Марина Киреника – Прозрение (страница 4)

Предлагаю ввести новый термин-характеристику: «Клеточные люди – намеренно или случайно ограничивающие своё пространство бытия, мышления, чувствования и созидания рамками пространства-времени, доступных земным законам». Если говорить о биологической клетке – она тоже выполняет свою функцию от и до, но мы же, смею надеяться, чуть сложнее… хотя, может я и заблуждаюсь.

Фрагментарность (выделенность части из целого) противоречит мироустройству. Думаете, «эка хватила лихо»? Сейчас разберёмся и увидите, что противоречие очевидно. Как-то забавно получилось, что наука и знания стали сами по себе, а мы – сами по себе. Или еще того тошнее – наука на службе у человека… ох, не высоко ли мы метим, сидя в клетке?

Прежде чем двигаться дальше, обострим понятие фрагментарности до состояния клипового сознания. Тогда станет понятно, как метод выделения фрагмента из целого постепенно сформировал осколочность восприятия и мышления. Ведь вначале всё было, казалось бы, верно: физика занимается одним, химия – другим, математика – третьим. Что это даёт? Углубление каждого знания, специализацию и интенсификацию его развития. Безопасно это? Как теперь выясняется, не совсем. Мы поделили мир на «области знания» его изучающие, и в нашем сознании он утратил целостность.

Жизнь людей свелась к измеряемой и видимой части: от зачатия (а еще хуже – от рождения) до ухода. Куда? Дальше – мифология со сказками наобум. Куда хотите, туда и придумайте. Достоверность нулевая, сюжетность либо обнадёживающая (рай), либо пугающая (ад). В результате человек говорит себе: «Забей! Живи одним днём, ТАМ ничего нет». И в этот момент появляется то, что делает человека конечным, его жизнь мало осмысленной и непонятной. А что? Всё равно же умирать…

Сейчас мы с вами выстроим микромодель «клеточного» человека, чтобы понять – как это работает.

Для образца лучшим примером будет «психотип» чиновника. Другое название этого психологического свойства – «временщик». Чиновник еще фрагментарней обычного человека, поскольку мыслит о себе, идентифицируясь с креслом-клеткой. Временщики они потому, что их время начинается с поступления на службу и единственная задача – любыми путями, средствами и способами задержаться в этом времени как можно дольше. Что для этого нужно? Не высовываться, не брать на себя ответственность (если что-то пойдёт не так – прогонят с места), угождать и лицемерить, льстить и наушничать, не перечить и соглашаться. А за это – сыто есть и сладко спать. Главное, чтобы ничего принципиального не происходило. Вы сами знаете множество примеров тому, как «крапивное семя» заполоняет собой пространство, губя всё культурное, достойное и живое. Примеры не только в литературе, их достаточно в сегодняшней повседневности.

Жизнь «до службы» – это подготовка к ней, а после – бессмысленное угасание без идей, без цели, без радости. Функционер отфункционировался… и к списанию.

Отличаемся ли мы, в глобальном смысле, от «клеточного» человека – чиновника? По сути, не очень.

Разберёмся.

Если мы признаём себя только в интервале от рождения до смерти, то выходит, придерживаемся той же самой концепции. Скажу больше, что некоторые родители вообще ждут пока ребёнок заговорит, начнёт ходить и есть самостоятельно… чтобы начать считать его человеком. А так он пока – полуфабрикат, нечто формирующиеся, не целое, не завершённое, с которым можно не слишком считаться. «Он(а) еще ничего не понимает» – узнаёте фразу «взрослых»?

А как же та самая «бессмертная душа» – энергия ниоткуда не берущаяся и никуда не исчезающая? Не слышали? Понятно.

Между тем, человек приходит в этот мир с готовой сформированной судьбой, события которой обусловлены собственным прошлым его энергии и кармическими отпечатками его земных предков.

Получается, что если мы не видим/осознаём себя до рождения, не пытаемся восстановить картину собственного прежнего опыта, то немногим отличаемся от «клеточного» чиновника. Нам так же безразлично, что было с нами до, и мы не собираемся нести ответственность за то, что будет после?

Ребёнок спрашивает: «Где я был(а), когда меня не было?», «Если я умру, то что со мной будет?». Взрослым легче отмахнуться и ответить: «Что за глупости, чем ты себе голову забиваешь?». А ведь не ответив ребёнку, мы не признаемся себе, что не в состоянии ответить, мы не даём себе труда искать этот ответ и остаёмся в тупике. И уже наши взрослые вопросы: «Зачем я здесь? Ради чего живу?» остаются без ответа, продолжают мучить и не дают покоя.

Временщики – те, кто уверен, что живёт «один раз», потому что время жизни измеряемо. А то, что само время – это понятие, придуманное людьми, нам и в голову не приходит. Тогда вернёмся к древним племенам, которым было неизвестно и, более того, не важно, сейчас 14:30 или 14:35. Условные единицы времени регламентируют цивилизацию, а не жизнь, и чем дальше, тем больше. Вы уверены, что время есть везде и существует за пределами Земли? То-то и оно. Космические теории уже многое открыли и показали фрагментарность наших знаний.

Земля – фрагмент Космоса, частный случай в общей системе. Каждый из нас – носитель энергии, которая пришла на Землю, чтобы… (продолжите сами).

У нас есть выбор – быть временщиками, думать, что мы тут случайно, мы – никто, непонятно зачем и что дальше – кто знает? Или за отведённое земное время, раз уж тут так всё устроено, суметь изменить судьбу – изменить себя для самих себя, и изменить себя для других.

Пословица с комментариями:

«Вчера уже нет…» – всё, что произошло, уже произошло. Задача – узнать и понять, что это было, из чего состоит энергетический багаж, во что выльется этот груз, куда поведёт заложенная «вчера» программа.

«…завтра может не быть» – если откладывать, то можно не успеть убрать ненужное, исправить плохое, залечить разрушенное, чтобы расчистить себе благоприятное пространство судьбы. Если не сформировать «завтра» – его не будет, или оно будет таким, что вам не понравится, если пустить будущее на самотёк.

«живи сегодня!» – когда принимаешь то или иное решение, прогнозируй, как оно отразится на всех твоих будущих жизнях. Не шутка.

Сегодня вы готовите свои будущие воплощения, не важно, понимаете вы это или нет. «Незнание законов не освобождает от ответственности». Выходит, что лучше знать.

Много ли людей мыслят себя в масштабах вечности? Понятно, что нет, ведь об этом в школе не говорят. А по сути, именно это знание: откуда Я пришёл, зачем Я здесь и что дальше? – должно было бы стать базовым для человека. Именно такой подход определяет – пойдёт ли один человек стрелять в другого.

Сколько говорено-переговорено психологами о том, что все проблемы из детства, что детские травмы лежат в основе поведенческих моделей человека и так далее, и тому подобное. Всё верно, но почему-то докопавшиеся до детских ранений люди, нередко «закапываются» в них еще глубже, возводя вокруг себя прочные стены «пост-травматизма».

Простить мать, простить отца, брата, сестру, сколько бесконечный «прощений» надо осуществить, чтобы избавиться от боли? А, тем не менее, ни одна серьёзная операция еще не прошла бесшовной, и рубец никуда не денется. Значит ли это, что история нашего биологического детства недостаточна для разгребания взрослых завалов?

Начнём с отношений дети-родители. «Мы покакали», «Мы поели», «Мы пошли в школу», «Мы сделали прививку» – и всё это произносит взрослый человек, рассказывая о том, что сделал его ребёнок или что сделали с его ребёнком. Полное отождествление, исключающее мысль, что взрослый, прямо скажем, не принимал участия в событии. Это важный вербальный маркер «принадлежности», а именно, отношение к ребёнку, произведённому на свет, как к биологическому фрагменту себя самого. И это было бы нормально и оправданно, если бы тем и завершилось.

Действительно, сперматозоид оплодотворил яйцеклетку, развился плод и вышел наружу, то-есть в мир. Всё верно. Есть наследственные болезни, генетически переданные по эстафете, есть узнаваемые черты лица, есть опознаваемые черты характера (в дедушку, в маму). Очевидно, что родители подарили своему ребёнку тело. Но как быть с бессмертной душой? Как в этом конкретном теле появилась особенная, определённая энергия? Неужели тоже от родителей, тогда от какого именно, ведь в исходном процессе участвуют две души, а не одна?

Возвращаемся к идее бессмертия, вечности и цикличности появления энергии души на Земле. Человечество с разных сторон пытается подойти к ответам, рассуждая о том, что душа ребёнка «выбирает» своих родителей. Сами ли выбираем, нам ли предписывают – кто знает? Но из многочисленных поисков и предположений вырисовывается один ответ: энергия души была до, и будет после. Принимая этот ответ, мы начинаем яснее видеть происходящее сегодня.

Если родители не дарят своим детям энергию/душу, то в таком случае более определённо очерчивается их родительская функция. Получается, что им – взрослым, поручено выкормить и поставить на ноги, обучить необходимым навыкам, помочь адаптироваться в реальности и…, строго говоря, отпустить на все четыре стороны. Это как минимум. А в идеальном варианте – наблюдать и изучать энергию появившегося, благодаря их усилиям, человека, подмечать его особенности и склонности, создавать условия для развития его неповторимости и самости. Для большинства живущих на земле второй вариант – заоблачная мечта. Почему? Да потому, что мы возвращаемся к позиции: ребёнок – фрагмент произведшего его на свет взрослого. Если бы изначально, еще до половозрастной детородной зрелости в сознании людей присутствовала идея о том, что будущий ребёнок не их «продолжение», а симбиоз энергии/души и тела, пришедший в мир для того, чтобы его душа могла пройти в этом теле в это время в этих условиях свой особый путь, – жизнь каждого человека, как и история всего человечества, пошли бы иным путём.