Марина Комарова – Кобра. Аска из клана змей (страница 58)
Только вот гадатель смотрит так, словно знает что-то больше меня. Не слишком приятное чувство. Возможно, Харука недовольна еще и этим.
– В твоей жизни будет два мужчины, – внезапно произнес он.
Я чуть не подпрыгнула, потому что успела уже мыслями уйти очень далеко.
– Два?
– Два. Один нужный, другой – любимый.
Да уж. Чудесная трактовочка. Прямо замечательно для драмы про страдания, любовь и снова страдания.
– Спасибо, гадатель, утешили так утешили, – пробормотала я.
Он внезапно усмехнулся:
– А вот тут не совсем верно. Вам никогда не понадобится утешение, потому что вы не ведаете слабости.
Теперь уже нахмурилась я. Что-то совершенно ничего непонятно.
– А эти двое… Они как-то повлияют на мою жизнь.
– Да, – послышался ответ. – Эти двое сыграют огромную роль в твоей судьбе. Оба будут близкими людьми, которых ты будешь любить и защищать.
Поблагодарив гадателя, я вернулась к Харуке и Фуджико, которые шепотом обсуждали купленные амулеты. Заметив выражение моего лица, обе замерли.
– Аска, что тебе сказали? – тихо спросила Харука.
Сложив руки на груди, я задумчиво смотрела в пол. Хороший такой, качественный, идеально чистый.
– Кажется, твой жених по ошибке попал в мое гадание. Потому что мне предсказали двух мужчин.
– Это… плохо? – очень осторожно уточнила Фуджико, тоже не понимая, как реагировать.
– Плохо для женихов, – пробормотала Харука. – Я не завидую обоим.
– Смешно, – вздохнула я. – Но, по крайней мере, предупрежден значит вооружен.
В тот момент даже подумать не могла, что слишком быстро забуду этот эпизод. И ой как зря…
Эпилог
Кто-то бил в барабан.
Земля подрагивала, в пещере все затянуло дымом – ни вдохнуть и не выдохнуть.
Жар шел из самых недр. Земля бушевала, земля негодовала и гневалась.
И так каждый раз, когда кто-то из Шаманов Ночи покидал свои места, чтобы углубиться подальше в пещеру и воззвать к Тем, Без имени.
Земля расходилась трещинами, обнажая красное нутро подземных ходов. Здесь не любят людей, сюда не стоит приходить просто так. Вот жители префектур Края Гроз знают, что вглубь Сумрачных гор лучше не соваться. Местные научились слушать ветер, говорить с камнями и чувствовать малейшие изменения вокруг. Потому и знают, когда стоит склонить голову, а когда настоять на своем и таки получить желаемое.
Принадлежащие к другим кланам всегда поступают по-своему. Но правы они только на своей земле. Здесь чужой напор и агрессия не пройдут.
Шаманы – это Шаманы.
Высокая гибкая фигура склонилась еще ниже, прошептала что-то, подбрасывая в огонь цветной порошок. Языки пламени вспыхнули жарче, слизывая дары смертного.
Зазвенели на руках и груди амулеты из костей и камней, сталкиваясь друг с другом, вливаясь в ритм барабана. Вот только не видно того, кто в него бьет. Если не уверен в своих силах, то лучше останься у входа в пещеру. К Тем, Без имени может обращаться только посвященным.
– Она идет, – послышался за спиной голос, похожий на шелест десятков змеиных тел на сухих камнях. – Наследница идет.
Шаман обернулся. Маска тэнгу из сказок и легенд скрывала его лицо. Она красного цвета, превращает глаза в узкие щели, а нос – в вытянутый клюв. Головной убор расшит металлическими фигурками и костяными бусинами. Кожаные шнуры и кумихимо спускались на плечи и спину, закрывая символы, которыми расписана его одежда. На пальцах шамана перстни странной формы с камнями чернее ночи. Поговаривают, что сама ночь и вливает в них сил, чтобы защитить свой народ.
– Она идет, – повторил тот, кто спрятан в танцующем дыме.
– Что грядет для моего народа? – хрипло спросил шаман.
Нельзя. Нельзя робеть перед теми, кто приходит на твой зов. Они это чувствуют. Не успеешь оглянуться – кинутся и разорвут на части. Запах и вкус человеческой крови для них как дар богов. Потому что и зажжены все благовония, которые только можно было сюда принести. Потому и брошены в костер порошки дурманных трав.
– Новая судьба, – донесся ответ. – Станете вместе – снесете горы. Разбежитесь в стороны – каждый умрет. Хотя вместе долго не проживете… Везде чернота, везде боль…
Снова шелест змеиных тел. Потом смешок, от которого по спине пробежала дрожь.
– Сюда захочет прийти… Глупо… Но упрямая… Приведи. Посмотрим. Хоть поиграем. Беду принесет.
– Кто? – успел выдохнуть шаман.
Пламя взорвалось и ослепило глаза. В ушах зазвенел хохот, чьи-то невидимые руки подхватывают его, будто пушинку, и выбрасывают из пещеры. Шаман успевает только вскрикнуть, и закрыть голову руками. Безумный смерч закрутил его, играя, и снова захохотал.
Все стихло в мгновение ока.
Шаман упал на землю, от удара перед глазами потемнело. Сделать вдох не получилось, из горла вырвался хрип. Все тело прошили тысячи иголок. Легкие начали гореть.
– Шичиро! – послышался испуганный крик.
К нему подлетел барабанщик, который так и не посмел войти в пещеру. И правильно. Не стоит соваться туда, куда еще очень рано.
Удалось встать на колени и все-таки сделать глубокий вдох.
– Ты как? Помощь нужна?
Шичиро поднял руку, давая спутнику знак остановиться и помолчать. Тот выполнил мгновенно.
Что за странные слова? Только и остается, что гадать. Те, Без имени всегда выражаются обрывками, они далеки от человеческого мышления.
Он стянул маску и головной убор. На спину упали длинные волосы, вспыхнули лунным серебром зажимы среди рыжих прядей – знаки одного из члена Совета Ночи.
Шиматта!
Не зря старый Ямато заключал союз с Шаманами Ночи, не зря налаживал давно потерянные связи. Чуял, что быть беде, что так просто ничего не закончится.
Клан Юичи не успокоится, пока не добьется своего. Шенгаев нет на виду, они так далеко, что могут и не вернуться. Не так далеко, как Икэда, но все же… Нужен очень сильный дух и желание, чтобы вернуть клан в Тайоганори. Один человек не справится, что он? Так, песчинка среди пылевой бури.
И почему на душе так гадко? Не всё сказали ему в пещере, далеко не всё. Своей интуиции нужно доверять, она не раз спасала от беды.
А дом тем временем стоит и медленно умирает. И умрет, если в ближайшее время за него никто не возьмется: не принесет свое тепло, не напоит кровью стены, не возложит жертву у домашнего алтаря и не бросит в колодец подношение духам. Только после этого можно идти к тории клана Шенгай и просить богов о милости.
Шичиро медленно поднялся на ноги. Посмотрел на свои руки. На мгновение показалось, что на них влажно блеснула кровь.
Недобрые времена ждут Шаманов Ночи. Стоит ли наследнице вообще возвращаться в эти места?
– Нам лучше идти, – тихо произнес спутник, прижимая к себе барабан. – Скоро Час Забвения.
В Час Забвения лучше не находиться возле мест, где отступают привычные законы мира, и в силу вступают те, кто жил здесь до прихода людей.