Марина Индиви – Драконова Академия (СИ) (страница 43)

— Объяснений? — сложила руки на груди. — Хорошо. Будут тебе объяснения. Меня тошнит от мужчин, которые не умеют держать слово — это раз. А еще — от тех, кто при виде Валентайна Альгора сливаются, потому что….

— Что-о-о?! — Люциан это натурально прорычал, даже что-то звякнуло. Хотя что тут могло звякнуть, я не представляю. — Ты сейчас намекаешь, что я испугался этого выродка?

— Не намекаю. Говорю прямым текстом!

У него исказились черты лица. Настолько колоритно, что мне, начитавшейся всякого про драконов, стало как-то не по себе. Люциан рывком шагнул ко мне, и я сделала первое, что пришло в голову — швырнула в него сумку и отпрыгнула к ближайшему унитазу. Сумка Драгона не особо остановила, а вот полог, который мгновенно окутал меня мерцающим коконом и спустя секунду сгустился до непрозрачного — вполне.

Эм… вот значит, как работают местные «кабинки». Внутри она переливалась искорками, создавая такой интимный полумрак, позволяющий в мечтах и думах делать свои дела.

— Ларо, — донеслось угрожающее. — Выходи!

— И не подумаю.

— Будешь сидеть тут весь день?

— Сколько потребуется, чтобы ты оставил меня в покое!

Я попыталась выдать это как можно более равнодушно, но не получилось. Получилось действительно слишком эмоционально, а еще — адресно. Мне впервые за долгое время захотелось на кого-то наорать, но почему этим кем-то оказался Люциан Драгон?!

Какое-то время в туалете царила тишина, изредка нарушаемая лишь попытками других адептов войти (дергалась дверь), но, разумеется, тщетно. Я потрогала окружающий меня контур сбоку — он был плотным и прислонилась к нему, после чего стала считать мерцающие на его стенах искорки. Кафель или как он тут назывался, был чистейшим, без единого пятнышка, унитаз тоже сверкал белизной. Интересно, они их магией отмывают?

— Ларо!

Я даже не стала отвечать. Меня медленно, но верно накрывало этим дурацким горьким чувством обиды, которое, по сути, бессмысленно и беспощадно. Но вот накрывало, и я ничего не могла с собой поделать.

— Ну все, — это прозвучало зловеще. — Ты сама напросилась!

Я собиралась пожелать ему идти к Лозантиру (жаль, я не знаю местных ругательств), но в этот момент противоположная стенка начала растворяться. Я успела почувствовать, как моя становится мягкой, а вот скоординироваться не успела: провалилась назад, шмякнулась на пятую точку и больно ударилась копчиком.

— Твоего ж драха! — Драгон бросился ко мне, пытаясь поднять, а я попыталась его отпихнуть. В результате заехала драконьему принцу в челюсть. Меня перехватили, пытаясь спеленать, как кусючего котенка на приеме у ветеринара, и я вцепилась зубами в драконово запястье.

— Да чтоб тебя! Чокнутая! — зарычал он и как следует приложил меня ладонью по пятой точке. Этот шлепок и его «чокнутая» стали последней каплей.

«Потому что ты чокнутая!» — прозвучало в сознании из воспоминаний, и я забилась в руках Люциана с такой силой, как будто от этого зависела моя жизнь. Миг — и вспышкой магии нас отшвырнуло в разные стороны.

На этот раз я летела недолго, недалеко и встретилась со стенкой, аккурат рядом с витражным окном. Головой ударилась с такой силой, что зазвенело в ушах, а вокруг запорхали драгончики. В смысле, дракончики. Драгон, кстати, тоже был во множественном числе: целых два лица, склонившихся надо мной, плавали в тумане и рычали:

— Ленор! Ленор, ты в порядке?!

«В порядке», — хотела сказать я, но вместо этого получилось:

— Фпф…

— Ленор! — взвыло это драконочудовище, из-за чего голова взорвалась болью в очередной раз. Я уже подумывала вырубиться, когда на лоб мне легла рука Люциана, и меня накрыло теплом. Таким удивительным солнечным теплом, какое представляется в незнойный летний день, когда лежишь среди стрекочущих кузнечиков, вокруг жужжат пчелы и шмели, а травинки смешно щекочут нос.

Щекотали мне, правда, нос не травинки, а вихры драконопринца. Которые упали мне на лицо, когда он склонился надо мной, а с его руки продолжало литься мягкое успокаивающее чувство. То есть магия.

Мгновением позже магия ушла, а чувство осталось. Голова больше не болела, перед глазами не двоилось, в ушах не звенело.

— Лучше? — спросил он, вглядываясь в мое лицо.

Вот зачем он так, а?

— Лучше, — призналась я. Села и попыталась отодвинуться, но мне не дали.

— Ты почему удрала?

— А должна была остаться и в очередной раз выслушать, какая я никчемная? — я посмотрела на него в упор. — Какие у меня кошмарные родители, что я сама серость и ничего из себя не представляю?! И что помолвка со мной была ошибкой? Нет уж, спасибо!

Я выдала это все так, что опешил не только принц, но и я сама. Чувство было такое, что я действительно говорила про себя, про своих родителей, про свою семью. Больно и горько от этого осознания, впрочем, было не меньше. Может, я просто сильно головой ударилась, а может, у меня скоро те самые дни. Точнее, у Ленор.

Да нет, у меня.

Потому что Ленор мертва! Потому что две дуры решили подраться на магической дуэли, потому что в меня шибануло молнией иномирного происхождения и благодаря этому я даже не знаю, что с Сонькой! А чтобы узнать, мне надо явиться пред светлы очи… тьфу, пред темну задницу Валентайна Альгора, который считает, что я уже у него в кармане. Эта мысль стала последней, она же меня и доканала. Я хлюпнула носом.

Принц офигел еще больше, а вместе с ним и я.

Я же никогда не плачу!

— Ларо, ты чего? — подозрительно прищурившись, спросил Драгон.

— Ничего, — буркнула я. — Помоги подняться.

— Мы не договорили.

— А по-моему, договорили. Все выяснили, все закончили. Помолвка расторгнута по твоей инициативе, что тебе еще от меня надо?!

— Да не хотел я расторгать помолвку! — неожиданно рявкнул он и взъерошил волосы. — Я просто… Выдраконился из-за лозантирова Альгора. Когда ты сказала, что я из-за него… Я не поэтому хотел разорвать помолвку, Ларо, а потому что рядом с тобой натурально творю всякую дичь. Как сейчас, например. Я не умею с девчонками общаться на равных. Но с тобой, видимо, придется учиться.

У меня чуть глаза на лоб не полезли.

— Это сейчас понимать, как самый грандиозный комплимент столетия?

— Это понимать так: я не хочу разрывать помолвку, но и видеть рядом с тобой Альгора тоже больше не хочу.

Я закатила глаза.

Если в этом мире кто-нибудь из этих двоих когда-нибудь перестанет диктовать мне условия, на горе сдохнет самый старый и самый страшный дракон.

— Что ему от тебя надо?

— Я.

Вообще-то я не собиралась с ним откровенничать, но сейчас ответ дался мне очень легко и просто. Гораздо проще, чем все предыдущие, когда я сочиняла истории, из которых вполне можно было написать для Альгора книгу.

— А ты? — Глаза Люциана загорелись расплавленным золотом.

Золотом правящей драконьей крови, отличительной особенности королевской семьи. Я вычитала это вчера: у других светлых драконов цвет магии ближе к привычному, цвету огня, золотой оттенок у королей и их наследников, он становится таким от чрезмерной концентрации силы дракона. Точно так же, как холодное серебро — концентрация темной магии, сила смерти, цвет тлена. Глубже которого только абсолютная тьма, черная, как бесконечное ничто, но выдержать магию такой силы по преданиям способен только Лозантир. То есть Бог.

Так же, как безумно сложным считается выносить в себе два единства совершенно противоположной по сути магии: именно поэтому наследование престола Сезаром под вопросом.

Сезар!

Это было как вспышка, яркая вспышка сверхновой. Как озарение! На миг даже снова голова закружилась от осознания. Сезар — не просто темный, в нем королевская кровь и королевская сила. Если он не сможет добраться до Сони, помочь мне узнать, что с ней произошло, не сможет никто. А Валентайн Альгор с его условиями пусть катится к Лозантиру.

— Помоги мне подняться, — повторила я.

На этот раз Люциан действительно встал, увлекая меня за собой.

— Значит, так, — сказала, глядя ему в глаза. — Я не хочу разрывать помолвку, потому что дала тебе слово. Можешь мне поверить, я тоже не горю желанием лишний раз видеть Альгора, и встреч с ним сама не ищу. Надеюсь, моего слова тебе будет достаточно.

Люциан прищурился, а я продолжила:

— Как я уже сказала вчера, партнерство подразумевает доверие. Поэтому если для тебя это проблема, закроем тему с помолвкой прямо сейчас.

А я найду другой способ познакомиться с Сезаром Драгоном.

— Согласен, — произнес Люциан наконец. — При одном условии.

Я приподняла брови.

— Ты перестанешь вести себя так, будто тебе плевать — плевать на кольцо, плевать на нашу договоренность, плевать на все.

Теперь брови приподнялись уже сами. Еще выше.

— Я к такому не привык и привыкать точно не собираюсь, — подвел итог драконопринц: судя по всему, выдохся. Зато я опять завелась:

— А тебе не приходило в голову, что я тоже не привыкла? Не привыкла к тому, что я твоя невеста — пусть и фальшивая? Я никогда не была ничьей невестой, знаешь ли! Учитывая, что у всех нормальных невест есть как минимум фора на узнавание потенциального жениха, а у меня был ускоренный экспресс-курс: «Как вести себя с его Драгонейшеством», и ничего кроме? Ах, да, еще твои комплименты на тему того, кто такая Ленор Ларо, и что ей положено знать свое место!