Марина Кистяева – КроШа. Книга первая (страница 4)

– То есть как… При чем здесь моя девственность?

– При том. Мой хозяин желает, чтобы мать его ребенка была «чистой». Чтобы её генетическая память не носила следов других мужчин. И не только генетическая. Надеюсь, Вы меня понимаете.

Она понимала.

И всё же, по-прежнему пребывала в состоянии легкого шока.

Они живут в двадцать первом веке! О какой генетической памяти могла идти речь?

Внезапно Лере стало смешно. Кто бы говорил… Двадцатилетняя девственница, не подпускающая к себе никого из-за того, что ждала СВОЕГО мужчину.

Если бы не печальные факты, заставившие Леру пойти на крайние меры, она бы даже зауважала мужчину, что собирался стать её заказчиком.

– Да, с памятью проблем не возникнет, – Лере с трудом удалось подавить в себе желание усмехнуться. – Тут Вы можете не беспокоиться. Я «чиста». Но тогда возникает вопрос, а как мне лишаться девственности? Механическими способами?

Ей ответили не сразу. Верестов откинулся на спинку и скрестил руки на груди.

– Вы основательно подготовились.

Лера нахмурилась.

– Не понимаю Вас.

– Да, наверное, я неправильно выразился. Я имел в виду, что Вы готовы пойти на многое, чтобы заключить договор.

Вот теперь можно было и усмехнуться.

– Господин Верестов, – Лера сознательно к нему обратилась, как администратор ресторана, делая акцент на пропасть, что разделяла их. – У меня брат и мама попали в аварию. И да, чтобы спасти их я готова пойти на многое. Почти что на всё. Или Вы думаете, что я от хорошей жизни надумала стать суррогатной матерью?

– Вы удивитесь, Лерочка, узнав, сколько молодых и здоровых девушек обращаются в специализированные агентства. Подобная услуга стоит дорого. И зачастую за год они зарабатывают столько, сколько не заработают и за пять лет. А то и больше. И раз мы коснулись финансового вопроса, скажите мне, на какую сумму Вы ориентируетесь?

– Сто тысяч. Евро.

Лера ответила без запинки. Именно эту сумму назвал ей врач.

Как она и предполагала, сумма не удивила Верестова. Значит, он к ней был готов.

– К финансовой стороне мы ещё вернемся. Чуть позже я озвучу сумму, которую мой клиент готов заплатить за Ваши услуги. А вот и наш заказ несут. Так что, давайте поедим.

Его слова прозвучали откровенно настораживающе, и пока Лера пробовала изумительный по вкусу салат из устриц и сочное мясо, которое дополнительно заказал Верестов, её не отпускала мысль, что они только-только подбираются к основным переговорам.

Себе Верестов заказал вина. Предложил и ей. Она отказалась. Не исключено, что подобным образом он её проверяет. Скажет, девушка готова стать суррогатной матерью, а сама пьет. Многие пары, решив обзавестись ребенком, полностью исключали алкоголь минимум на полгода. А тут девица пьет. О чем с такой разговаривать?

Ужинали молча.

После того, как с едой было покончено, Верестов сказал:

– Чтобы не ходить вокруг, да около, перейду сразу к делу. Мой клиент желает принимать непосредственное участие в зачатие своего ребенка.

– Это и понятное дело. А как же иначе?

– Лерочка, Вы меня не поняли. Непосредственное участие.

На последнем слове Верестов сделал акцент.

И если раньше от смущения кровь периодически приливала к щекам Леры, то сейчас девушка побледнела.

– То есть, подождите, – все её благие намерения сохранять невозмутимость и готовность принимать всё, что ей предлагают, улетучились. – Ваш клиент хочет… спать со мной? Верно?

– Совершенно.

Верестов холодно улыбнулся.

– Прежде чем Вы ответите, вот, изучите.

Он достал из, несомненно, дорогого кожаного портфеля несколько листов бумаги.

– Это предварительный договор. Я готов выслушать любые вопросы и предложения.

Лера дрогнувшей рукой взяла протянутый договор и невидящим взглядом уставилась на него. Буквы плыли перед глазами. Приказав себе успокоиться, она заставила себя вникнуть в написанное.

В шапке договора не было имен. Лишь общие предложения.

Дальше шло самое интересное.

– Неужели и такие договора существуют, – это был риторический вопрос, на который Верестов всё же ответил.

– Вы учитесь на юридическом, Вам ли не знать?

Нет, она не знала. Потому что ничего подобного не читала ранее. Хотя преподаватель по семейному праву как-то обмолвился, что, если они будут заключать брачные договора, то столкнутся с очень интересными моментами.

У неё в руках находился не брачный договор.

Нечто похуже.

– Я должна буду спать с Вашим хозяином… по первому его требованию… о как даже… и что? – её восклицание было тихим. В нем не слышалось возмущения, лишь недоумение. – Быть покорной?

– Лера, читайте дальше. Внимательно читайте, я же Вам говорю.

Она читала.

И чем дальше, тем эмоциональнее воспринимала договор.

Её начала бить нервная дрожь. Становилось то холодно, то жарко.

Да, рано она радовалась. Судьба не собиралась ей делать подарок.

– Вы мне на словах объясните, что значит «быть покорной».

Это выражение большими красными буквами отпечаталось в сознании, не позволяло дальше углубиться в текст.

Леру терзали противоречивые чувства. Она продолжала цепляться за соломинку, не желая признавать, что её заказчик окажется извращенцем, и ей, прежде чем она забеременеет, придется испытать все прелести игры «господин-саба».

– Вижу, Вас немало смутил этот пункт. Хорошо, постараюсь донести его словами. Хотя, опять-таки, сделаю замечание… Юрист не должен доверять словам. Лишь договору. В нашем случае там говорится, что Вы должны быть покорной, то есть не спорить и не перечить Вашему заказчику. Лучше иметь с ним как можно меньше разговоров. То есть словестных контактов. Он говорит – Вы делаете. Всё. Обратите внимание, там отдельной строкой идет пункт о садо-мазо. Вы сейчас подумали именно о нем. Поспешу разочаровать, Лерочка. Никаких плетей и кожаных наручников не будет. В рамках данного договора покорность воспринимайте именно, как готовность в любое время дня и ночи заняться сексом с клиентом. Без возражений. Периодически путешествовать с ним, если он летит на переговоры и желает взять Вас с собой. Вот, собственно, и всё. Никаких телесных повреждений Вам наносить никто не собирается.

Как ладно говорил Верестов!

Как у него всё просто!

Лера снова вернулась к договору. Прочла три строчки и вновь посмотрела на Верестова.

– Послушайте, но зачем ему это?..

– Что конкретно? – Вопрос прозвучал более жестко.

– Секс со мной. Хорошо, я ещё как-то могу понять про генетическую память и желание Вашего клиента непосредственно принимать участие в зачатии малыша. Но тут прописано, что я должна буду, в случае согласия, на протяжении всего времени, что буду находиться в его доме, спать с ним, опять же, по первому требованию. Получается, я стану не только суррогатной матерью, но и девочкой для интимных утех!

Лера, даже если бы и захотела не возмутиться, не смогла бы сдержаться.

Ответом послужило пожатие плечами и уже ставшая привычной реплика.

– Дальше читайте. Там ещё есть кое-что интересное.

Лера порывисто перевернула страницу, уже морально готовясь к худшему.

И всё же подготовиться она не смогла.

Пальцы перестали удерживать бумагу, и договор, тихо шелестя, опустился на стол.