Марина Хамицевич – Азарт (страница 11)

Игорь усмехнулся.

– А если я уже в два раза лучше?

– Тогда веди себя как человек, который может позволить себе нормальный обед вместо горького кофе.

Они ели молча. В кафе звенели приборы, пищал терминал, у соседнего столика двое мужчин спорили о парковке. Игорь смотрел на людей и чувствовал, что его всё ещё несёт, но уже не так резко.

Лёня, как ни странно, умел приглушать лишний шум внутри. Не словами поддержки – их он выдавал скупо, – а своим спокойным занудством.

К вечеру новость разошлась по офису. Из соседних отделов заходили поздравить, кто-то хлопал по плечу, кто-то шутил про «начальство рядом с народом».

Игорь отвечал всем легко, ярко, находил для каждого фразу. Он купался в этом внимании. Не стеснялся, не отмахивался. Ему хотелось, чтобы этот день длился дольше. Когда рабочее время закончилось, он не сразу ушёл. Сидел за столом, смотрел на пустеющий офис. Свет над дальними рядами уже выключили, за окнами разливался вечер, отражения мониторов плавали в стекле. Люди уходили по одному, прощались, смеялись, вызывали лифт. Лёня застегнул куртку и остановился возле его стола.

– Домой, победитель.

– Сейчас.

– Не сейчас, а домой.

– Ты сегодня особенно командный.

– У тебя праздник. Праздники надо уносить домой, пока они не превратились в переработку.

Игорь закрыл ноутбук.

– Ладно. Убедил.

Они вышли вместе. На улице было шумно: автобусы тяжело отходили от остановки, у перехода толпились люди, где-то за углом играла уличная музыка. Игорь шёл быстрым шагом, телефон в руке не давал покоя. В конце концов Игорь не выдержал и позвонил Еве.

– Привет, – ответила она.

В голосе слышалась домашняя суета.

– Ты уже едешь?

– Еду. Но сначала важное.

– Что случилось? – она сразу насторожилась.

– Ничего плохого. Даже очень наоборот. Меня повысили.

На том конце стало тихо. Потом Ева выдохнула, и в этом выдохе было столько радости, что Игорь замедлил шаг.

– Игорь… правда?

– Правда. Старший менеджер направления. Звучит так, будто мне теперь можно носить дипломат, костюм тройку и одаривать окружающих важным видом.

Ева засмеялась, но голос у неё дрогнул.

– Я так горжусь тобой.

Игорь смотрел на мокрый асфальт, на красный свет светофора, на людей вокруг, и вдруг почувствовал, как к горлу подступает тепло. Не слёзы, нет. Просто её слова легли туда, где весь день горело ожидание.

– Спасибо, – сказал он мягче. – Я хотел тебя порадовать.

– Ты порадовал. Приезжай скорее. Мы будем праздновать.

– Марк будет в курсе?

– Пока нет. Но когда ты ему расскажешь будет требовать торт.

– Я куплю.

– Не надо. У нас есть кое-что лучше.

– Интригуешь?

– Приезжай, человек-повышение.

Он рассмеялся и отключился.

Домой ехал в переполненном автобусе, но даже теснота не раздражала. Женщина рядом держала букет хризантем, школьник у окна играл на телефоне, водитель ворчал на пробку. Игорь стоял, держась за поручень, и видел своё отражение в тёмном стекле: крепкий, светло-русый, с тёмными глазами, в которых сегодня было слишком много света. Родинки у шеи и щеки проступали маленьким созвездием, как знак на карте: вот он, маршрут наверх.

Дома Марк встретил его с порога.

– Мама сказала, у тебя праздник!

– Не просто праздник, – Игорь присел, чтобы быть с сыном на одном уровне. – Папу повысили.

Марк нахмурился, серьезно оценивая новость.

– Ты теперь ростом выше?

– В некотором смысле.

– А на шкафу мои фигурки достанешь?

Игорь рассмеялся и подхватил его на руки.

– Вот для этого и пригодиться мой высокий рост, но сначала скажи как они там оказались?

Ева вышла из кухни. На ней была домашняя футболка, волосы собраны в низкий хвост, карие глаза сияли так, что Игорю захотелось запомнить её именно такой: босиком на кухонном свету, с улыбкой, которую не надо заслуживать. Она подошла и крепко обняла его вместе с Марком. Получилось тесно, неловко, тепло.

– Молодец мой, – сказала она ему в плечо. Игорь закрыл глаза на секунду.

«Вот оно. Не должность. Вот это».

– Я теперь буду важный, – пробормотал он.

– Ты и был важный, – ответила Ева. – Просто теперь тебе за это доплатят.

– Мама! – Марк повернулся к ней. – А торт?

Ева хитро улыбнулась.

– Тортик не обещала. Но у меня есть мороженое.

– Магазинное? – спросил Игорь.

– Моё. Она прошла к морозилке и достала контейнер. Внутри было фруктовое мороженое – розово-оранжевое, с кусочками ягод, плотное и яркое. Ева поставила его на стол, достала ложки и маленькие пиалы.

– Сегодня можно объесться в честь праздника, – сказала она, подмигнув Марку.

– Ура! – Марк подпрыгнул на месте.

– Эй, – Игорь сделал строгий вид. – Объесться – это взрослая привилегия.

– Ты же выше, – тут же заявил Марк. – Делится с младшим надо.

– Вот, – Ева рассмеялась. – В семье растёт переговорщик. Но перед тем как сядешь за стол пообещай больше не закидывать свои игрушки на шкаф.

Марк закрыл глаза руками, мол это не я и все вместе рассмеялись.

Мороженое было холодное, кисленькое, с летним вкусом, хотя за окном вечер был серый и мокрый.

Марк ел с таким видом, будто выполнял важную работу. Ева смотрела на Игоря и улыбалась. Он рассказывал ей про кабинет Виктора Сергеевича, про Лёню и кружку «Работник года», про Федино голосовое. Показывал, как начальник говорил спокойно, как Катя обнимала, как Лёня пытался скрыть доброту за ворчанием.

– Лёня хороший, – сказала Ева, облизывая ложку. – Только не говори ему. Он опять начнёт волноваться.