Марина Комарова – Кобра. Аска из клана змей (страница 55)

Я грустно посмотрела на пустой угол. Все вещи собраны. Пожитков у меня, конечно, немного, но все равно…

Здесь я провела практически девять месяцев: странную осень, очень бурную зиму и весну, во время которой не могла и поднять головы. Занятий было столько, что не продохнуть.

Но зато после этого я стояла на торжественной линейке вместе с Харукой. Мы были в нарядной черно-белой форме выпускниц и слушали речь директора.

Мне вернули оружие. Теперь я свободная гражданка Тайоганори, выпускница школы Годзэн. Назад дороги нет. Наверное, я не буду не права, если скажу: тут выдохнут спокойнее. Уйдет Аска Спаси-богиня Шенгай, и потенциально школе будет меньше грозить опасность быть разваленной.

Конечно, без меня тоже найдутся удалые ученицы, но это будет уже другая история.

– Одной тут совсем уныло, – шмыгнула носом Мисаки.

Так-то она за нас с Харукой искренне радовалась, но еще год ей учиться тут одной, и это омрачало.

– Будет Чоу, – подбодрила я. – Может, получится договориться, чтобы она переехала сюда. И мы же связь не теряем, помнишь?

– Помню, – вздохнула она. – Но мы три года вместе были. И тут…

Я обняла ее.

– Год – это совсем немного, вот увидишь. Как раз додавишь своего оружейника, выйдешь к нам уже готовой становиться Мастером Клинков.

– У меня позавчера на занятии такая ерунда получилась, – пожаловалась Мисаки.

– Это все потому что думаешь о ерунде, – бодро заявила зашедшая в комнату… Сату.

Мы настороженно посмотрели на нее. Где это Харуку носит? Вообще-то должна была прийти она. Но, видимо, застряла, получая от Изаму справки и прочую ерунду.

Из-за плеча Сату осторожно выглянула Кёко. Она ничего не говорила, только чуть улыбнулась.

– Сама ты ерунда, – обиделась Мисаки. – Да я…

– Тихо-тихо, – успела я остановить подругу. – Только не начинайте.

И, развернувшись, внимательно посмотрела на Сату.

Она явно себя чувствовала немного не в своей тарелке, но потом вздохнула и произнесла.

– Я хочу принести свои извинения, Аска. Ты, конечно, коза еще та, но я тоже была во многом не права.

– И я тоже, – тихо сказала Кёко.

– А вы знаете толк в извинениях, – заметила я. – Но… в чем-то логика есть, я не нежный цветок лотоса, поэтому тоже извини за все, где была не права.

И протянула руку. Первой ее пожала Сату, второй – Кёко. Говорить не получалось, почему-то все нужные слова разбежались. Это было странно. Я действительно не ожидала, что Сату придет вот так вот. Удивила. Кажется, это хороший знак.

Только сейчас до меня дошло: Сату тоже завершила обучение. Просто на ней до сих пор форма школы. Хоть уже и висит на поясе тэссэн. Видимо, еще не все дела закрыты. Это мы с Харукой уходим раньше других. Конечно, хотелось еще остаться, но… Я чувствовала: чем дольше будем в школе Годзэн, тем сложнее потом будет уйти.

– Какие планы дальше? – спросила Сату.

Ее лицо было непроницаемо, однако я прекрасно понимала: она тоже растеряна и не совсем понимает, куда идти.

Я задумчиво посмотрела в окно. Далеко не одну ночь я размышляла над тем, куда стоит пойти в первую очередь. Сто дорог, но ни на одной из них не ждут. А значит, надо идти без приглашения.

– Вотчина Шенгаев, – обтекаемо сказала я, переводя на нее взгляд. – Мне надо понимать, что там сейчас происходит, и кто остался в живых.

Сату только поджала губы. Кажется, непроизвольно я снова наступила на ее больной мозоль.

Икэда превратились в пыль. То, что еще остались те, кто носит эту фамилию, ничего не значит.

– Что ж… В любом случае, я желаю тебе удачи, – все же взяла себя в руки она.

– И я, – добавила Кёко.

– Спасибо, – кивнула я. – Пусть ваша судьба тоже сложится благополучно.

– Оставьте отпечатки на кристаллах, – вдруг предложила Мисаки.

Мы втроем недоуменно на нее посмотрели. А ведь идея…

– Чего уставились? – тут же проворчала она. – Это связь. Уже если и держаться вместе, то выпускницам. Вы, конечно, рады друг другу хвосты начистить, но лупить цуми и отбиваться от порождений колдуна у вас тогда выходило очень неплохо.

Возразить было нечего.

Сату молча отцепила от пояса кусочек кристалла и протянула мне. Я приняла его двумя руками, а потом приложила указательный палец правой руки. Тут же последовала вспышка – кристалл запомнил. Брови Сату взлетели вверх. Да, в Тайоганори так принимают что-то важное. Немного в этикете я уже разобралась.

И когда я передавала свой кристалл, Сату повторила мой жест и проделала тот же ритуал. С Кёко мы проделали то же самое. Не знаю, как сложится в дальнейшем судьба, но… не стоит разбрасываться связями. Мало ли.

…Мы вышли с территории школы на рассвете. Пообещали прислать Мисаки и Чоу весточки сразу, как только доберемся до места. Дорога будет не близкая, но мы настроены решительно, поэтому все получится.

В какой-то момент мы обернулись. Солнце золотило загнутые крыши домов и храма Плетуньи.

– Почему у меня ощущение, что все только начинается? – задумчиво протянула Харука.

Я краем глаза глянула на ее профиль. Ни тени улыбки, в черных глазах глубокая задумчивость. Обычно собранные в пучок волосы сейчас стянуты в высокий хвост. Сейчас она кажется старше, чем в форме Годзэн. Да и я, наверно, изменилась.

– Потому что все начинается, – ответила, глядя на храм Плетуньи. – Но это хорошо. Ничего не стоит на месте, значит, и нам не стоит.

Харука кивнула.

Сначала доберемся до Нодзу, а там уже разберемся, куда двигаться дальше. Мы уже отошли на приличное расстояние, когда мне показалось, что кто-то на нас смотрит. Обернувшись, я увидела возле ворот маленькую фигурку, на прощание махавшую нам рукой.

Я остановилась и помахала в ответ.

Не грусти, Мия. Все будет хорошо. Если будет на то воля Плетуньи, мы встретимся еще раз.

Глава 6

Вы когда-нибудь пробовали преодолеть долгий путь до места, где ранее никогда не бывали?

Нет? Вот и не надо. Поберегите нервы. Потому что поначалу это кажется интересно, бодро и даже немного романтично, но потом вы скисаете, как вино, выставленное под палящее солнце в неподходящей таре.

– Мне все не нравится. И эта лавка тоже. И солнце. Эти ездовые хеби слишком подозрительно на меня смотрят. А этот мужик наоборот отвернулся. Не нра-а-авится.

Харука со вздохом посмотрела на меня.

– Аска, я тебя что-то не узнаю. Гинсэ не такой уж плохой городок. Даже чем-то напоминает Нодзу. Что с тобой?

– Устала, есть хочу. И неплохо бы даже это сделать лежа, – искренне ответила я, прекратив ныть.

Не то чтобы прямо хотелось делать последнее, но это очень неплохо развеивает усталость. Когда страдаешь вслух, то начинает казаться, что ты уже и не такой несчастный. По крайней мере, когда поделился своими страданиями с миром, стало немного легче.

Еще выдался отчаянно жаркий день. Из тех, когда ветер берет выходной, а влажность решает за него отработать по двойному тарифу.

Несмотря на это, продвигались мы достаточно быстро. Картографы Тайоганори знали свою работу на отлично, поэтому разобраться мог даже тот, кто никогда не бывал в этих местах.

Приходилось все время следить за языком, чтобы не ляпнуть что-то лишнее. Харука ведь уверена, что я иду домой. А я… я просто иду в поместье Шенгай, даже не представляя, что меня так ждет.

– Смотри, какая миленькая закусочная, – Харука указала на маленькое строение с традиционными короткими занавесками, на которых были написаны кандзи. Можно было разместиться как внутри, так и снаружи за боковыми столиками.

Вообще в плане еды на Гинсэ жаловаться грех. По-моему, его можно назвать закусочной Края Гроз. Здесь полно ресторанчиков, закусочных, лавочек и палаток под открытым небом под названием ятай, когда повар готовит еды и выкладывает на стойки вокруг себя, а клиенты размещаются на стульях рядом друг с другом.

Но кто тратит время, когда время обедать?

Ухватив Харуку за рукав, я потянула ее внутрь. Тут однозначно прохладнее, приятно так, м-м-м, прекрасно. Мы заняли столик в углу, прямо возле маленького фонтанчика, что явно работал на рёку.

– Какой чудный артефакт, – искренне восхитилась я, не в силах отвести от него взгляда.

Харука тоже смотрела с большим интересом. К нам подошел убеленный сединами мужчина. На нем был фартук с эмблемой заведения.