Марина Комарова – Революция в академии драконов (страница 5)
Вдоль стен высились громадные стеллажи из черного мореного дуба, закрепленные массивными цепями. На некоторых из них тлели защитные руны – наверное, чтобы ничего не сбежало, не взлетело или не уползло без спроса.
В одном углу громоздились ящики с алхимическими реагентами. Одни мерцали в стеклянных сосудах – порошки рогов балауров, измельченные чешуйки, концентраты магической пыли. Другие таились в запаянных глиняных горшках, откуда доносились странные звуки, похожие на бульканье.
– Не вздумай трясти, – предупредил Вирджил, заметив мой взгляд.
– А что будет?
– Почитай про фейерверк на главной площади Шегершера.
– Вы шутите?
Он ухмыльнулся, но отвечать не стал. Зануда. Мог бы и сказать.
Рядом с алхимическими смесями возвышались ящики с драконьими когтями. Это были не настоящие отрубленные когти, а изготовленные из магического камня, острые как лезвия. Ими студенты выцарапывали заклинания и магические формулы на специальных пергаментах.
Чуть дальше аккуратными рядами стояли стопки учебников и свитков. Я наугад вытащила один. Заголовок гласил: «Применение драконьего дыхания в бытовых условиях».
Я перевернула страницу.
А автор-то с самоиронией.
Ну, отличное начало. Но, кажется, я понимаю, почему этот текст здесь, а не в библиотеке. Иначе быть беде с юными экспериментаторами.
В центре зала находились длинные массивные столы с зачарованными предметами.
Один сферический кристалл мерцал радужным свечением, откликаясь на движение руки.
– Это сфера памяти, – пояснил Вирджил. – Запоминает все, что происходит вокруг, а потом показывает, если ее попросить.
Камера драконьей империи. Запомним.
– Удобно, – пробормотала я, стараясь не приближаться.
Другое – тонкое золотое кольцо – шептало что-то едва слышное. Его голос был сладким, завораживающим, как звук флейты в ночи.
– А это?
– Говорящее кольцо. Может убеждать людей в чем угодно. Стоит быть осторожнее. У нас экземпляр для демонстрации. Учим противостоять чарам. А раньше его использовали очень нехорошие мальчики и девочки.
Я резко убрала руку, с которой кольцо уже начало заигрывать. Повернула голову и заметила щит с гравировкой в виде драконьей головы. Когда я моргнула, она изменила свое выражение – теперь читалось явное раздражение.
– Он недоволен, что ты на него пялишься, – усмехнулся Вирджил.
Дракон скорчил рожу. Я закатила глаза. А потом фыркнула и показала язык. На морде дракона отразилось недоумение. Так тебе и надо, ящерица вислоухая.
Наконец мы подошли к самому важному – ящикам с… Да. Драконьими яйцами. Нет, я не шучу.
Они светились мягким теплым светом и, казалось, даже тихо дышали. Каждое яйцо имело свой уникальный оттенок: некоторые были как жемчуг, другие отливали золотом и бронзой, третьи напоминали ночное небо, усыпанное звездами.
– Их нужно пересчитать, сверить с реестром и убедиться, что ни одно не повреждено, – сказал Вирджил.
Я сглотнула.
Вот уж чего я не ожидала делать в новом мире, так это инвентаризацию драконьих яиц.
И нет, кстати, из этих не вылуплялись такие драконы, которого ждала я. Те яйца выдавались только в храме Светоча жрецами. Эти же яйца – тренировочные. Дракончики-балансиры требуют особого ухода.
Я подошла ближе, стараясь выглядеть уверенной, хотя внутри ощущала себя на грани паники. Вдоль длинных стеллажей выстроились ряды аккуратных гнезд с яйцами. Каждое переливалось ярким светом, и у каждого была бирка с непонятными мне обозначениями.
– С чего начинать? – спросила я, осторожно тронув одно из яиц.
Оно оказалось теплым и чуть вибрировало под пальцами.
– Берешь реестр, находишь номер, проверяешь целостность. И так с каждым. – Вирджил протянул мне тяжеленный фолиант, в котором было записано жудец знает что. – Если что-то не сходится, сразу зови меня.
Я кивнула и принялась за работу.
Та-а-ак… Приступим. Первым, с чем я столкнулась, оказались странные записи.
Я-то ожидала увидеть обычные номера, ну что-то вроде:
– Эм… Вирджил! – позвала я, показывая пальцем. – Что значит «не кормить после заката»?
Да, начальник разрешил называть его по имени, потому что не очень любил длинное «домнуле Санду», но дистанцию я все равно сохраняла.
– О, это… – Он посмотрел на запись, фыркнул и добавил: – Это совет, а не правило. Если накормить, оно начнет светиться и пищать всю ночь.
Я слабо представляла, как можно накормить яйцо, однако уточнять не стала.
– А «не переворачивать»?
– Был случай… Одному студенту было скучно. Он перевернул яйцо на бок, и дракончик потом ходил боком месяц.
Дракончика даже жалко.
Увидев выражение моего лица, Вирджил поспешно замахал руками:
– Это ему не навредило, не переживай.
Чем дольше я работала, тем отчетливее понимала: что-то не так.
Некоторые яйца начинали дрожать, едва я к ним прикасалась. Одно даже прыгнуло в гнезде, будто пыталось привлечь внимание.
– Вирджил…
– Что?
– У меня фан-клуб среди драконов или так и должно быть?
Он посмотрел на меня, потом на яйца, потом снова на меня и задумчиво хмыкнул.
– Интересно. Обычно они так не реагируют.
– Отлично. Мне еще не хватало, чтобы вылупление случилось прямо сейчас!
Вирджил махнул рукой.
– Не волнуйся. Они без привязки к магии не откроются. Если только ты не…
Я почувствовала, как мои ладони вспотели.
– Не что?
– Не обладаешь особым даром к пробуждению.
Я осторожно отошла подальше. Так, чтобы Вирджил закрывал меня собой от разноцветной выкладки. Мало ли. Стать начинкой этого веселого омлета мне как-то вообще не по душе.
– Все. Я увольняюсь.
– Но ведь ничего не произошло!