Марина Индиви – Отшельница. Искра короля (страница 10)
— В Роване так, — кивнул Лазар. — В других странах, возможно, иначе, но я ни разу не бывал за границей.
— Кажется, мне не нужны книги, — я указала на пыльные фолианты. Некоторые были непыльными, выделяясь более темной обложкой — так можно было отследить, какие томики мальчишка успел прочитать. — Ты просто кладезь информации. Расскажи, что ты знаешь о целителях? Как им можно стать?
— О целителях? — почесал затылок Лазар. — Не так уж много…
«Не так уж много» для меня оказалось «о-го-го как много». Никаких медицинских школ в Роване не существовало. Человеку, открывшему в себе целительский дар, необходимо было идти в ученики к опытному целителю. Учиться, учиться, учиться, а затем сдавать экзамен этому целителю. Если мастер убеждался в том, что его ученик готов, он составлял подробное рекомендательное письмо с экзаменационной оценкой, и вместе с этим письмом будущий целитель ехал во дворец. На словах просто, на деле…
Я не могла покинуть поместье. Потому что, во-первых, мне это было запрещено, во-вторых, я не собиралась бросать Лазара.
Я не хотела учиться у Теренса. Как доктор он так себе. А если бы и хотела… Что-то подсказывало мне, что учеба у него будет стоит как мое поместье в лучшие времена, но у него я никогда не сдам этот экзамен.
Что мне в итоге оставалось? Пригласить другого, нормального целителя сюда, и уговорить его взять меня в ученицы.
— Скажи, тут есть списки ныне живущих целителей Рована?
— Есть, — к моему облегчению кивнул Лазар и уже кинулся искать этот справочник.
О том, как буду получать лицензию у бывшего мужа, я решила подумать потом. Не зверь же он, оказывать мне в такой малости?
15
Странная весенне-летняя яблоня «родила». Крупные наливные яблоки созрели и так и манили их попробовать, и это была первая хорошая новость. В противовес ей Теренс распустил по городу слухи, что я лечила без лицензии, и что обращаться ко мне опасно. Об этом мне с сожалением рассказала Марни.
— Мы-то с папой знаем, что это не так, — грустно призналась девочка. — Но остальные…
Впрочем, мне вряд ли светила врачебная деятельность. Я прекрасно понимала, что такое лицензия, знала, что на любую новую специализацию надо учиться. В экстренном случае с Марни у меня не было выбора, а во время работы с Розой магия Лазара словно направляла меня. То же самое было и с самоисцелением, тем не менее я действительно планировала пройти местное магическое обучение, но…
«Сожалею, но я не смогу вам помочь. Вы слишком далеко находитесь…»
«Мне придется оставить практику, чтобы обучать вас, если вы готовы заплатить мне тысячу золотых монет, я рассмотрю ваше предложение в течение полугода».
«К сожалению, я не смогу вам помочь…»
«Чтобы вас обучать, я должен получить специальное разрешение вашего бывшего супруга. Как только оно у вас будет, напишите мне снова».
Сожалею, сожалею, сожалею… вынужден вам отказать, не смогу, приходите позже…
На все мои письма целители отвечали отказом, но, каждый раз вскрывая новое письмо, я надеялась. На то, что кто-то согласится. Сможет обучить меня не за стоимость крыла от Боинга. Что кто-то не испугается гнева моего венценосного супруга: ведь рекомендательное письмо и оценка будет подписана целителем, и его величеству станет известно, кто обучал опальную бывшую королеву.
С каждым днем надежды становилось все меньше, и это злило. Злило, что я не могу помогать людям, хотя хочу и умею… Господи, да я с пяти лет знала, что хочу быть врачом! Хочу спасать жизни! С того самого дня, как никто не смог помочь моему отцу!
Что я вынуждена сидеть тут и ждать чьей-то милости, пока Теренс тянет из людей деньги, но ничем им не помогает. Сначала я думала, что это только мне так повезло в моей ситуации, что он вытягивал из Оливии остатки содержания бывшего мужа, но, по словам Марни, он так лечил всех. Выдавал магию, которая приносила временное облегчение — кому-то надолго, кому-то не очень, лечил симптоматику, совершенно не пытаясь найти причину.
Это злило еще сильнее. Настолько, что я готова была лично ехать к бывшему и просить его о том самом рекомендательном письме, но… меня останавливал Лазар. Марни рассказала, что по городу рыскали солдаты, искали «какого-то сбежавшего паренька», и я просто не смогла уехать.
Оставить Лазара на Карлу и Жюли? Можно, конечно, они девушки хорошие, но если речь зайдет о жизни и смерти (за сокрытие парня уже грозили судом со всеми вытекающими), я не была уверена, что они смолчат.
Впрочем, среди всего этого была и вторая хорошая новость: тело Оливии восстанавливалось, и с каждым днем все быстрее и быстрее. Мне все реже требовалась магия Лазара, все чаще я справлялась своими силами, а вызванное извлечением искры старение обратилось вспять. Когда я в последний раз рассматривала магическую проекцию собственного тела, ни в органах ни в тканях не осталось темных пятен. Я думала, что лечение затянется до конца лета, но шел еще только первый месяц, а я его уже почти завершила.
Сейчас оставалось только наблюдать и поддерживать, и это, вне всяких сомнений, меня радовало. Как и отражение в зеркале. Сейчас на меня оттуда смотрела жизнерадостная, полная сил молодая женщина, как говорится, в самом соку. Волос у меня стало побольше, кожа перестала выглядеть как растрескавшаяся ваза с археологических раскопок и засияла, глаза тоже, ушла призрачная резкость скул и подбородка. Да и в стратегически важных женщине местах все округлилось.
Совместно с Жюли мы переделали мой гардероб, и теперь у меня было три приличных платья, в которых не стыдно показаться на люди. В одном из таких я и была сегодня: бледно-зеленого цвета, с отлично сохранившейся золотой вышивкой и кружевами оно подчеркивало мою фигуру и придавало мне свежести.
— Оливия, вам письмо принесли! — В комнату впорхнула Жюли и протянула мне конверт.
Мы с девушками договорились, что никаких «госпожей», поэтому все в поместье называли меня исключительно по имени.
Я взяла из ее рук письмо и прочла:
Очередной отказ? Ладно, переживу. Некоторые вообще ничего не отвечали. Я взяла с туалетного столика нож для бумаги и вскрыла конверт.
Я перечитала письмо несколько раз, чтобы удостовериться, что у меня не глюки. Что я не выдаю желаемое за действительное, что этот Дэмиан… действительно готов ко мне приехать?!
— Что? Что там? — с любопытством спросила Жюли.
— Меня готовы обучать! — воскликнула я, все еще не веря собственному счастью.
— Ах, радость-то какая!
Служанка всплеснула руками, на лице ее светилась искренняя радость. Настолько искренняя, что я не выдержала, завизжала от радости, чего не позволяла себе, наверное, со времен студенчества, и бросилась ее обнимать. На мой крик и наше веселье прибежал Лазар и, когда узнал в чем дело, тоже засветился от счастья.
На такой радостной ноте мы все отправились ужинать, а после мне бы стоило готовиться ко сну (для скорейшего восстановления перед сном я отдыхала, а ложилась достаточно рано), но новость меня ошеломила и взбудоражила. Я понимала, что даже если лягу, буду изображать лягушку на вертеле.
— Напишу ответ, завтра же утром надо будет отнести его в город.
— Отнесу! — с готовностью вызвалась Карла.
— А после пойдем собирать яблоки, — я кивнула Лазару. — Надо их наконец-то попробовать.
— Если не понравятся — сварим варенье, — хмыкнула Жюли.
— Что значит — если? Вы их разве не пробовали?
Все уже привыкли, что у Оливии проблемы с памятью, поэтому больше никто не удивлялся.
— Нет, — махнула рукой служанка, — она плодоносит первый год. До этого засыхала стояла, мы думали, помрет…
«Как Оливия».
Странная мысль пришла и ушла, сменившись воодушевлением. Я побежала писать Дэмиану ответ, а после — в парк. Лазар должен был принести корзины, а я сорвала одно яблоко и поднесла его к лицу. Аромат от плодов шел такой, что просто голова кружилась. Я знала, как пахнут настоящие, органические яблоки, но это не шло ни в какое сравнение.
— Сдается мне, до варенья вы не доживете, — пробормотала я, и тут по моей коже прокатилась волна пламени.
Я вскинула голову, и яблоко выпало из моих рук. Покатилось по траве прямо к сапогам стоявшего напротив меня Стефана Равьера.
Часть 2. Королевский кошмар. 1
Король Рована и бывший супруг Оливии запомнился мне пугающим обладателем магии и настоящим козлом. Но в нашу единственную встречу я была не в состоянии нормально его рассмотреть: сил у меня тогда было как у новорожденного котенка. Теперь же все изменилось: мне не грозило упасть к его ногам от бессилия, зрение у меня стало даже лучше, чем было на Земле.
Король в своих темных одеждах в моем цветущем саду смотрелся словно вырванным из контекста, мрачным и чужеродным. Ему бы больше подошел замок с острыми пиками, а не сочная зелень и золотые облака в теплых лучах заката. Казалось, даже мягкие пастельные краски не способны смягчить его темный «злодейский» образ. Густые растрепанные волосы, волевой подбородок, тонкие губы, глаза, в которых плещется сила могущественного дракона.
Что тогда, что сейчас, Стефану удалось застать меня врасплох. Только если в прошлый раз я испугалась, что этот грубый незнакомый мужчина меня раскусит, догадается, что перед ним другая женщина, то теперь я прекрасно знала, что плевал король Рована на свою бывшую королеву с высокой башни своего черного замка (на что угодно готова поспорить, место его обитания именно такое!). Двадцать лет в браке убедили меня, что мужчины бывают слепы по отношению к своим женам и их чувствам. Слепы и жестоки. Мой муж завел любовницу, потому что ему стало меня недостаточно, супруг Оливии вообще изъял из нее магию и оставил медленно умирать в глуши! Отправил племянника, совсем мальчишку, на каменоломни, и забыл про него! Я мало знала Стефана Равьера, но то, что я успела о нем узнать, ни разу его не красило в моих глаза. Бывает, что человек ничего плохого тебе лично не сделал, а ты его заочно невзлюбила. Вот и у меня так!