Марина и – Цифровой, или Brevis est (страница 56)
Максим развернулся в кресле. Закинул ногу на ногу. Улыбнулся широко и искренне:
– Может. Только из-за них он и может переживать.
Он помолчал, давая Арсену возможность осмыслить.
– Помнишь, мы с тобой говорили о собаках? О цифровых щенках, которые сидят в темноте и ждут, пока придет хозяин? Я тебя спросил: все эти люди, что платят реальные деньги за виртуальных собак, они сумасшедшие? Ведь за эти же деньги они могли бы купить что-то настоящее. А ты спросил: например, что? Любовь? Дружбу? Радость жизни? В этот момент я понял окончательно, что ты мне очень нужен, что мы сработаемся.
– Про щенков я понимаю, – пробормотал Арсен. – А сетевые дневники…
– А дневники – это то же самое. Некоторые люди чувствуют себя щенками в темноте. Каждый визит в сетевое сообщество для них – все равно что прогулка с хозяином.
– Моя мама не щенок!
– Нет, конечно. Я не хотел тебя обидеть. Я прекрасно понимаю, что мучает тебя не только ситуация с мамой… Но прежде всего осознание, что
– Да.
– Ты думал, что власть выглядит как-то по-другому?
– Максим…
– Мне просто нужен твой душевный комфорт. Просто. Хочешь, чтобы родители были счастливы? Они будут. В следующий раз не делай резких движений, посоветуйся со мной.
– Я же видел эти блоги. Те, что у Ани.
– Ну, кроме Аниных, есть и настоящие… Но, справедливости ради, Аня работает филигранно. Я сам иногда путаюсь: человек ли, манекен…
– Максим… – Арсен замялся.
– Что?
– А если я
Максим прищурился:
– А хочется?
– Ну…
– Нет, а что бы ты мне хотел приказать?
– Я просто так спрашиваю. Ради интереса.
– Вот робкий ты все-таки и деликатный парень. Аня проще поступила – сразу взяла да попробовала.
– Аня?!
– Ну да. Она предполагала, конечно, что толку не будет. Я мощнее как система, мой ресурс несопоставим с любым человеческим ресурсом.
– Да, – сказал Арсен, и в глотке у него сделалось сухо.
Максим развел руками:
– Но мы с тобой давно договорились: я не собираюсь кого-то обманывать и уж тем более кого-то принуждать. Ты сам ко мне пришел, хотя мог бы соскочить, я отпустил бы тебя без единого звука. И сейчас, только скажи, – я с больным сердцем, но отпущу тебя на все четыре стороны. Не потому, что у тебя есть на меня управа, а потому, что существует свобода воли, доверие, симпатия, наконец. Ты мне очень симпатичен, Арсен. А я тебе?
И он заржал радостно, глядя на озадаченное Арсеново лицо:
– Не смотри на меня так… Запомни: все приедается в жизни: деньги, женщины, слава. Не приедается только работа, которую любишь. И, представь себе, у меня есть для тебя новая интересная работенка!
«Преступление и наказание: игра нового поколения». На обложке выступал из тумана шпиль Петропавловки, и грязный человек сидел на набережной. Лицо у него было напряженное, в глазах, если присмотреться, раскрывались две темные подворотни. Арсен стал вглядываться дальше, и картинка преобразилась: появился город, зыбкий и опасный, распался и снова сложился в лицо.
– Как тебе?
– Картинка гениальная, по-моему, – осторожно сказал Арсен. – Кто это делал?
– Наш питерский филиал. Там художники, там разработчики, и все это, в принципе, вот-вот уйдет в широкую продажу, причем сразу в пиратском издании. – Максим захохотал.
– Никаких презентаций, рекламы… не будет, что ли?
– Реклама – это товар на прилавке, Арсен. После того как первые ребята из любопытства попробуют эту игрушку – начнется бум, начнется истерика, вот увидишь.
Арсен перевернул пластиковую коробку. На задней обложке, как водится, помещались скриншоты – картинки из игры, и даже маленькие, в скверной, как бы пиратской печати они производили странное, очень сильное впечатление. Серо-фиолетовая гамма… Глубокое небо, каналы, гранитные набережные… «Жанр игры не поддается точному определению: это квест с элементами стратегии, шутера, ролевой игры. Пятьдесят вариантов концовки. Двести сорок часов непрерывной игры – и это только основная линия, не считая дополнительных заданий».
– Ого…
«Игра является первой в линейке так называемых психопатических триллеров от компании «Новые игрушки»…
– Психопатических триллеров?!
– Вот это как раз рекламный ход, – Максим кивнул как профессионал профессионалу. – А игрушек будет много, все разные: для депрессии, для просветления, для адреналина, для смеха, для тупого развлечения… И все очень большие.
– Когда же это все… кто же это все успеет сделать? Одну такую игру… по многу лет вытягивают, только одну игрушку такого класса…
– Успеют, – беспечно пообещал Максим. – У нас не только в Питере филиалы. Кстати, как мама?
– Отгул на работе взяла, – Арсен старался говорить без горечи. – Сидит за компом. В блогах из-за ее ухода такая буча поднялась… – Он помолчал и добавил шепотом: – Они называют это «самоубийство».
– Сумасшедшие, – Максим хохотнул. – Сектанты. Арсен, игрушка не готова, перед тем как ее выкинут на прилавки, надо еще сделать одну штуку. Вроде простую и вроде не очень…
Он склонил голову к плечу.
– А от меня чего требуется? – Арсен насторожился.
– Я попросил бы тебя ее пройти по основному квесту.
– Двести сорок часов?! Или это так только говорится – для покупателей?
– Чистая правда. Для рядового игрока – именно столько, причем оторваться невозможно. Они будут ходить, как кролики, с красными глазами, вот как у меня. – Максим моргнул. – Но тебя я попросил бы… немножко цифрануться ради такого дела. Время исполнения задания будет три – три с половиной часа.
– Ты же обещал, что не будешь на меня давить, – пробормотал Арсен.
– А я давлю? Я предлагаю. Игра отличная, это я гарантирую. Ты не будешь нуждаться в еде, сне, тебя ничего не будет интересовать – только игра. И когда ты дойдешь до финала – пройдет три часа. Рабочий день не успеет закончиться. Ну попробуй, трусишка!
Небо тянулось серой лентой над крышами домов. По дну улицы, по булыжникам, блестящим, как лысые головы, сновали маленькие люди и боялись оглянуться. Арсен был одним из них.
Что его с самого начала поразило в этой игре – правдоподобность. Фактура стен. Лица серых статуй. Поверхность реки, мосты, шпили – это был Петербург, но не такой, каким помнил его Арсен по паре школьных экскурсий. Это был великий и жуткий город, и чувство идущего по пятам кошмара было таким натуральным, что Арсен едва удерживался, чтобы не завизжать.
Дворы-колодцы, каналы, серая вода. Плывущие вверх лицами трупы старухи-процентщицы и Елизаветы. Редкие передышки в трущобах, где у костра сидят неподвижные люди и каждый может рассказать свою историю. Персонажи у костров были всегда разные, и только один, казалось, шел за Арсеном, преследовал его от костра к костру.
Он выступал из темноты под серыми стенами – тощая фигурка в пиджачишке с лоснящимися лацканами, пиджачишке шестидесятых годов двадцатого века. Человечек с испуганным бледным лицом протирал очки грязным платком и торопливо говорил всегда одно и то же:
– Меня зовут Пантелькин Дмитрий Саныч. Меня зовут Дмитрий Саныч. Пантелькин. Не надо меня искать. Не надо меня искать!
Арсен продолжал свой путь. Очень страшно, когда чувствуешь преследователя за спиной. Не знаешь, что это. Слышишь шаги – все ближе. Надо успеть. Надо сделать свое дело, прежде чем тень догонит тебя.
Не приходилось морочиться с поиском пути: игра будто сама вела Арсена, подсказывая отгадки, открывая потайные ходы. Он должен был расклеивать афиши на стенах: с самого начала, с тесной каморки, где началось действие игры, он тащил с собой тяжелый сверток с афишами и ведерко с клеем. Он маленький человек, только когда он исполнит предназначение – расклеит афиши, – получит свое оружие, а пока – бежать, бежать…
Он задыхался и чувствовал колотье в боку. Несколько раз казалось, что все, его настигли раньше времени, – но мерцал огонек впереди, это был костер, безопасное место, где можно укрыться ненадолго. Опять неподвижные люди, отражается пламя в стеклышке треснувшего пенсне. Корчится в огне заскорузлая от крови ткань. Снова погоня, бегство: он ли играл? С ним ли играли?
– …Так она и померла в подвале, дочка-то.
– …Крест на него уронили, все внутренности выдавили.
– …Меня зовут Дмитрий Саныч. Пантелькин. Не надо меня искать. Не надо меня искать!
Последнюю афишу он прилепил к постаменту Медного всадника. Тут же наступил на шатающийся камень в мостовой. Поднял его, обламывая ногти, – под камнем был тайник, где в промасленной тряпке лежал многозарядный пистолет-пулемет.
Арсен взял его, ощущая тяжесть, холод, оружейное масло под пальцами. Как с этим обращаться? Неважно, в игре есть программы, которые сделают все за тебя. Арсен поднял оружие и впервые за долгие часы погони развернулся к своему ужасу лицом…