Марина Клейн – Магия воздушных струн (страница 30)

Слава Предвечным, письмо Архелы не настолько встревожило Дориана, чтобы вернуть ему прежний пыл. Он рассеянно кивнул:

– Ладно… Я напишу ей. Может, все утрясется.

– Утрясется? Дориан, посмотри, что она пишет! Она тебе угрожает! Они убили Элиана, а теперь грозят войной! Неужели ты это стерпишь?

При упоминании сына Дориан болезненно вздрогнул и опустил потухший взгляд.

– И что ты предлагаешь? – тихо спросил он.

– То же, что и всегда. Надо достать их на островах, изничтожить полностью. Разве ты не понимаешь, почему они сбежали? Чтобы набрать силы и снова захватить Фарадон. Прошло много времени, наверняка они готовы и теперь ищут повод… Не удивлюсь, если никакого посла вовсе не существовало. Но мы еще успеем застать их врасплох, Дориан. Успеем.

Дориан с минуту раздумывал, затем встал и твердо проговорил:

– Нет. Никакой войны.

– Дориан…

– Хватит войн. Я обещал Двуликому.

Готтран едва не застонал от досады. Этот извечный ответ уже порядком ему надоел. Сначала он с благоговением отнесся к невероятному известию о пришествии Двуликого, но потом стал клониться к тем, кто подозревал, что Дориану пригрезилась та встреча – или он вовсе ее выдумал. Ведь никто, кроме него, так и не увидел посланника Предвечных. Однако годы шли, и только воспоминание об этом событии удерживало Дориана на плаву. Все разговоры о войне упирались в обещание Двуликому. Даже тогда, сразу после смерти маленького Элиана, Дориан долго колебался, но в конце концов снова сослался на Двуликого и отказался от мести.

– Даже если они сами нападут на нас? – хмуро спросил Готтран. – Позволишь нас всех перебить? Разве этого хотел Двуликий?

– Пока они не нападают. И хватит об этом.

Готтран кивнул, но оставил при себе мысль, что если Архела будет медлить, невредно убить еще парочку высокопоставленных лиц. В конечном итоге все складывалось удачно. Он получил кровь и сделал еще один шаг к войне. Будет война – будет сколько угодно крови. А значит, и новых способностей.

– Как скажешь. Кстати, могу я попросить тебя кое о чем?

– Только если это не кровь эвендинов, – пошутил Дориан, не представляя, насколько близки его слова к планам Готтрана.

– Нет, все куда проще. У Магнуса есть одна служанка… Не мог бы ты передать ее мне?

– И ты, Готтран? – удивился Дориан. – Не припомню, чтобы служанки когда-либо были так популярны. Я чего-то не знаю?

– Мы все чего-то не знаем, – кисло проговорил Готтран. – А именно – что за ильфит вселился в Йорана. Нет, я не собираюсь жениться на служанке. Но она постоянно напрашивается ко мне в услужение. Надоела. Кроме того, кое в чем она может быть мне полезна, особенно сейчас. Ты знаешь, мы с Магнусом не очень ладим в последнее время, так что…

– Ладно. Уверен, это не проблема. Тем более, если она сама этого хочет.

Вечером того же дня Лирди пришла в покои Готтрана, едва живая от счастья. Никто не ожидал, в том числе и она сама, что ее мечта исполнится так скоро: до этого дня королевский советник никому еще не даровал статуса личной прислуги. Обычно необходимую работу поручали то одной служанке, то другой, и выполнять все приходилось в отсутствие Готтрана и под зорким взглядом кого-нибудь из его подопечных. Объяснялась эта странность очень просто: Готтран терпеть не мог излишней суеты и не доверял простым смертным.

И вот теперь Лирди стала его личной служанкой. Осознание этого кружило ей голову, как и море завистливых взглядов, в центре которого она оказалась спустя всего пять минут после назначения: слухи по замку разносились быстро.

Однако ожидания Лирди очень скоро поколебались. Готтран скользнул по ней равнодушным взглядом и бросил:

– Собирайся. Завтра утром ты уезжаешь.

– Что? – опешила девушка.

– Что слышала. Ты же рвалась мне служить? Вот и послужи. Поедешь с Ирмиэлем к этой своей Эндаре. Сделаешь все так, как он тебе скажет. Ясно?

– Ясно, господин…

Готтран вгляделся в ее расстроенное личико и после короткого колебания решил подстраховаться.

– Иди в постель. – Он мотнул головой в сторону спальни.

Голос Готтрана прозвучал так, словно он велел ей убраться подальше, но Лирди не обратила на это внимания. Хотя пол норовил уйти из-под ног от неверия, что все происходит на самом деле, она со скоростью молнии пронеслась в комнату. Проводив ее взглядом, Готтран хмыкнул.

По крайней мере, он будет полностью уверен в том, что она не подведет и сделает все возможное и невозможное, чтобы исполнить приказ.

Адалла оказалась хорошим целителем: благодаря ее магии раны Юста заживали буквально на глазах, и он быстро пошел на поправку. Правда, с тех пор, как Адалла появилась в доме, навещать Юста стало еще страшнее. Диос самолично завесил окно плотным покрывалом, совершенно серьезно заявив Эни и Кристине, что не может поручить им такое важное дело, и теперь в комнате всегда царила непроглядная тьма. Сама Адалла предпочитала лежать под кроватью, поэтому, принося Юсту воду и еду, Эни приходилось опасливо смотреть вниз – вдруг оттуда высунется тонкая белая рука?

Кристина, как ни странно, спокойно отреагировала на появление еще одного эвендина. Узнав, что это великая тайновидица, она то и дело норовила сунуться в комнату, пока Адалле в конце концов это не надоело и она не согласилась сделать ей предсказание. После их разговора Кристина так и светилась.

– Разве она тебя совсем не пугает? – спросила Эни.

– Пугает, конечно, но она и должна пугать. Это ведь сама Адалла! Я еще в детстве слышала истории о ней… Тогда и представить не могла, что когда-нибудь увижу ее. А она все это время была прямо под боком!

– А что за истории?

– В основном о том, как сбывались ее предсказания. В том числе, кстати, и о приходе Двуликого, и о том, что Дориан станет королем… Ты не слышала? – Кристина удивленно качнула головой. – Можешь себе представить, эвендины и сами были от нее в ужасе. Она не обычный тайновидец: все, что она говорит, сбывается. И говорит она ясно и четко. От ее предсказаний не отвертеться.

Эни вспомнила, что сказала ей Адалла, и почувствовала холод внутри. После их первой встречи она так и не набралась смелости прояснить ее слова или спросить о своей матери.

– Но Диос сказал, есть разные вероятности… Будущее постоянно меняется…

– В том-то и дело! – закивала Кристина. – У Адаллы все иначе. Она видит, что будет в итоге. Как она сказала?.. Неизменные. То, что будет точно, наверняка. Как бы ты ни пытался это преодолеть.

– И что она тебе предсказала?

– Неважно. – Кристина покраснела, и это прекрасно заменило подробный ответ. «Наверняка, – подумала Эни, – ей предначертано счастье с Гильемом».

– А то, что они – эвендины? – спросила Эни. – Она и Юст? Это тебя не пугает?

– Не особо, если честно, – призналась Кристина. – Ты знаешь, когда-то давно я гуляла по лесу, ушла подальше от служанок и немного заблудилась. Случайно я встретила двух эвендинов. Они проходили поблизости, разговаривая друг с другом… Я, конечно, здорово перепугалась. Но они просто посмотрели на меня и пошли себе дальше. Они показались мне очень красивыми и совсем нестрашными. – Она пожала плечами. – Тогда я подумала, что, наверное, эвендины как люди – есть хорошие, а есть головорезы. Юст и Адалла явно хорошие. Чего их бояться? Хотели бы – давно бы уже нас убили.

Юсту полегчало настолько, что он смог ненадолго изменить облик Диоса. Таким образом лорд Йоран выступил перед прислугой и работниками и объявил, что вынужден на некоторое время покинуть Предгорье и поручает все своему подчиненному – Диосу. Хозяйственные дела по-прежнему лежали на Кристине, которая великолепно с ними управлялась, а Эни оставалась хозяйкой Предгорья.

Люди встретили это известие без каких-либо эмоций, разве что несколько насторожились, не зная, чего ожидать от нового хозяина. Эни наблюдала за «Йораном» с улыбкой. Теперь она знала, кто прячется за лицом сурового лорда, и все происходящее казалось ей забавной шуткой.

– Так, одной проблемой меньше, – сказал Диос, когда все разошлись. Магия Юста уже иссякла, и он одним движением распустил свои длинные черные волосы. – Эни, раз Юст неплохо себя чувствует, займитесь струнами. Это важно.

– А ты? – с тоской спросила Эни. – Ты снова уходишь?

Он постоянно где-то пропадал, даже ночью, и появлялся лишь затем, чтобы спросить, как у них дела.

– Да. Я пытаюсь выяснить, с кем столкнулся Юст, и организовать разведку в лесу. Хочу понять, насколько плохи дела, какие ильфиты есть поблизости. – Диос посмотрел на Эни и улыбнулся. – К ночи постараюсь вернуться. То-то будет повод для сплетен, когда я уединюсь с супругой лорда.

– Очень смешно, – пробормотала Эни, порядком смущенная.

Когда Диос ушел, она, прихватив виелу, отправилась к Юсту. Эни не хотелось вспоминать, что произошло в тот день, когда она извлекла звук из воздуха и упала в обморок, не хотелось слышать странные вещи о себе и своей матери, в которые невозможно было поверить. Но она чувствовала: надо послушаться Диоса, другого выхода нет.

В комнате по-прежнему царила темнота, слабый свет исходил только от подсвечника с четырьмя свечами – Юст читал. Адалла, очевидно, снова лежала под кроватью, завернувшись в свое рваное тонкое покрывало. Диос предупредил их с Кристиной: спорить с тайновидицей об удобствах бессмысленно, нужно позволить ей делать так, как она хочет.