Марина Клейн – Магия воздушных струн (страница 41)

– Но, похоже, тебе хорошо здесь?

– Да! – воскликнула Эни. – Я так счастлива, Лирди. Очень!

Лирди снова улыбнулась, но несколько скованно. Дом определенно не был роскошным, так откуда вдруг это счастье? Неужели лорд и правда влюбился в нее без памяти и она отвечала ему взаимностью? Если так, это было просто нечестно.

Ей невольно вспомнилось, как холоден был с ней Готтран, но Лирди быстро отогнала эти мысли. Ну нет, у нее тоже все хорошо. Просто отлично. Она служит самому королевскому советнику и выполняет важное поручение, а Эни просто сидит в захолустье с суровым лордом. И возможно, Тугарт все-таки окажется прав…

– Рада слышать, – сказала Лирди. – Ты была такой испуганной и так быстро уехала, я за тебя волновалась. – Она понизила голос и спросила еле слышно: – Лорд Йоран тебя не обижает?

– О нет, Лирди. Он очень… Он очень хороший, я так люблю его.

Лирди было невдомек, что, говоря о Йоране, Эни подразумевала Диоса, и она удивленно приподняла брови. Опасения медленно, но верно возвращались к ней. Даже если Тугарт подкинул им бредовую выдумку, любовь к мятежному лорду была как минимум странной.

– Но ты знаешь, зачем я здесь, Эни? Он, похоже, не хочет подчиняться королю Дориану.

– Не ему, а Готтрану, – возразила Эни.

Она и представить не могла, что этим простым ответом подписала себе приговор. Лирди разве что не передернуло. Отозваться о ее господине так, словно он преступник, – и как! – просто по имени! Страшно было представить, какие силы она за собой ощущала, если решалась на такое.

– Давай не будем об этом, Лирди, – сказала Эни незнакомым, совсем взрослым тоном. – Расскажи скорее, как твои дела? Что происходит в замке?

Лирди послушно рассказала о нескольких новостях, не без труда умолчав о главном: Ирмиэль строго-настрого запретил говорить, что она теперь служит Готтрану. Удовлетворив любопытство подруги, Лирди осторожно произнесла:

– Ты знаешь, до меня донесся такой жуткий слух! Будто оруженосец Йорана – это самый настоящий эвендин. Я до смерти перепугалась за тебя, когда услышала.

– Правда? – ответила Эни после короткой паузы. – Какой странный слух… Юст был очень славный, но я давно его не видела. Уверена, это неправда.

Так велел говорить Диос.

Подруга отметила заминку и поняла: Эни лжет. Ей известен этот секрет. Теперь не осталось сомнений, что она в сговоре с Йораном и неизвестно с кем еще.

Лирди хотела задать новый вопрос, но ее прервали. Дверь распахнулась, и в проеме возникла Кристина.

– Прошу прощения, миледи, – сказала она, – но посланницу уже ждут.

Эни заметно расстроилась.

– Я буду очень скучать. Приходи еще, если сможешь!

Она обняла Лирди, и та мужественно обняла ее в ответ.

Диос, вернувший свое обличье, но скрывавший лицо за капюшоном плаща, проводил ее обратно до самого барьера. Лирди не пыталась узнать, кто это: она спешила к Ирмиэлю. Как только Диос вместе с ней переступил границу и отпустил ее руку, девушка бросилась бежать со всех ног, не оглядываясь, чтобы поскорее сообщить новости.

Ирмиэль от нечего делать бродил у кромки леса, дожидаясь ее.

– Она знает! – выдохнула она, подбегая к нему.

– Тихо ты, – процедил Ирмиэль сквозь зубы, пытаясь не выдать своего нетерпения. – За нами могут наблюдать.

Они как могли быстро добрались до дома. Осберт и Алирия тут же отвлеклись от бумаг, разложенных на столе.

– Эндара жива, – сообщил Ирмиэль с плохо скрываемым торжеством. – Она видела ее!

– И говорила с ней, – добавила Лирди. – Она скверно отзывалась о господине Готтране, наверняка знает об эвендине, а еще…

– Помолчи, Предвечных ради, – одернул ее Осберт. – Говори по порядку. Хотя нет, лучше отвечай на наши вопросы.

Так, мало-помалу, Лирди в подробностях изложила все, что произошло в Предгорье. Она и не подозревала: Гениев не очень-то интересуют подробности их с Эни встречи. Им было достаточно того, что Эндара жива. А основная цель миссии, возложенной на Лирди, имела к ней лишь косвенное отношение.

Пока Лирди говорила, Алирия ходила вокруг нее кругами. Затем остановилась, осыпала ее каким-то порошком и прищелкнула пальцами. Лирди чихнула, и чих чуть не превратился в крик, когда воздух вокруг нее засветился сине-зелеными цветами.

– Не ори, – фыркнул Ирмиэль, который нашел это забавным. – Ну что?

Алирия плавно повела пальцем. Раскрашенный воздух витиеватой лентой потянулся за ее ногтем и послушно втек туда, куда она указала, – в маленькую склянку с эвендинской кровью. Девушка заткнула горлышко пробкой, поднесла емкость к глазами и некоторое время наблюдала за ней. Потом прошептала:

– Кажется, получилось. Теперь мы можем пройти за барьер.

Лирди недоуменно моргнула, Ирмиэль и Осберт удовлетворенно переглянулись.

Все шло как нельзя лучше. Пора было приступать ко второй части плана.

Глава 18

Юст проснулся ни свет ни заря и неслышно выскользнул из дома. Люди крепко спали, и выдалась возможность немного развеяться. Магия Юста была не настолько сильна, чтобы позволить ему постоянно скрывать свою сущность от большого количества людей, поэтому о дневных и вечерних прогулках нечего было и думать, а постоянное нахождение в доме немало его угнетало. Порой он думал перебраться в пещеры, но его смущало то, что Адалла наотрез отказалась возвращаться туда. Юст подозревал: это неспроста. Адалла ненавидела человеческие жилища и чужое общество, поэтому ее отказ нельзя было не воспринимать как зловещий намек, особенно когда неподалеку отирались Гении, мечтавшие проникнуть в Предгорье.

По-хорошему Юсту следовало обзавестись новым обличьем, но для этого необходимо отыскать эвендина, владеющего созидательной магией: некоторые из таких после очередной войны навострились делать отличную маскировку, которую можно было носить не снимая годами. В ее качестве Юст убедился сполна, пока изображал оруженосца лорда Йорана. Только вот вряд ли такой умелец нашелся бы в шайке Рандэла, который вдобавок не питал к нему особой симпатии. Юст говорил Диосу о своем желании связаться с кем-нибудь в Себлире, но тот попросил его повременить. Похоже, у него было что-то на уме…

Юст отошел от усадьбы и на склоне холма увидел Диоса. Он сидел на траве и смотрел на бурный поток, забивший вчера прямо из земли, на радость деревенским жителям. Юсту подумалось, что, может, сейчас он сумеет договориться о связи с эвендинами Себлира и вернуться, наконец, к более или менее открытому существованию. Но когда он подошел к Диосу и присел рядом, то скорее почувствовал, чем увидел его мрачное настроение.

– В чем дело?

– Не знаю. – Диос даже не посмотрел на него. – Мне тревожно.

– Из-за того, что все здесь теперь знают?

– Нет… Думаю, что нет. Я не знаю.

Юсту еще не приходилось видеть Диоса в таком состоянии.

– Мне кажется, случится что-то плохое, – вдруг сказал он. – Скоро. Но я не знаю, что именно.

– Понятно. – Юст кивнул. Плохие предчувствия были прекрасно знакомы и людям, и эвендинам. – А ты не можешь взглянуть? Я имею в виду, как тайновидец. Как тогда, когда ты пытался выяснить насчет Эндары. Или спросить у Адаллы…

– Нет.

– Почему?

Диос наконец оторвал взгляд от реки, посмотрел вдаль, на горы, и тихо проговорил:

– Я боюсь.

– Боишься? Ты? – Юст не поверил своим ушам.

– Да. Всем людям ведом страх, да и эвендинам тоже.

– Ты прекрасно знаешь, что я не бесстрашен, и я был бы глупцом, если бы пытался доказать тебе обратное. Но я думал, что ты отличаешься от нас…

– Может быть. В чем-то. Но Антарэль посоветовал мне не забывать о том, что сейчас я – человек, и в этом он прав… Это сложно объяснить, Юст. – Диос тяжело вздохнул. – Когда я пытаюсь представить, как заглядываю в будущее или говорю с Адаллой из-за этого предчувствия, меня словно раздирает изнутри. Как будто, если я это сделаю, все будет ужасно. Ведь то, что мы узнаем о нашем вероятном будущем, влияет на мир. Вдруг, если я буду знать, как все должно случиться, все произойдет как-то иначе?

Юст поразмыслил над его словами.

– Кажется, я понимаю. Тогда, наверное, лучше и правда не знать, чтобы не сходить с ума. Можно просто положиться на Предвечных, верно?

– Верно… Да, ты прав. – Диос улыбнулся с некоторым облегчением и поднялся на ноги. – Спасибо, Юст.

Юст тоже встал и хотел ответить, но ему помешал странный звук – резкий, далекий.

Они с Диосом повернулись к деревне, однако в следующий момент шум раздался совсем с другой стороны – эхо донесло отзвук чудовищного грохота, раздавшегося где-то за усадьбой.

– Горы! – сразу понял Юст. – Вряд ли это обычный обвал. Это Осберт!

Он рванул было к скалам, но Диос остался стоять на месте, и Юст замер, не зная, что делать. На мгновение ему даже показалось, что не случилось ничего страшного и, может, это и впрямь природный обвал.

Но Диос резко повернулся к деревне. Он был напряжен до предела, рука крепко сжимала рукоять меча. Издалека снова послышался странный звук, похожий на вой.

Юст хотел спросить, почему они медлят, но ответ пришел сам. Из-за далекого горного хребта начали подниматься клочья черного дыма, время от времени мелькало оранжевое пламя. Юст почувствовал зловещую силу, которая заставляла дрожать мелкой дрожью и затрудняла дыхание.

– Что случилось? – прошептал он.