Марина Голубева – Магия текста. Как колдовать с редактурой, заговаривать воду в рукописи и заклинать слова-паразиты (страница 3)

Но кроме значений слова обладают смыслом. С ним все намного сложнее, даже с его определением. Большинство лингвистов понимают под смыслом субъективную форму значения. Смысл, который говорящий или пишущий вкладывает в свои слова, может отличаться от их значений. Например, смысл выражения «Какой же ты умный!» может быть оскорбительным, а фраза «Какой же ты у меня дурачок!» может быть наполнена нежностью и лаской.

Смысл связан с конкретной ситуацией создания текста, с замыслом, целью, эмоциональным состоянием творца и многими другими факторами. Создающий текст автор оперирует словами с общепринятыми значениями (если не допускает ошибок), но наполняет эти слова и предложения своим индивидуальным, субъективным смыслом, то есть делает текст осмысленным. Но не все.

У текста есть еще и читатель, хотя некоторые авторы о нем забывают или просто игнорируют. А зря, потому что читатель, воспринимая написанную фразу, наделяет ее своим смыслом. И этот смысл далеко не всегда совпадает с авторским. Совпадение смыслов – вообще очень сложный процесс, даже в межличностном общении, где всегда можно уточнить, переспросить, сориентироваться на мимику и т. д. А в тексте несовпадение смыслов приводит к непониманию того, что написано, а значит, к оценке литературного произведения как бессмысленного. И такое случается часто: читатель читает слова, понимает их значение, но не видит смысла в их сочетаниях. Например:

«Сердце у меня поползло вниз, распирая пищевод, раздвигая ребра, пробивая всем мышцам черепа, перемалывая крылья и смешивая их с желчью и кровью». Это о чем?

«Он, когда мысль начинала в его разуме свою мыслительную работу, мог ее остановить и не дать ей своей разумной силы». Понятно?

«Жуя этот вкуснющий сооружение из продуктов питания, мне хотелось, оправиться на дальнейшую разведку».

Да, в этих «перлах» можно угадать смысл, но должен ли читатель постоянно разгадывать ребусы? Здесь к тому же смысл теряется из-за ошибок, но нередко автор в стремлении к оригинальности вкладывает в свое произведение особый, совсем уж странный смысл. Что происходит в процессе чтения такого текста? Правильно – читатель его не понимает. Вот буквы знакомые, слова – тоже, а смысла в сочетании этих слов человек не видит. Или понимает совсем не то, что пытался донести до него автор.

Глава 2. Стилистическое разнообразие текстов

«Это не ошибки, это у меня просто стиль такой. Авторский!» – гордо звучит в ответ на замечание редактора. Авторский стиль – это хорошо, просто замечательно. Только вот никто толком не знает, что такое авторский стиль. Манера письма – построение предложений, выразительные средства, речевые обороты, лексика – действительно у писателей разная, поэтому и воспринимаются их тексты по-разному. А вот когда речь заходит о стиле, то имеется в виду обычно другое.

Тексты используются в самых разных сферах жизни: в науке, индустрии развлечений, образовании, освещении новостей, рекламе, делопроизводстве и юриспруденции. И естественно, требования к текстам разные, причем не только к их содержанию, но и к форме подачи информации. Это стоит учитывать и при создании текста, и при редактуре.

В зависимости от сферы применения выделяют пять функциональных стилей текста:

• художественный;

• научный;

• официально-деловой;

• публицистический;

• разговорный.

Из них первые четыре традиционно называются книжными. Все они имеют свою специфику, а смешение стилей считается ошибкой, поэтому редактору полезно сразу понимать, к какому стилю принадлежит текст. А автору в процессе работы над своим произведением стараться не залезать на чужую территорию.

Он предназначен, как несложно догадаться, для создания художественных произведений: романов, повестей, рассказов, сказок, притч и т. д. Особенность его в образной форме подачи информации, что достигается с помощью различных выразительных средств: метафор, эпитетов, олицетворения, сравнений. В этом стиле используются фразеологизмы и игра слов, например каламбуры:

Даже к финским скалам бурым Обращаюсь с каламбуром[3].

В художественном стиле ради большей выразительности допустимы разные вольности, например окказионализмы – слова, придуманные самим автором: «свежеобруганный» (Л. Леонов), «магазинус» (В. Шукшин), «прозаседавшиеся» и «монтекарлики» (В. Маяковский) и др. Некоторые из окказионализмов ушли в народ и даже стали общеупотребимыми словами: «промышленность» и «будущность» придумал Н. Карамзин, «головотяпство» – М. Салтыков-Щедрин.

Художественный стиль не требует точности, зато предполагает эмоциональность, поэтому в нем широко используются слова с экспрессивной окраской, а их в русском языке великое множество, на любой вкус и для любой описываемой ситуации. Однако важно, что в хорошем художественном произведении читатель должен испытывать эмоции от действий, поступков героев, ситуаций, в которые они попадают, а не потому, что о необходимости переживаний ему сообщает автор. Эмоции вызывают и картины природы, и обстоятельства жизни персонажей, а не слова автора сами по себе. Еще А. Чехов писал одной начинающей писательнице, приславшей ему рассказ на рецензию: «Когда изображаете горемык и бесталанных и хотите разжалобить читателя, то старайтесь быть холоднее – это дает чужому горю как бы фон, на котором оно вырисуется рельефнее. А то у Вас и герои плачут, и Вы вздыхаете. Да, будьте холодны»[4].

Поскольку главной характеристикой художественного текста является образность, то создание образа требует от автора поистине виртуозного владения словом. Образ – это картина, не описанная, а показанная, то есть объемная, динамичная, живая. Образ – это отражение реальности (даже фантастической), родившееся в мозгу писателя и переданное, раскрытое выразительными средствами литературы. То есть читатель в художественном тексте должен видеть не рассказ автора, а саму реальность со всеми деталями, нюансами, оттенками, которые он вполне способен домыслить и представить.

Многим кажется, что художественный текст написать легче, чем научный. Это не так, в научном тексте все самое сложное происходит до момента его написания. Хотя и в этом стиле есть своя специфика.

Этот стиль используется для передачи научной информации в статьях, монографиях, диссертациях, рефератах и т. д. Главная цель таких текстов – сохранение результатов научных исследований в разных областях и ознакомление с ними интересующихся людей.

Для научного стиля характерно использование узкоспециальной терминологии и особых речевых оборотов и словосочетаний: «отсюда следует», «исходя из вышесказанного», «детерминированный», «атрибутивный», «актуализация», «корреляция», «репрезентативная выборка» и т. д. Вот пример:

«Семантические компоненты, потенциально закрепленные за значением слова, являются виртуальными образованиями, актуализируемыми в зависимости от контекста. Актуализация семантических признаков подчиняется закону семантического согласования, состоящему в том, что выбирается такое осмысление данного предложения, при котором повторяемость семантических элементов достигает максимума»[5].

Это буквально первое попавшееся предложение из открытой наугад книги, но понять его может только посвященный. Тем же, кто не проникся идеями психосемантики, приведенный в качестве примера абзац покажется лишенным смысла набором слов. Причем здесь даже и особо сложной терминологии нет.

В научном тексте допускаются повторы, что связано с необходимостью точных научных терминов. Длинные предложения, часто растянутые на целый абзац, тоже не считаются грехом. Но не допускается повествование от первого лица единственного числа и использование местоимения «я», которое заменяется местоимением «мы». Это совсем не кокетство. Ни один ученый не может сказать, что какой-то закон или принцип открыл единолично, так как он опирался на массу исследований других людей.

Научный текст объективированный, он предполагает точное и детальное описание объектов, явлений и их свойств, поэтому существительные и разные виды определений в таком тексте преобладают над глаголами. А вот выразительные средства художественного стиля категорически отвергаются как неуместные. Все, что мешает точному описанию, создает опасность двусмысленности и недопонимания, – в науке недопустимо. Так же как эмоции, которые субъективны, поэтому они должны оставаться за пределами научных исследований, а значит, и научных статей и монографий.

Таким образом, получается сухой, сложный для восприятия и скучный для непосвященных текст. Для людей, также увлеченных наукой, он может быть интересен, а вот все остальные от научных книг испытывают приступы зевоты. И здесь есть один очень интересный вопрос: как рассказать о науке так, чтобы было интересно не только узким специалистам, но и людям, просто интересующимся этой темой?

Для этого существуют научно-популярные тексты (книги, статьи), в которых научная информация подается популярно, то есть с минимумом терминологии, но с использованием элементов художественного и публицистического стилей. И предложения строятся проще, без громоздких синтаксических конструкций. Ученые их используют, чтобы в одно предложение втиснуть максимум важной, с их точки зрения, информации. Популяризатор – это особый тип писателя, с одной стороны, владеющий знаниями в конкретной отрасли науки, а с другой – способный передать их простым, понятным языком.