Марина Кистяева – Девочка для генерала 2 (страница 33)

– Нет, я… – она замялась, не зная, что сказать. – Я, наверное, не вовремя. Извини.

– Раз пришла – говори.

Он ещё сильнее свел брови на переносице.

– Ничего серьезного.

Катя вздрогнула, когда Руслан резко захлопнул ноутбук и пристально посмотрел на неё. Взгляд тяжелый. Тот, который Катя ненавидела всей душой и к которому как бы ни старалась, не могла привыкнуть.

– Катя, ты пришла в кабинет осознанно. Постучала. Знала, что я здесь. Слушай, что за детские игры? Воробушек, у меня чертовски много дел, и, если ты отвлекаешь меня осознанно, будь любезна, объяснись.

Вот так как-то…

Катя улыбнулась натянуто и пожала плечами.

– Извини, Руслан, я действовала, не подумав. Я пошла на кухню, застала там Михаила и Юлю. Вот…

Она больше не знала, что сказать.

– И это всё?

Она кивнула.

– Да.

Он продолжил смотреть на неё.

– Я пойду.

Она развернулась и вышла.

Её никто не остановил.

Привыкай, Катя. Что ты хотела? Нежности? Душевного тепла? Что генерал Коваль будет с тобой сидеть и обсуждать вероятный роман между своими подчиненными?

Глупо.

Он слишком занят. А она?..

Катя прислонилась спиной к стене, несколько раз моргнула, стараясь прогнать жжение в глазах.

– Я хочу день свободы.

Руслан отреагировал, как она и предвидела – медленно приподнял брови. На лице не дрогнул ни один мускул, и это порой выбешивало. Вот что за человек? А? Состоит из крайностей, иначе и не скажешь. То рычит, мышцы того и гляди порвутся от напряжения, то абсолютно не пробиваем. Причем в такой степени, что хочется взять тарелку и кинуть в него. Вот так, от души. Сто процентов тарелку отобьет, и она до него не долетит, но помечтать-то можно?

А главное, выражение лица изменится.

Может, правда, запустить?

Обратку не вернет, зато у Кати эмоции поутихнут!

Девушка про себя мстительно усмехнулась. Решено, как-нибудь точно в него чем-нибудь запустит. А потом бежать в спальню. Это единственное место, где между ними всё идеально. Бешеный темперамент Руслана сделал своё дело – пробудил в ней чувственность.

Но одним сексом сыта не будешь.

– Объяснись.

Он даже отложил приборы. А вот это интересно.

Катя откинулась на высокую спинку кресла и честно, без заминки, как она думала, так и ответила:

– Я до сих пор не могу понять уровень наших отношений. Или не уровень… Не знаю, как правильно сказать. Что именно между нами, наверное, так будет яснее. Ты меня себе присвоил. Что ж… Я не возражаю, потому что… – тут она пожала плечами. – Потому. Да я, собственно, и не жду уже никаких разъяснений и объяснений от тебя. У вас, у мужчин, наверняка восприятие жизни работает иначе. Вот взять тебя. Я сегодня так хотела с тобой поделиться переполнявшими меня эмоциями от того, что у Юли и Михаила, скорее всего, роман, а ты был занят. Я вторглась в твое личное пространство, ты меня аккуратно так попросил убраться прочь. Я почувствовала обиду. Но опять же, это лирика. Видимо, в силу разницы в возрасте и социального статуса нас волнуют разные вещи.

Катя видела, как стремительно темнеют его глаза. Как он едва заметно прищуривается. Ей понадобилось прилично времени, чтобы научиться различать мельчайшую мимическую реакцию Генерала. Катя подозревала, что это только начало.

Но ничего, она тоже быстро учится.

А как до тебя, солдафон чертов, донести ещё, что я не просто часть мебели? И моя сущность – это не только куночка!

– Ты… – она продолжила, но задумалась. – Сейчас. Я соберу мысли в кучу и продолжу.

– Собери уж, пожалуйста.

В голосе Руслана послышалась легкая язвительность, замешанная на раздражении. Кате удалось его задеть? Если да, то на это и был расчет.

– Пытаюсь продолжить. После того, как я ушла от тебя, я снова пыталась найти себе занятие. Ходила, бродила туда-сюда. Ничего. То есть пока ты работаешь в кабинете, или там… я не знаю. Назовем всё одним словом «работаешь». Я одна. У меня ограниченный доступ в сеть. Я могу смотреть фильмы, читать книги. Но мне этого мало. Я чувствую себя… бесполезной. Даже одинокой. Но тема одиночества – это уже мой личный бзик. Девушка же при мужчине априори не должна чувствовать себя одиноко, правда?

Генерал сжал губы, а желваки на скулах заходили.

– Какой день свободы ты от меня хочешь? – и ирония куда-то странным образом подевалась.

Если бы Катя была расчетливой стервой, она ликовала бы. Её слова достигали цели. Но Катя таковой не была. Её цель – понять, насколько Руслан готов идти ей навстречу.

Она не рассчитывала, что с ним будет просто.

Первое – между ними пропасть в восемнадцать лет.

Второе – социальный статус.

Третье – жизненный опыт. У неё борьба за выживание, кредиты, долги, безысходность. У него карьера, власть, кровь, потеря.

Она не зря намекала, что хотела бы чуть больше определенности. Пока она для себя определила свой статус, как статус любовницы. Дальше заглядывать не хотела. Боялась.

Поэтому готова была работать. Над их отношениями.

Катя невольно втянулась в Генерала. Именно так. Втянулась. Если копнуть глубже, у неё даже, наверное, найдется несколько психических отклонений. Взять ту же неприязнь от вероятного прикосновения к ней кого-то другого. В этом что-то есть. Катя не психолог, определить свои мотивы и страхи не могла.

Другое дело, её тянуло к этому сильному мужчине. И она хотела, чтобы он с ней стал мягче.

– У меня нет документов, но я их и не спрашиваю. Уже поняла, Руслан, что ты мне их сделаешь и выдашь, когда сочтешь нужным. Ты меня обеспечиваешь всем самым необходимым. Если я сейчас тебе скажу, что хочу прогуляться по магазинам, ты мне выдашь дебетовую карту, приставишь охраны человека три, а то и больше и отправишь в свой торговый центр. Я права?

– Да.

Снова лаконично.

– Вот и я про то же. Это не входит в определение дня свободы.

– Воробушек, ты можешь говорить яснее? – мужчина подался вперед, сцепив пальцы в замок и положив руки на поверхность стола.

Они уже позавтракали и теперь пили кофе.

– Я пытаюсь. Ораторскому искусству не обучена, вести переговоры с оппонентом – тоже.

– То есть я твой оппонент?

– Конечно, Генерал, – она улыбнулась. – А ты сомневался?

– Катя, ты напрашиваешься…

– Да, напрашиваюсь. На день свободы, – она продолжала улыбаться, хотя от его легкого предупреждения, скрытой угрозы, чисто мужской, внизу живота сначала стремительно сжались мышцы, а потом отстрельнуло в пах. Между складочек, словно микроскопические молнии засверкали, и трусики увлажнились от вожделения, что накрыло Катерину. Чтобы скрыть собственную реакцию, которую Руслан запросто мог распознать с его поистине нечеловечным чутьем, Катя поспешила продолжить: – Что я хочу от тебя. Вернее, даже от себя. Я хочу, чтобы ты мне таки да, выдал карточку, и я уехала по магазинам. Но! Вот тут и заключается суть моей основной просьбы к тебе. Я хочу уехать одна.

– Нет.

– Другой реакция, Руслан, я и не ожидала…

– Нет, Катя.

– То есть мне даже не продолжать? – она смело взглянула ему в глаза, хотя у самой скрутило в области желудка. И возбуждение начинало утихать. Зато досада снова злорадно усмехнулась и приготовилась основательно приземлить её, поставив Катю на место… обычной содержанки без права голоса.