Марина Кистяева – Случайная первая. Прокурор и училка (страница 2)
Он не присоединился к ним. Хотя член стоял колом.
Уже потом, дома, в душе себя разрядил.
Чёрт…
В паху снова потяжелело. При всей своей консервативности секс Илья уважал и любил. Ну вот так!
От накатившей злости вдарил раскрытой ладонью по рулю.
Шлюху, что ли, сегодня снова снять? Артур стопудово знает пару адресков.
Копошение за кучей снега Илья заметил сразу и по инерции сбавил газ.
Трое мальцов пинали четвёртого. А рядом с ними кружила девчонка, пытаясь их разнять, растащить в разные стороны.
Ярость вспыхнула мгновенно. Чего он не мог терпеть, так это беспредела. Поэтому и пошёл служить.
Хотел в армию — родители не пустили. Казармы, удалённые от цивилизации военные части… Нет, это не для профессорского сынка. А, чёрт побери, зря!
Вот зря…
Он вдарил по тормозам и распахнул дверь.
— Эй!
Могло хватить и грозного окрика. Не дожидаясь реакции паршивцев, он вылез из машины, угодив прямиком в жижу из подрастаявшего снега и грязи. Выругался, отметив, что испачкал штанину, и направился к дерущимся.
Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять ошибку. С ними была не девчонка, а женщина. Точнее, девушка.
Рановато ты мозги в отпуск отправил, Турисов! Как и внимание. Оправдывало лишь то, что он сосредотачивался на пацанах.
Не успел Илья на какие-то полминуты. Один из мелких правонарушителей развернулся и толкнул девицу. Вот же ж! Она охнула и начала заваливаться на кучу грязного снега.
В белой куртке и светлом платье…
— А ну, разошлись! — закричал он, подлетая и хватая сразу двоих за шкирки.
Те попытались и его пихнуть. Он увернулся.
— Да пошёл ты, дядя!.. Ты знаешь, кто я?! И…
Не особо тактично отпихнув менее говорливого, Илья тряхнул наглого поганца.
— Рот закрыл.
Ему даже голоса не пришлось повышать. Он умел говорить с такой интонацией, на которую реагировали все. В судах отточил.
Парень замолк.
— Э…
— Что у вас тут? Трое на одного? Заебись!
Тот, которого он держал, рыпнулся снова, оскалившись. На вид не больше одиннадцати-двенадцати. Самый паскудный возраст, когда самоутверждаются за счёт более мелких.
Парнишка, которого били, встал на ноги и, недолго думая, побежал.
— Саша, стой! — крикнула девица, про которую Илья на время забыл, мысленно уговаривая себя не вздёрнуть хулиганов прямо тут.
Под белы рученьки — да на серьёзный разговор к серьёзным дядям.
Понятное дело, что хулиганьё и такие стычки — неизбежная реальность в жизни любого мальчишки. Даже с ним пару раз в подростковом возрасте подобные истории случались, когда матушка при виде его синяков едва не падала в обморок. А он гордился… И даже рвался идти дальше. Но где-то его смогли тормознуть…
— Да отпусти ты меня!
Держать Илья никого не собирался. Нотации им читать — тоже. У них есть родители, старшие товарищи, вот они пусть воспитанием и занимаются.
Ретировались пацаны с поля битвы резво. Сверкая пятками и закидывая воздух ошмётками грязи.
Ладно, чёрт с ними.
Илья покачал головой и повернулся к девушке.
А тут у них что?
А тут был маленький апокалипсис. Это Турисов понял сразу.
Бывает такое: смотришь на человека — и в голове зажигается красная кнопка. Проблемный.
Есть такие люди. Которые что бы ни делали, кем бы себя не окружали — всё у них шло через одно место.
Сидящая на куче снега дамочка была именно такой.
Молодая, лет двадцати пяти. Может, даже моложе — чёрт её разберёт в сумерках.
Илью заклинило на её волосах. Они растрепались и рассыпались локонами по лицу и плечам. Воздушные пряди изумительного цвета — цвета спелой пшеницы.
Сейчас колористы творили настоящие чудеса. Как говорится, любой каприз за ваши деньги. Но почему Турисов не сомневался, что это настоящий цвет?
Как и всхлипывания.
— Ты в норме?
Он присел перед девушкой, протянул руку, намереваясь ей помочь встать. И не был готов к тому, что по его ладони ударят перчаткой.
— Не ты, а вы! Ой, простите, я…
Она вскинула огромные глаза на него.
Н-да…
Илья на несколько секунд завис.
То, что красивая — сразу ясно. Нереально большие глаза с нереально длинными ресницами спрятаны за круглыми очками в тонкой оправе. Нос и щёки в веснушках, мешающих оценить возраст.
И губы. Полные… Про такие говорят — чувственные. Сейчас — в каплях от растаявшего снега.
Илья мотнул головой, прогоняя наваждение.
— С тобой всё в порядке?
— С вами! Почему вы мне тыкаете? — девчонка громко шмыгнула носом.
О как…
Илья недобро усмехнулся и выпрямился.
Заучка, что ли, ему попалась? Или у девчонки шок?
А ему, собственно, не всё ли равно? Хулиганов разогнал? Разогнал. О самочувствии у барышни поинтересовался? Поинтересовался. Может дальше ехать.
Турисов и развернулся, намереваясь пойти к машине. Поморщился, увидев, что его брюки безнадёжно испорчены.
Сам хорош… Нашёл, что надеть при такой погоде.
Но всё-таки не белое…
Как некоторые.