие – что он в своей квартире устраивает дикие оргии. Отец на восемнадцатилетие подарил ему собственную квартиру, так как матери у Дениса не было, а отец жил с молодой женой. И якобы вот так он эту квартиру использует.

Я не верила этим слухам, а только все время смотрела на него влюбленным взглядом, пока он, наконец, этого не заметил и первый не подошел ко мне. Он улыбнулся своей непосредственной мальчишеской улыбкой и пригласил в кино. Я лишь кивнула головой, не веря своему счастью. После фильма мы пошли к нему. Дэн вел себя очень уверенно, все время обнимая меня и целуя. Я радовалась, как маленькая дурочка, думая, что я теперь – его девушка. В квартире он сразу повел меня в спальню, чем вызвал мое девичье замешательство. Но он был так ласков, и его нежные поцелуи разбудили во мне такую бурю чувств, что я просто не в силах была сопротивляться.

Опытными руками он гладил мое тело, снимая легкую одежду. Меня смущало, что он не выключает свет, но он лишь улыбался и шептал, что я прекрасна, и он хочет видеть мое тело. Когда он разделся догола, и я впервые увидела мужской стоячий орган, я растерялась и вся сжалась в комок. Денис удивленно посмотрел на меня, но продолжал целовать. Потому вдруг раздвинул мне ноги и резко двинулся вперед. Я закричала и оттолкнула его. Денис, будто обезумев, снова широко раскинул мои ноги. Адская боль пронзила мое тело. Я начала бить его руками по спине и царапать, умоляя остановиться. Но он не останавливался, а наоборот, ускорял темп, как будто мои крики его только заводили. Я плакала и умоляла Дениса, а он, весь красный от возбуждения, с открытым ртом, продолжал двигаться в бешеном ритме, приговаривая: «Да, детка, да…».