Марина Халкиди – Семь свиданий, или Как выйти замуж попаданке (страница 25)
Подошла к дверям кабинета и прислушалась к разговору. Но он велся так тихо, что я не стала к списку своих недостатков прибавлять — привычку подслушивать. Причем при
этой мысли я совершенно глупо улыбнулась, будто до сих пор продолжала спор со своим магистром. Прикусила щеку, чтобы с этой идиотской улыбкой на лице не войти в кабинет, а то родные посчитают что на меня воздействовали магией. Ведь все восемь лет я была самим благоразумием.
Разговор сразу стих, стоило мне было войти в кабинет. А значит, обсуждали родные все-таки меня. Отец хмуро посмотрел на мое новое платье и шаль, явно заподозрив что-то. Дедушка улыбнулся и подмигнул мне. А вот мама и бабушка многозначительно так переглянулись.
— Ну наконец-то явилась. А то мы уже подумали, этот темный маг и не пожелал тебя возвращать.
Если бы, едва не произнесла я вслух, но благо промолчала, а то и впрямь родные решат что меня приворожили, если я готова без родительского благословения совершить побег в первое же свидание.
— Не беспокойся, папа, он пока не горит желанием жениться, — сообщила я.
— Вот и отлично, — обрадовался отец.
— А ты Эбби? Ты хочешь выйти за него замуж? — мягко спросила мама.
— Милая, что ты такое говоришь, она едва знакома с этим магом. И как ты слышала, я не считаю его такой уж хорошей партией.
— Да, но Эбби почему-то выбрала его.
— Да, — согласился отец и внимательно и в тоже время требовательно посмотрел на меня. — Почему ты выбрала его?
И все же как же я не любила им лгать. Но сейчас ложь была лучше правды.
— Осознав что брака не избежать, я подумала что лучше уж свидание с одним мужчиной, которого я смогу лучше узнать, нежели свидание с несколькими десятками темных магов. К тому же… на императорском приеме мне никто не понравился, — уже более уверенно продолжила я, ведь в этих словах не было уже и слова лжи. Мне и впрямь не приглянулся ни один из магов. — И я тогда я вспомнила о лорде Дезильяке. О нем я слышала много чего хорошего и подумала — это не самый худший вариант.
И вновь бабушка с мамой переглянулись. Вот кажется, они были убеждены что не просто так я указала на этого магистра. И скорее всего, решили что я уже могла его где-то лицезреть, поэтому и назвала его имя.
И хотя это не совсем так, пусть лучше верят в эту версию.
— И как прошло свидание? — невозмутимо поинтересовался дедушка. Вот его ничто не могло вывести из себя.
— Какое свидание! Он не достоин Эбби.
Подошла к отцу и обняла его. Я понимала что он переживал за меня. Но меньше всего мне хотелось его тревожить.
— Во-первых, он пока не горит желанием жениться на мне, — все мои родные недоверчиво хмыкнули в унисон при этих словах, уверенные что я ни одно мужское сердце не могла оставить равнодушным. — А во-вторых, свидание, дедушка, прошло замечательно. И я убедилась, что слухи не преувеличивают — он достойный выбор для любой девушки.
— Ты противоречишь сама себе, — уличил меня отец во лжи. — То не горит желанием жениться, то ты посчитала его достойным выбором.
— Пока не горит желанием, но у нас впереди еще шесть свиданий, на которых мы узнаем друг друга получше.
После этих слов я сослалась на усталость и покинула кабинет, позволив родным обсудить мои слова.
В коридоре я подхватила с тумбочки упаковку с пирогами и цветы. На пироги я наложила заклятие еще при покупке, чтобы они оставались горячими и свежими до следующего дня. А вот цветы, пусть их выбирал и не магистр, но я решила поставить их в вазу в комнате.
И так как меня никто не видел, я вновь улыбнулась. Пока ничего страшного не произошло. Тьма могла указать мне на другого мужчину, который мог бы мне не понравится. А магистр мне не просто понравился, я впервые в жизни чувствовала настоящую заинтересованность.
Открыла двери спальни и едва не вздрогнула, когда на меня уставились сразу восемь пар глаз, так как все мои братья и сестры отнюдь не спали в своих комнатах, а бодрствовали в моей спальне, облюбовав и кровать, и диван, и кресло у стола. А Рикардо устроил свою пятую точку на самом столе.
Вздохнула.
Братья хоть вольны были в своем выборе невест, но пока ни в кого не влюблялись. Ну а сестры, над которыми как над всеми аристократками Дамокловым мечом висела проверка у алтаря Тьмы, не могли позволить себе влюбиться в кого-то мужчину. Исключением была Юри, которой нравился сын нашего мэра. Но даже она не могла себе позволить раньше мечтать о нем. А в настоящем он находился на летней практике уже больше месяца, поэтому после проверки в обители Тьмы, он и Юри еще не виделись. И кто знает, может, их заинтересованность друг другом и не перерастет в нечто большее.
Поэтому я была первой в семье, кто официально выезжал на свидание. И помимо обычного любопытства, я могла уловить и обеспокоенность витающую в воздухе. А я еще на свою голову я сняла шаль с плеч, пребывая в уверенности, что меня больше никто из близких не увидит.
Поэтому помимо любопытства и обеспокоенности в комнате появились две новые эмоции — недоверие со стороны сестер и возмущение со стороны братьев. И вот Верд не стал молчать.
— Откуда у тебя это платье?
Вновь вздохнула.
— Сейчас уже поздно, а я хочу спать, так что все брысь из моей комнаты!
— Вау, — восхищенно заметила Кики. — Бедный магистр, у него сердце случайно не прихватило от такой красоты? Что? — спросила сестра, увидев мой недовольный взгляд. — Он уже старик. И тебе надо быть осторожнее с ним… или у тебя такой план? Хочешь чтобы он отдал богам душу после брака?
Иногда меня даже пугает, что происходит в головах моих младших сестер.
— Кики! — это уже Атарио прикрикнул на сестру.
— Что? У него есть титул и он богат. Сестра станет обеспеченной вдовой.
— У темных магов — сильное сердце, — насмешливо заметил Рикардо.
— И он совсем не старик! — не смогла не уточнить я.
И теперь все вновь посмотрели на меня.
— Что? — повторила я за Кики ее вопрос. — Ему всего тридцать пять лет.
— Эбби, ты влюбилась? — спросила Виви.
Вместо ответа я подошла к двери и распахнула ее, жестом указав всем пройти на выход.
Тройняшки со вздохом понуро первыми покинули комнату. За ними последовала Юри и Лейни. Рикардо бросил сначала взгляд на цветы, потом на меня, затем громко хмыкнул, и лишь после этого покинул комнату, напевая себе под нос фривольную песню, которая стала недавно популярной и которую распевали на улицах.
Я выжидающе посмотрела на Атарио и Верда. Старшие братья были самыми разумными в нашей семье. И их беспокойство за меня ощущалось наиболее сильно.
— Я тут разузнал немного о магистре, — начал Верд, — и я не буду пытаться тебя переубедить в твоем выборе, просто будь осторожна, не открывай ему свое сердце, ведь в отличие от тебя он вряд ли умеет любить.
— Потому что он рано потерял отца, а мать бросила его? — в свою очередь спросила я, понимая что для братьев эта информация уже не оставалась секретом. — Может, просто последние двадцать пять лет ему некого было любить? — спросила я.
Атарио приобнял меня, а затем шепнул почти в ухо:
— Тогда если кому-то и под силу заставить его любить, то только тебе.
Фыркнула… заставить. Никого невозможно заставить любить. Любовь она или есть или ее нет.
Глава 25. Работа, и еще раз работа
Глава 25. Работа, и еще раз работа
Ночью я спала безмятежным сном. Даже очень. Я ни разу не проснулась, а утром у меня было прекрасное настроение. О трех месяцах я решила не думать. Да и первое свидание показало, я выбрала правильную тактику по покорению сердца темного магистра. И пусть он пока молчит, но я чувствовала, я тоже понравилась ему.
Родные только покосились на меня во время завтрака, когда я в считанные секунды запихнула в себя еду и с набитым ртом, так как я уже покидала столовую, когда слуга принес блюда с пирожным, и я не удержалась — взяла одно, покинула их, махнув на прощание рукой.
Рикардо вновь забубнил себе под нос свою песенку, заслужив сразу два недовольных возгласа — матери и отца. Но вот дед и бабушка разрядили ситуацию смехом. Я бы тоже рассмеялась, но пирожное я еще не прожевала, так что ограничилась только улыбкой и выбежала из дома под осуждающий взгляд дворецкого, который чтил приличия и считал, что леди должны вести себя соответственно, а не как обычные двадцатилетние девчонки, которым хотелось просто жить, дурачиться и порой даже бегать и кричать от переполнявших их чувств и эмоций.
Чайни, когда я заехала к ней, чувствовала себя уже замечательно, и даже порхала по дому, утверждая, что чувствует себя совершенно здоровой. Что и неудивительно, вбухала в нее я магию не пожалев. Она обмолвилась о том, что муж ищет новую работу, чтобы обеспечить и ее и ребенка, и я пообещала ей, что узнаю у бабушки насчет вакансии слуги в ее особняке, ведь она с дедушкой планировала надолго в этот раз задержаться в столице и хотела увеличить штат слуг.
И хотя миссис Нерида пыталась отказаться от пирогов, которые я купила накануне, парочку я все же оставила им. И она успела мне сообщить, что уже сегодня муж Чайни должен был перевезти все вещи из той комнатушке, которую они снимали до этого и откуда их уже не раз грозились выгнать, к ней в дом.
Поэтому мое настроение, когда я приехала в цельню, было замечательным.
Ведь жизнь-то налаживалась! Нет, она и до этого была почти прекрасной, но все же время от времени я возвращалась мыслями к сделке с голосом. А вот теперь после первого свидания поняла, что лично я уже готова распланировать всю свою жизнь с Раном на много-много лет вперед.