Марина Голубева – Настоящая история магии (страница 28)
Страница из трактата Блаженного Августина «О граде Божьем». Издание 1470 г.
Более всего христианских теологов возмущало в теургии использование имен святых, ангелов и даже Христа в амулетах, которые считались атрибутами язычества. Именно использование амулетов, магических символов и знаков, по мнению церкви, должно привлекать демонические силы. Таким образом, претендовавшая на «Божественность» теургия в Средние века считалась сомнительным занятием. И это притом что апологеты этого вида магии призывали к искренней вере и чистоте. Считалось, что достичь единения с Божественным разумом и постичь сакральные тайны может только чистый духом и преданно верующий человек.
Не всякая магия предполагала контакт с потусторонними силами. Снисходительнее всего церковь относилась к так называемой естественной, или натуральной, магии. Она охватывала разные виды чародейства, связанные с использованием магических сил природы. Истоки этого вида магии очень древние, ее практиковали издавна деревенские знахари, ведуньи, маги-самоучки, те, кого в современном фэнтези называют артефакторами, то есть специалистами по изготовлению талисманов и амулетов.
Жили такие чародеи и ведуньи тихо, занятия свои особо не афишировали. Однако начиная с XIII века естественная магия становится популярной и начинает активно развиваться. Ею увлекаются разные слои населения, появляются даже пособия: травники, сборники заклинаний, рекомендации по зельеварению и созданию амулетов. Правда, по уровню «научности» натуральная магия все же недотягивает до астрономии, алхимии и каббалы. Основой натуральной магии становятся не сложные философские трактаты, а народные поверья и мифы.
Так как формально практиковавшие естественную магию не прибегали к помощи каких-либо потусторонних сил, то в глазах церкви эта магия была чистой и вполне допустимой. Так, Блаженный Августин, осуждавший даже занятия теургией, считал, что чудеса возможны и способна их творить именно естественная магия, а растения и драгоценные камни обладают волшебной силой.
Стихийная магия
Это одно из направлений естественной магии, основанное на концепции четырех стихий, которая созвучна с герменевтическим учением и используется для описания алхимических процессов и астрологических предсказаний.
В естественной магии эти природные стихии хоть и не обожествлялись, но наделялись подобием разума и представлялись живыми существами. С ними можно было договориться или использовать в своих целях. Управляли стихиями духи-элементали. Эти духи не считались сверхъестественными и потусторонними существами, так же как, например, птицы, рыбы или русалки, поэтому обращение к их помощи не сильно осуждалось церковью, если, конечно, маг не использовал элементалей для связи с нечистой силой или не выдавал бесов за природных духов.
Систему этих духов описал в XVI веке Парацельс, который называл их «саганы». Считалось, что не только стихии, но и каждое дерево, гора, водный источник имеют своих духов. Мифы об элементалях имеют древнее происхождение, в каждой культуре они назывались по-разному, но уверенность, что особые живые сущности обитают во всех природных объектах, существенно упрощала занятие стихийной магией. Так, если требовалось использовать магию воды, то обращались к ундинам, если магию огня — к саламандрам. Стихией земли заведовали гномы или кобольды, а силой воздуха — сильфы.
Карта мира с аллегорией четырех стихий. Ромейн де Хоге (1645–1708).
Каждая стихия имела свои символы, магические знаки и образы, которые изображались на ритуальных предметах, рисунках, пентаграммах, амулетах. Наиболее часто встречавшимся символом подвижной, изменчивой и нередко коварной стихии воды была змея. Ее изображали на сосудах для заговоренной воды, на амулетах, магических кольцах, упоминали в заклинаниях. Образ змеи был близок к герменевтическому Уроборосу — змею, кусающему себя за хвост, символу бесконечности. Графический символ воды — треугольник вершиной вниз, пересеченный горизонтальной линией.
В отличие от нее, инертная земля хоть и была связана с идей плодородия, но без воды считалась мертвой. К тому же земля в сознании средневекового человека была связана со смертью, адом и темной магией. Недаром же кладбищенскую землю использовали в самых мрачных и темных ритуалах. Хотя земля — это основной элемент творения, первичная материя. Символами земли были обитающие в ней животные: например, мыши — довольно частые участники разных магических практик и ингредиенты магических зелий. Графическим символом земли, который использовали в амулетах, был треугольник, направленный вершиной вниз.
Огонь не менее противоречивая стихия, чем земля. Он и согревает, и сжигает, и передает свою энергию зелью, и уничтожает творение, а нередко и самого колдуна. Без огня не обходится ни один колдовской ритуал, а специальные жаровни и треножники были обязательными атрибутами магического действа. Символом стихии огня был треугольник, направленный вершиной вверх.
А вот если такой треугольник пересечь горизонтальной чертой, то он становится графическим символом стихии воздуха. Еще более непостоянной, чем вода, но необходимой для магического действа. Символами воздуха были птицы, тесно связанные с верхним миром, а значит, и с Божественными сущностями. Недаром же ангелы наделялись крыльями. Правда, считалось, что черные птицы, такие как вороны, часто становятся участниками ритуалов темной магии. И только на этом основании маг, у дома которого видели стаю ворон или воронов, мог быть обвинен в связи с демоническими силами.
Природная магия
Природа для магов была неиссякаемым источником вдохновения. Наверное, не существовало ни одного природного объекта, который бы не использовался в магии: в своем телесном, физическом виде, как символ на магических предметах или в текстах заклинаний.
Страница из трактата о лечебных растениях «Сад здоровья». Опубликовано Хансом Шенспергером — старшим. Аугсбург, 1485.
Базовые законы магии проявлялись в природном чародействе особенно отчетливо. Так, в заговоре от зубной боли упоминаются мыши, потому что у них крепкие зубы. Здесь работает «закон подобия». А хлеб, погрызенный мышами, давали детям, когда у них менялись молочные зубы, чтобы новые были такими же крепкими и острыми, как у мышей. То есть типичная контагиозная магия с «законом соприкосновения».
Животные, птицы, земноводные считались носителями особых магических сил, которые можно было использовать в эликсирах и зельях, в заговорах и приворотах. Правда, природная магия особенно близко смыкалась с колдовством, а знахарки рисковали тем, что их объявят ведьмами и они окажутся в застенках инквизиции. Тем более что состав лечебных зелий и снадобий для красоты мало чем отличался от колдовских приворотов, а ритуалы вызова дождя необразованные люди не отличали от насылания порчи. Но природная магия была неплохим источником дохода и не требовала ни дорогих инструментов и ингредиентов, ни специального обучения. Поэтому увлечение этим видом чародейства было в буквальном смысле слова поголовным.
В манускриптах, описывающих магические ритуалы, так же как и в алхимических трактатах, часто можно встретить изображения разных животных. Добрые, благодетельные силы были аллегорически представлены красивыми, гармоничными животными и птицами, а злые и демонические — странными, уродливыми тварями, часто словно составленными из деталей разных животных и насекомых. Например, демон с головой человека и телом паука, гарпии — неряшливые птицы со старушечьими головами на длинных сморщенных шеях. Дьявола часто изображали с козлиными или петушиными ногами.
Насекомые тоже не были оставлены вниманием средневековых магов, они часто выступали символами злых духов и болезней. Что, впрочем, не мешало их использовать в разных эликсирах и зельях. Муравей считался символом трудолюбия, поэтому эти насекомые в высушенном виде были важным ингредиентом зелья от усталости. Скорпион олицетворял злые намерения, поэтому на нем настаивали средство от сглаза и порчи. Вот с пауками старались не связываться, даже убийство паука считалось плохой приметой. Эта тварь, согласно поверьям, была слугой дьявола, и он мог отомстить за обиду.
Не обходилась природная магия и без растений, из которых изготавливали магические зелья, их изображали на предметах, что использовались в ритуалах (чашах, кубках, кинжалах и т. д.). Хотя многие растения действительно обладают лечебными или наркотическими свойствами, но при использовании чаще руководствовались их магическими силами в соответствии с принципом «подобное порождает подобное». Так, считалось, что растения с желтыми цветками надо использовать при желтухе; длинный мох, вырастающий на стволах деревьев, способствует росту волос; дентария, клубень которой похож на зуб, помогает при зубной боли, а хрен — при импотенции.
Изображение антропоморфного корня мандрагоры из средневекового медицинского трактата Tacuinum sanitatis. XIV век.
Но среди всего разнообразия трав и растений, используемых в магии, особое место занимала мандрагора — многолетнее травянистое растение семейства пасленовых. Считалось, что мандрагора обладает особыми сверхъестественными силами, да и сама она — не просто растение, а нечто среднее между растением и животным. Ее разветвленный корень похож на фигуру человека, и, когда человек пытался вырыть его из земли, корень извивался и кричал. В Средние века люди были уверены, что от этого крика можно сойти с ума, поэтому добыча мандрагоры сопровождалась магическими ритуалами, а в книгах советовали привязывать обкопанный со всех сторон корень к поводку собаки, чтобы именно она вытащила растение из земли. Только это могло спасти мага.