Марина Кондратенко – Изменить судьбу (страница 17)

Через три дня я еду в Штаты, надо себя чем-нибудь развлечь. Я вспомнила, что в эти годы в Японии был развит хостес. Наверняка есть клубы, где можно хорошо провести время и поболтать с русскими девушками. Я позвонила гиду, и он посоветовал поехать в район Ропонги – иностранный район в Токио. Сказал, мне понравится. Настроение чуть поднялось, и я начала собираться. Не хотелось выглядеть чересчур пафосно. Немного подкрасила ресницы, одела теплое розовое платье до колен. Минимум украшений, волосы собрала в “хвост”. Накинув замшевое пальто, я вышла.

Через двадцать минут таксист доставил меня в район Ропонги. Время на часах показывало одиннадцать вечера, но здесь жизнь, по-моему, только начинается. Ярко мигают неоновые вывески злачных заведений. Повсюду стоят зазывалы, а по тротуару ходит множество иностранцев. Я иду по улице, пытаясь высмотреть русский клуб. Возле одного здания я остановилась, на стене наклеена вывеска – реклама клуба “Эксель”. На вывеске изображены улыбающиеся девушки в вечерних платьях. Ко мне подошел невысокого роста негр-зазывала. Он обвел меня взглядом и спросил по-английски, нужна ли мне помощь. В институте по английскому у меня стояла твердая пятерка, но здесь я немного растерялась. Построив сначала предложение в уме, я спросила у него, работают ли в этом клубе русские девушки.

– Работа? – спросил он по-русски и радостно пожал мне руку. – Ес оф кос! Вэлком ту Эксэль! – он еще раз окинул меня взглядом, поднял большой палец вверх и повел меня в здание. На лифте мы поднялись на седьмой этаж и вышли уже в помещение.

Клуб был небольшой, квадратов тридцать. Сразу привлекла внимание девушка, танцующая около шеста: стрижка – каре, длинные ноги, хорошая пластика, откровенно сексуальные движения. На ней блестящий лифчик и прозрачная длинная юбка. На длинном диване справа около десяти девушек увлеченно о чем-то разговаривают. Во всем зале всего столиков десять, заняты два. За одним сидит мужчина-европеец с милой девушкой, за другим – два японца тоже в компании двух девушек. В зале шумно, и царит атмосфера веселья.

Шатенка возле шеста сексуально снимает лифчик, и девушки на диване громко свистят и кричат. Та, что сидела с европейцем, берет у него две купюры и с улыбкой подходит к танцовщице. Засунув одну купюру себе под пояс юбки, а другую в лифчик, она ложится на танцпол. Шатенка в ритме танца изгибается над ней и зубами достает купюры. Посетители явно в восторге от увиденного. Я начала сомневаться, что здесь найду подругу и общий язык. Я повернулась к выходу, но сильные руки негра развернули меня и направили к девушкам. Он с улыбкой начал что-то говорить им, но я не расслышала ни слова из-за громкой музыки. Девушки оценивающе меня разглядывали, у кого-то на лице я увидела улыбку, у некоторых безразличие. Негр повернулся ко мне и по-русски спросил:

– Как тебя зовут?

– Вика.

Негр отрицательно помахал головой.

– Вика ноу гуд. Джессика из гуд, – он снова показал большой палец и удалился на улицу. Я стояла в растерянности и не знала, что делать. Делаю приветливый жест – махаю девушкам рукой, но по-моему выходит по-идиотски. В это время подошла шатенка, которая танцевала, закурила сигарету и внимательно начала меня изучать. Что-то восточное было в ее внешности. Смуглая кожа, удивительно раскосые глаза, широкий, приплюснутый нос. С дивана соскочила курчавая негритянка, шутливо дотронулась до моего носа указательным пальцем и с улыбкой убежала.

– Добро пожаловать в коллектив, Джессика! – протянула руку шатенка и улыбнулась. – Меня зовут Жасмин.

Я пожала ей руку и улыбнулась в ответ. Да… По-моему, я только что получила работу. Супер, Джессика. Нужно сказать им, что я туристка. Вернулась кучерявая девушка с большим подносом рюмок. Все взяли по рюмке и одну вручили мне.

– Это текила Бум. Знаешь, что делать? – спросила Жасмин.

– Нет, – я помотала головой.

– Закрываешь рюмку ладонью и три раза стучишь по столу, потом пьешь.

– Фор Джессика, – весело закричала негритянка, подняв руку с рюмкой. Все чокнулись и принялись стучать рюмками по столу. Я накрыла стопку ладонью и три раза ударила по столу. Жидкость в рюмке забурлила, и я выпила текилу одним глотком. Необычный вкус, но мне понравился. А они милые. Официант, тоже негр, сделал знак миниатюрной блондинке в мини-юбке, и она вышла на танцпол.

– Это значит, ведут клиента, – крикнула мне в ухо Жасмин.

Вскоре показался зазывала с гостем. Им оказался мужчина лет тридцати европейской внешности. Он уселся за угловой столик и уставился на танцовщицу. Блондинка старательно виляла бедрами, оперевшись на шест и скрестив руки сверху, танцуя под легкий рэп. Негр махнул мне рукой и жестом показал, чтобы я села к гостю. Я широко открыла глаза и покачала головой. Они тут с ума все сошли, что ли! Я не работаю хостес! Жасмин меня подтолкнула к столику и крикнула на ухо:

– Иди, не бойся! Болтай о всякой ерунде! Улыбайся! Разводи на выпивку! – я оказалась возле гостя, и мне пришлось сесть рядом. Несмотря на всю нелепость ситуации, я испытывала восторг. Во мне заговорил мой авантюризм. Гость поздоровался на английском, и я поздоровалась в ответ. Он пристально смотрел на меня и, вероятно, ждал, когда я начну его развлекать. В этом же и состоит работа хостес? «Ну и долго ты будешь на него пялиться, как баран на новые ворота?», – спрашиваю себя. В конце концов, от безвыходности я ему рассказала, что я не работаю хостес. Я туристка, которая случайно попала в этот клуб, чтобы найти себе подругу. Гость неожиданно рассмеялся и сказал, что я вери фани. Мы познакомились. Он – Фред, а я назвалась Джессикой. Начала входить в роль. Он подал меню и предложил заказать выпивку. Винная карта богата выбором. Я бы выпила шампанского. Открыв список вин, начала внимательно изучать перечень, не смотря на цены. Выбрала “Дон Периньон” и указала ему пальцем. Он удивленно на меня посмотрел, подозвал официанта и сделал заказ. Официант окинул меня восхищенным взглядом и удалился. Я пожала плечами: у меня уже давно нет привычки смотреть на цены в меню. Я начала расспрашивать Фреда, откуда и зачем он в Токио. Выяснилось, что Фред из Берлина и здесь в командировке. Поделилась с ним, что недавно посетила Германию и рассказала, в каких местах была. Мы увлеченно беседовали, попивая шампанское. Зал постепенно наполнялся посетителями. Да это не работа, это мечта для лентяек! Сидеть и разговаривать с мужчинами, пить и есть за их счет, и еще за это деньги получать?! Я расслабилась и почувствовала легкое опьянение. Неожиданно диджей по-английски объявил:

– А теперь для вас станцует Несравненная Джессика! – заиграла композиция Pussycat Dolls “Buttons”.

Я пьяным взглядом обвела зал, совершенно забыв, что Джессика – это я! Весь зал смотрел на меня, включая Фреда, который приподнял брови и глупо улыбался. Я тоже улыбнулась и помахала указательным пальцем в разные стороны.

– Ноу! Ноу! – нет, еще я топлес не танцевала. Ни за что!

Но диджей не расстерялся, и снова объявил:

– Джессика, вау, Джессика, эврибади!

Неожиданно все девушки стали кричать мое имя под оглушительные свисты, крики и топот ног. Я не смогла сдержать такого натиска и вышла, пошатываясь, на танцпол. Кружилась голова, и легкость в теле расслабляла. Вика, ты сумасбродная! Что ты делаешь? Уноси ноги отсюда! Ты ведь не умеешь танцевать стриптиз! Хотя, что там уметь? Это заложено в каждой женщине. Весь зал аплодировал и ждал моего выступления. Я встала спиной к залу и крепко сжала шест. Двигаясь в такт музыке, начала соблазнительно приседать, рисуя ягодицами восьмерку. Затем встала, запрокинула ногу за шест и загнулась назад, непристойно лаская руками свое тело. Мне было одновременно и стыдно, и волнительно. Теперь я лицом к залу снимаю свое платье, и на мне остается черное ажурное белье. О боже, все пялятся на меня: и гости, и зазывала, и официант, и две негритянки с кухни, и диджей, и девушки… И это я – дипломированный специалист международного уровня?! Танцую топлес с полной башкой шампанского и бесстыдства?

Все ждут… Продолжая нескромно двигаться, отвожу руки назад и как будто расстегиваю лифчик, но не решаюсь на это. Наверное, вся залилась краской… Прижимаюсь к шесту ягодицами и медленно сползаю вниз, приподняв одну ногу. Все улыбаются и я снова вижу большой палец зазывалы. Ко мне подходит миниатюрная блондинка, у нее в зубах я вижу скрученную купюру. Эротично наклоняюсь и губами забираю деньги. Вика, какая ты развратная!…

Наконец, песня заканчивается и я быстро собираю вещи.

Фред меня уже ждет с очередной бутылкой “Дона Периньона”.

– Ты что, первый раз танцевала? – спросил он по-английски.

Я, смеясь, киваю головой.

– Неужели, ты и правда, туристка? – он тоже смеялся. – Крэйзи!

Выпустив адреналин, я спокойно пила шампанское и ела фрукты. Фрэд не уходил до закрытия клуба. В три часа объявили о закрытии, и Фреду принесли счет. Он выложил приличную сумму, судя по количеству долларов, которые неохотно вытащил из портмоне.

Когда все гости разошлись, зазывала, по совместительству менеджер и Босс Джон, по очереди выдавал недельную зарплату девушкам. Вскоре жестом он позвал и меня. Улыбаясь, выдал мне четыреста долларов. Я округлила глаза. Четыреста долларов? Это же огромные деньги! Примерно месячная средняя зарплата в России! Он объяснил, что девушки получают двадцать процентов от продажи спиртного. А я заказывала самое дорогое шампанское, тысяча долларов за бутылку. Джон похвалил меня, сказав, что я хорошо работаю. Жасмин взяла меня за руку и потащила к выходу.