Марина Халкиди – Ученица дракона (страница 53)

На дорогом ковре была разложена скатерть с дорогими яствами. Подушки, начиная с небольших и заканчивая огромными, создавали подобие кресел. В комнате витал запах жасмина и еще незнакомый и необычный аромат. Ласар глубоко вздохнул. Он почувствовал, как расслабился.

Орк уже нетерпеливо взглянул на незаметную дверь. Каладе заставляла себя ждать. Но ощущение опасности исчезло. Ласар присел на ковер, откинулся на подушки и устремил взгляд на двери. Время тянулось медленно. Очень медленно. Но к еде орк не притронулся. Он наблюдал за тенями лампы, за все время, что он провел в комнате, картинки ни разу не повторились.

А вот еда была довольно экзотической. И орк гадал, откуда она здесь. Привлек внимание цветок ярко желтого цвета, который плавал на поверхности воды в глубокой чаше. Такой цветочек стоил очень дорого, его не все короли могли позволить себе на ужин. Ведь и добыть его было сложно, а тем более приготовить, чтобы сохранить вкус и избавить от яда.

Наконец-то двери распахнулись, и в комнату вошла женщина. Хозяйка комнаты была поклонницей красного цвета. Так как ее алое платье практически горело в полумраке комнаты, а возможно, это была только магия, напомнил себе орк.

Вуаль скрывала лицо незнакомки. Но длинные совершенно белые волосы кудрями спадали до пят каладе.

Ласар остался на месте, когда вуаль незнакомки вспыхнула реальным пламенем, а затем огненными лепестками опала на ковер, превращаясь в золотую пыльцу.

Орк хотел пошутить, задав вопрос — сколько же раз каладе использовала этот трюк, чтобы привлечь мужское внимание. Но вопрос он так и не задал. Ведь каладе не требовалась никакая магия, чтобы привлечь взгляды.

Красное платье обтягивало фигуру каладе и две пары рук. Эта особенность не выглядела уродством, а скорее придавала ей особое очарование.

Ласар, который был настроен скептически, получив приглашение, не замечая своих действий, привстал, приветствуя каладе. Ее глаза были прикрыты, будто она разглядывала ковер, но тут Ларде подняла взгляд. И Ласар понял, что Нера не преувеличивала, когда говорила о песнях, посвященных женщине.

Глаза каладе оказались не просто голубого цвета, как в начале подумал орк. Нет, они переливали всеми цветами радуги, чередуя цвета каждые несколько секунд. А вокруг черного ободка полыхал огонь пламени.

Ларде улыбнулась. Она привыкла к восхищению. Ведь ни один мужчина не устоял, увидев ее без вуали. Но улыбка так и замерла в уголках губ, когда каладе увидела глаза орка. Она заглянула в глубь золотых зрачков и увидела в них прошлое орка. Увидела путь, который прошел Ласар и который привел его сегодня в этот веселящий дом. Увидела боль, страдание и одиночество. Привязанность к дракону и огонь, который она сама и зажгла в сердце орка.

Ларде нахмурилась и пригласила жестом орка присесть. Впервые в жизни она не нашлась что сказать. Завести светскую беседу — глупо. Пошутить — неуместно. Задать вопросы, но прошлое орка и так было открыто для нее. Каладе молчала, с любопытством разглядывая Ласара и не понимая, почему она так же, как и он, не способна отвести от него взгляда. И собственные эмоции так ее удивили, что она, продолжая молчать, присела на ковер рядом с Ласаром.

Орк боялся начать разговор, опасаясь разрушить нечто новое, что только зарождалось в его сердце. И он не мог понять, как раньше он сам не искал встречи с каладе.

Ласар разлил вино по бокалам и протянул один женщине. На мгновение их пальцы соприкоснулись, и орк отдернул руку. Он был уверен, что получил как минимум ожог, так как кожа горела в том месте, где он дотронулся до каладе. Не увидев ожога, он озадаченно перевел взгляд на Ларде. Которая продолжала хранить молчание, разминая пальцы правой руки.

Орк задумался — не немая ли каладе? Ведь она предпочитала общаться жестами. И Ласар, не желая ставить ее в неудобное положение, решил последовал ее примеру. К тому же он не ощущал необходимости в словах. Оказалось, можно было разговаривать, не произнося ни слова, и все же вести диалог понятный двоим. Ласар был уверен, что слышит звуки музыки, хотя он и сомневался — реальная ли она или же звучит в его голове. И теперь он не боялся отравиться едой. Хотя он не допил даже один бокал с вином, ведь он и так чувствовал себя пьяным.

Закончив ужин, каладе поднялась, отказавшись от помощи Ласара. Она не пригласила его последовать за собой, хотя он ждал приглашения. Ларде скрылась за второй неприметной дверью. Орк сделала несколько шагов, а затем остановился перед дверью. Он протянул ладонь и дотронулся до ручки. И вновь орк остановился, не повернув ручки чтобы проверить — открыта дверь или нет. Ведь второго приглашения — закончить ночь вместе — он не получил. Ласар отдернул руку и покинул флигель каладе.

Оказавшись во внутреннем дворике, Ласар закрыл глаза и прислонился спиной к дереву. Он пытался совладать с собственными желаниями, особенно с тем, которое взывало вернуться во флигель и…

— И как все прошло?

Ласар вздрогнул и взглянул на Берта, который стоял в двух шагах от него. Орк не заметил появления друга и не почувствовал его запаха, потому что был околдован другим ароматом.

— Мы поужинали.

Берт приподнял брови, с любопытством принюхиваясь к орку. Он прикрыл глаза, пытаясь рассмотреть ауру друга.

— Хм… — потянул одалим, с трудом веря в то, что увидел. — Видимо, у вас была не одна перемена блюд за три часа, — буркнул едва слышно дракон.

— Три часа? — недоверчиво переспросил Ласар, считая, что провел в комнате с каладе не боле двадцати-тридцати минут. Которых ему оказалось мало.

Дракон хмыкнул, забавляясь ошарашенным видом друга. А затем не удержался и задал интересующий его вопрос:

— Так она действительно так красива, как все утверждают?

Ласар сглотнул и посмотрел на флигель: его окна погрузились в темноту.

— Красива? — переспросил он, все еще витая мыслями в комнате с коврами и запахом незнакомых трав и с лампами, рисующими тени на стенах. — Может выпьем? — предложил орк, опасаясь, что если он останется один, то не удержится от желания и вновь вернется в этот флигель с терракотовыми стенами.

— Нера ждет меня.

— Тогда идти к ней, а я, пожалуй, прогуляюсь.

Берт не успел удержать друга, тот поспешно покинул веселящий дом, перемахнув через стену.

Дракон подумал о том, что он оставил Неру всего на несколько минут, когда ощутил, что Ласар покинул апартаменты каладе. Но сейчас Берт решил, что лучше ему догнать орка. А с Нерой он мог провести и следующую ночь, ведь судя по поведению друга, «Черная маска» надолго бросила якорь в порту Осада.

Утром Берт застал Ласара в той же одежде, что и накануне. Спать в эту ночь орк так и не лег.

Ночью дракон догнал друга, и они посидели пару часов в одной таверне в гавани, после чего орк сам отослал Берта к Нере. Дракон остался у женщины до утра, поэтому сейчас он был одновременно удивлен и в то же время нет, увидев Ласара неспящим. Ведь он просканировал накануне ауру орка, и новый цвет выражал все эмоции Ласара, который пытался их скрыть.

— Не спится? — понимающе спросил одалим.

Ласар сидел за столом в собственной каюте. На столе стояла открытая бутылка орочьего рома, но бокал был чист. На вопрос друга орк не стал отвечать. Зачем? Если все было понятно и без слов. После стука в каюту заглянул новый юнга. И хотя Ласар никогда не повышал голос на моряков, в этот раз он нетерпеливо прикрикнул на парня.

— Простите капитан, — пробормотал мальчишка, испуганно пятясь к двери, предварительно положив небольшой сверток на стол. — Она отказалась принять подарок.

Орк вздохнул и махнул рукой. Мальчишка, выдохнув, поспешно выскочил за двери, желая поделиться с командой, что капитан сегодня не в духе.

Берт вопросительно посмотрел на друга, который гипнотизировал глазами сверток. Дракон поднял его и развернул. Цепь бриллиантов засверкала в его руках. Украшение было красивым и, оценил дракон, дорогим. Одалим вновь посмотрел на друга, но не получил ответа.

— Хм… ты купил его для нее?

Ласар пожал плечами. Он никогда не признался бы вслух, что ночью он поднял на ноги лучшего ювелира Осада. И не торгуясь, он купил самое роскошное ожерелье. А затем, как влюбленный мальчишка, едва дождался рассвета, чтобы послать юнгу с даром. И вот теперь его надежды рухнули. Каладе не приняла его подарка. И Ласар гадал, может, вчерашний вечер был только сном? Может, и другие мужчины покидали апартаменты Ларде тоже уверенные, что между ними вспыхнули настоящие чувства.

— Только ничего не говори, — предупредил Ласар. — Я сейчас за себя не отвечаю.

— У тебя пурпурная аура. — Через несколько минут молчания, пытаясь скрыть изумление в голосе, признался Берт.

— Это… — слово чушь замерло на устах Ласара. Он взглянул на свою руку. Кожа в том месте, где он прикоснулся к каладе, все еще горела огнем. Неужели она ничего не почувствовала, прикоснувшись к нему, подумал орк. Увы, ответа он не знал. Но если последние часы он тешил себя надеждой. Отказ принять украшение — был лучшим ответом. — Отдай его Нере от своего имени, — кивнул орк на ожерелье, которое Берт рассеянно вертел в руках. — И никогда больше не говори о ней.

— Нет, — твердо сказал одалим. Он положил ожерелье на стол. — Ты купил его для Ларде, вот и заставь ее принять его. Вместе с собой.