Марина Индиви – Драконова Академия (СИ) (страница 21)

— Пусти, — повторила я. — По-хорошему. Или по-плохому.

— А по-плохому — это как?

Под столом особо не разгонишься, но я постаралась. Подняла ногу, как в тренировках на икроножные мышцы и со всей дури опустила на драконопринцевый ботинок. Для закрепления эффекта еще и врезала локтем ему под ребра, вызывая сдавленный выдох, и почти скатилась между некогда моим стулом и стулом Лики.

Хрупкая женская сила в действии.

Люциан, к моему явному неудовольствию, в себя приходил быстро, поэтому возможно успел бы меня хватануть снова, но в этот момент прозвучал сигнал, а вошедший в аудиторию преподаватель наградил нас пристальным взглядом.

— Я был бы вам очень благодарен, — произнес он, глядя почему-то исключительно на меня, — если бы вы оставили все свои брачные игры за дверями аудитории. Надеюсь, повторять мне не придется?

— Не придется, магистр Оллихард, — Люциан улыбнулся так широко, как если бы демонстрировал голливудскую улыбку для рекламы стоматологии.

— Вот и чудесно, адепт Драгон. Теперь переходим к истории…

Воспользовавшись моментом перехода к истории, я перескочила за Лику и устроилась на свободном стуле справа от нее. Таким образом мы с активно настроенным принцем оказались разделены, а главное — таким образом я смогу писать роман, не подскакивая постоянно от взглядов через плечо. Или попыток меня облапать.

Магистр Оллихард прошел и остановился за кафедрой. В местных аудиториях кафедры больше напоминали сцену, а вместо доски был магический аналог, записи на котором появлялись по тому же принципу, что и записи в магическом планшете. Во всем этом мне еще только предстояло разобраться, но я решила разбираться по мере необходимости. Сейчас, например, важнее было написать роман, точнее, кусочек романа, который нужно показать Валентайну Альгору.

«Принцесса Ковальда посмотрела на себя в отражающем артефакте…»

— Всем доброго дня, адепты. Мы с вами уже знакомы по подготовительным курсам: история является экзаменационным предметом, высший балл по которому необходим для поступления в Академию Драконова…

Хорошо, никто и не говорил, что будет легко.

«Отражение ей понравилось. Ей показалось, что именно так должна выглядеть принцесса, портрет которой будут писать на природе…»

— … наша история неразрывно связана с историей Темных земель, которые еще называют Мертвыми. Вся наша история пронизана магией, а магия — историей. Именно поэтому моему предмету уделяется столько часов на первом курсе. Экзамен, который вы будете сдавать чуть меньше, чем через год…

«Писать должна была лучшая подруга, с которой Ковальда дружила с малых лет. Они вместе ходили в школу, вместе мечтали о том, как впервые поднимутся в воздух в драконьей ипостаси, вместе сбегали на пляж…»

Интересно, у них тут есть пляжи вообще?

— … основы вы изучали в школе. Но будем считать, что вы не знаете ничего, потому что история нашего мира гораздо более серьезная и более глубокая, чем рассказывается в школьной программе. История магии у вас начнется на втором курсе, но мы затронем ее азы — частично, уже сейчас, чтобы было полное понимание и осознание того…

Как сильно вы вляпались. Особенно ты, Лена.

Особенно в том, что не знаешь матчасть.

Ладно, будем считать, что пляжи у них есть.

«Подругу Ковальды звали Сондарией. Ее отец был советником отца Ковальды…»

— Сиротка-а-а-а… — донеслось до меня низкое с придыханием. Люциан так перегнулся через стол, что Лике пришлось отклониться назад, и сделала она это ну очень резко, вписавшись спинкой парящего стула в задний ряд.

— Мне кажется, или я попросил оставить брачные игры за дверями аудитории? — поинтересовался магистр Оллихард. Невысокий и полностью седой, он развернулся к нам и смотрел почему-то опять на меня! Как будто это я распласталась по столу в попытке дотянуться до Люциана, как дракон до золота.

— У меня что-то с пером, — беззастенчиво произнес тот. — Хотел одолжить у своей невесты. Ненадолго. Сравнить магические контуры.

Все, что он сказал кроме слова «невеста» из его тирады можно было смело выбрасывать, потому что звучало это настолько низко, глубоко и откровенно, что на остальное просто не хватало восприятия.

— Мы пока еще ничего не пишем.

— Именно поэтому я хотел сделать все заранее. Не хочу пропустить ни слова из ваших лекций.

Магистр Оллихард то ли купился, то ли в принципе решил не связываться с адептом драконокоролевских кровей, но снова повернулся к аудитории.

— Итак, как я уже сказал…

Что-то мне подсказывало, что со мной был бы совсем другой разговор, а вот с Люцианом, который, судя по всему, вознамерился взять меня измором — именно такой. Под тягуче-откровенным взглядом золотых глаз я прищурилась, а драконопринц мне подмигнул. Не знай я, что они занимались боевой магией, решила бы, что он занимался чем-то… общевозбуждающим. Хотя возможно, общевозбуждающе на драконов действуют именно занятия боевой магией?

Люциан продолжал на меня глазеть, из-за чего история Ковальды окончательно ушла из меня вместе с кратковременным вдохновением. Честно говоря, я была уже совсем не так уверена, что вдохновение вообще приходило, но, когда есть на кого спихнуть творческий застой, становится как-то легче.

— Ты дашь мне учиться? — одними губами поинтересовалась я.

— А что мне за это будет? — так же шепотом поинтересовался он.

Лика закатила глаза.

— Я вам не мешаю?

— Нет.

— Да.

Последнее мы сказали хором, но магистр Оллихард к нам даже не повернулся, продолжая вещать про важность истории. То ли у Люциана был иммунитет и неприкасаемость благодаря венценосному отцу, то ли магистр посчитал, что это безнадежно, но мы остались наедине. То есть втроем.

Ненадолго — Лика неожиданно вскочила, подхватила вещи и просто отсела от нас. На другой ряд! На этот маневр особо никто внимания не обратил, кроме меня, но подруга на меня не смотрела. Поэтому пришлось развернуться к доске, на которой уже вспыхнуло название:

«Мировая история. От Эрда до наших дней».

Глава 13

Изначально мир, в который я попала, назывался Эрдом. По крайней мере, так его называли драконы или перворожденные, которых создали Лозантир и Тамея. Лозантир был мрачнявый чувак и считал, что Смерть станет идеальной основой для всего сущего, у Тамеи был совершенно другой взгляд. Истинно женский: цветочки, ягодки, любовь, светлая магия Жизни. Поскольку они были супругами, так между собой и договорились: Тамее цветочки и ягодки, Лозантиру — тлен и кошмарики. Если верить легендам, именно так возник мир, в котором темные и светлые драконы изначально жили в гармонии.

Правда, потом начались всякого рода накладки: темные, например, считали, что они мегакруты, потому что их создал мужчина, а светлые слишком позитивные и вообще мягкотелые. С людьми, например, переговоры и торговлю ведут, а не используют их в качестве всяко-разного, например, для ритуала возврата Смерти. Сам ритуал осуществлялся исключительно в водах моря Усопших, которое так назвали темные. Говоря по правде, никто там не усыпал — наоборот, это море являлось неиссякаемым источником мертвой (или темной магии) и даровало такую силу, сравниться с которой могли только создавшие мир боги.

Боги, к слову сказать, наигрались и ушли, параллельно перессорившись вхлам и оставив драконов и людей разбираться между собой. Людей создала Тамея, когда решила, что драконы слишком сильны и этому миру нужно что-то попроще. Муж такого подхода не одобрил, обозвав людей ничтожествами, не достойными существовать с созданиями изначальными. Вот так, слово за слово и возник первый божественный семейный скандал. Ярость Лозантира обрушилась на людей, уничтожив целые селения в мертвых землях, разумеется, через темных драконов.

Светлые такого подхода не одобрили, и случилась первая междраконья война.

С тех пор Тамея считалась святой, а Лозантир — нелюдем. Кстати, неудивительно, что такое не преподавали в школе, иначе даже я, воспитанная на греко-римских войнах, крестовых походах и революциях, имела все шансы стать седой заикой из-за суровой детской травмы. Потому что кровь в те времена лилась рекой, кровь драконов и кровь людей, а мир превратился в царство Смерти, которая была повсюду.

Как бы там ни было, светлые все-таки отбились от темных и решили, что они больше с ними не дружат. На этом заканчивалась история Эрда Изначального. Что касается темных драконов, они долго не думали и провозгласили себя эрдами (то есть истинными правителями этого бренного мира). Преданья старины глубокой нам и предстояло осваивать по лекциям Оллихарда. По его словам, вот это вот краткое вступление было необходимо для понимания масштабов зарождения цивилизации, а cо следующего занятия у нас начнутся подробные лекции, посвященные изначальным временам и правителям.

— Основательно готовьтесь к нашей первой практике, адепты. Пока что мы будем только усваивать материал, и спрашивать буду по всей строгости. Впоследствии нам предстоят выездные занятия на знаковые исторические места. Например, к алтарю Горрахона.

Если я правильно запомнила, Горрахон был первым правителем Мертвых земель, но он и его алтарь, где он убивал людей в обмен на подаренную силу, сейчас казались мне куда меньшим злом, чем ненаписанный роман и Валентайн Альгор.

Написать роман в непосредственной близости Люциана Драгона не представлялось возможным, потому что этот дракон драконил меня всю лекцию. И если бы только лекцию! В перерыве он исчез в неизвестном направлении, но как только я успела обрадоваться, Люциан вернулся. Со стаканчиком чего-то, подозрительно похожего по запаху на кофе, а по цвету — на облепиховый чай.