Марина Гай – ШОТЛАНДСКИЕ ВЕТРА. Книга 1. Из шотландских дневников Виолетты Петровны (страница 5)
Не любили шотландцы и голубей, которые достигали здесь поистине гигантских размеров и, как и чайки, цинично гадили на шотландские святыни. Еще здесь не любили ворон… Однако Виолетта не могла скрыть восхищения, наблюдая из кухонного окна их неистовые бои с ястребами и коршунами за лакомое охотничье пространство. До безрассудства смелые птицы!
Остальных пернатых здесь холили и лелеяли не только в «суровую зимнюю пору», но и летом, когда естественного корма и червей было полным-полно, особенно после хорошего дождичка. А в последнее время погода только такой и была. Муж, правда, ностальгически вспоминал времена, когда летом можно было купаться в морском заливе с дивными песчаными пляжами. Но Виолетта Петровна подобной благодати не застала, и на ее памяти лето работало по графику «сутки через трое», как любили шутить шотландцы.
Так вот, почти в каждом саду были сооружены кормушки, доверху набитые различными птичьими кормами: от простой зерновой смеси до аппетитного вида шаров из разнокалиберных семян. Ими даже привередливые дятлы не брезговали и время от времени прилетали из соседней рощи целыми семьями. Многие кормушки представляли собой сложные многоярусные конструкции, призванные защитить дорогостоящий корм от ненавистных птиц-пиратов.
Дом мужа Виолетты стоял в удивительном месте: всего в пятнадцати минутах ходьбы до центра города, но при этом на опушке густой рододендроновой рощи. В мае рододендроны буйно цвели: в придачу к стандартным светло-сиреневым цветам диких растений в изобилии присутствовали белоснежные и ярко-розовые крупные соцветия заброшенного викторианского сада.
По старой московской привычке Виолетта Петровна ставила ноутбук на кухонный стол и любовалась потрясающим видом из окна. Порой из рощи выходили пощипать траву дикие лани: когда в одиночку, а когда и целыми семействами. С апреля по июнь поляна сплошь была покрыта сине-фиолетовым ковром из лесных гиацинтов. Если прибавить к этому заливистые птичьи трели с раннего утра до позднего вечера – место это иначе как райским никак не назовешь!
Как-то после полудня, когда Виолетта старательно отвечала на очередную сотню вопросов по теории вождения, а муж смотрел гонки «Формулы-1», в стеклянную дверь гостиной кто-то отчетливо постучал. Это было очень странно – доступ со стороны сада был возможен лишь в случае, если кто-то умудрился перелезть через забор. Она оторвала глаза от вопросника и замерла от неожиданности. Большая белоснежная чайка настойчиво, и можно сказать, по-хозяйски, долбила клювом в огромное стекло…
Виолетта Петровна отложила подготовку и вплотную подошла к стеклянной двери. Чайка не улетела, а лишь отступила назад и тоже внимательно разглядывала женщину, будто оценивала, стоит ли та ее внимания? Муж заметил эту немую сцену и строго произнес:
– Не вздумай ее кормить! Пусть убирается восвояси!
Но у Виолетты появилось ощущение, что между ней и птицей возник необъяснимый контакт. Чайка вновь приблизилась к стеклу и постучала, как будто просила впустить ее в дом. Виолетте Петровне показалось, что птица хочет ей что-то сообщить. Чайка и впрямь начала покрикивать. А может, и правда просто просила поесть… Виолетта развела руками. Подкармливать этих разбойниц категорически запрещалось, тем более на глазах у мужа. Чайка печально вскрикнула и полетела прочь…
На Виолетту Петровну это незначительное, казалось бы, событие, произвело сильное впечатление.
– Теперь еще фильм ужасов Хичкока вспомни, и бессонная ночь обеспечена, – рассмеялся муж, заметив ее нервозность.
– Ты прав, не стоит все так близко к сердцу принимать, – согласилась Виолетта.
Но что же все-таки хотела сообщить ей эта нежданная гостья?
На следующий день Виолетта вновь приступила к изучению изнуряющих правил дорожного движения, теперь уже на компьютерном тренажере. Экзамен на получение британских водительских прав состоял из двух, а вернее, из трех частей. Первые две – экзамен по теории, без сдачи которого к практической части никого не допускали.
К слову сказать, эта ситуация с правами изрядно раздражала Виолетту Петровну. В ее жизненные планы дополнительные экзамены по вождению никак не входили. Российские и международные права были у нее со студенческих лет, и она без проблем водила машины даже на скоростных трассах Штатов и Канады. Однако ее тридцатилетний стаж вождения в России здесь никого не интересовал. При этом гражданам Евросоюза водительские права почему-то обменивали автоматически, хотя европейские правила движения гораздо ближе к российским, чем к британским. И эта явная несправедливость прямо-таки выводила Виолетту из себя!
Плюс ко всему, процесс подготовки был весьма ощутим финансово и грозил растянуться более чем на полгода! Сначала требовалось получить временные права, без которых нельзя было садиться за руль даже с инструктором. После этого следовало отъездить неопределенное количество часов в школе вождения, параллельно готовясь к теоретическим экзаменам. Готовность сдавать практический экзамен по вождению определял инструктор, который, понятно, был заинтересован, чтобы обучение длилось как можно дольше.
Экзамен по теории состоял из двух частей, и сдать их нужно было непременно за раз. Провал одной из них означал провал всего экзамена и повторную сдачу.
Первая часть теории включала пятьдесят вопросов, которые выбирались случайным образом из тысячного банка данных. Во второй – предлагались четырнадцать видеоклипов с реальными дорожными ситуациями. Нужно было как можно раньше щелкнуть компьютерной мышью при появлении возможной опасности. Но не любой, а только имеющей тенденцию к развитию! И даже секундное промедление могло свести на нет все предыдущие и последующие усилия.
Официальный сайт заботливо сообщал, что клипы все время обновляются, а потому запоминать ничего не нужно. Главное здесь – понимание и навык замечать опасность на реальных дорогах, с чем трудно было не согласиться.
На второй сотне вопросов, которые Виолетта Петровна чередовала с ненавистными клипами, она услышала уже знакомый мерный стук в стекло. Сначала Виолетта не обернулась, поскольку задание было на время. Но вскоре все-таки не выдержала, поставила программу на паузу и взглянула через плечо. Чайка стояла на том же самом месте и монотонно долбила клювом в стеклянную дверь.
Виолетта могла поклясться, что это была та же самая чайка. У нее было ярко-белое оперение и палевый узор на пепельно-серых с черной оторочкой крыльях. На конце длинного, чуть загнутого клюва виднелась характерная кораллово-красная отметина, похожая на застывшую каплю крови. Сейчас птица казалась еще больше, чем вчера, и Виолетте стало по-настоящему страшно. Муж что-то мастерил в гараже, так что с чайкой она была один на один…
Внезапно в голову пришла фраза из какого-то фильма:
– Если кто-то стучится в дверь или окно – распахни их. Это сама жизнь стучится в твой дом!
Мысль эта, не успев получить развитие, немедленно потонула в трясине страха. Виолетта и впрямь вспомнила жуткий фильм Хичкока про нападение птиц на американский поселок и последовавшие за этим трагические события… Обычно птицы как посланники свыше сообщают о завершении чье-то жизненного цикла. В голову полезли мысли одна мрачней другой: неужто и впрямь пора?
Чайка продолжала молотить в дверь, а Виолетта теперь уже с неподдельным ужасом смотрела на нее и прикидывала, как долго выдержит стекло, если птица будет долбить по нему с той же частотой и силой? Просто прогнать чайку она не решалась. Та вдруг перестала стучать и что-то яростно крикнула.
– Что? – по инерции переспросила Виолетта, продолжая пребывать в ступоре.
– Несомненно что-то матерное, – подумала Виолетта и она теперь точно знала, что сможет отличить этот крик среди всех прочих. Чайка взглянула на нее с явным сочувствием и взмахнула крыльями, опять что-то прокричав напоследок.
– А почему нужно видеть все непременно в черном свете? – Размышляла словно приросшая к стулу Виолетта. – Почему не представить, к примеру, что чайка может быть символом здоровья, успеха, удачи и богатства? Почему не распахнуть дверь, и не пустить всю эту благодать в свою жизнь?
Ответ прост: страшно, все необычное – страшно! И вообще, кто знает, что натворит эта дикая птица, если отворить ей дверь?
Мужу Виолетта ничего не сказала, но была явно не в себе и привычное уханье филина за окном восприняла как недобрый знак, вызвавший бессонницу. А когда под утро ей наконец удалось заснуть, в кошмарном сне дом взяла в осаду стая чаек, кричащих человечьими голосами. Муж даже перешел спать в другую комнату, так как Виолетта сама что-то выкрикивала и размахивала руками, хотя обычно спала здесь спокойным глубоким сном.
Утром знакомый стук раздался вновь.
– Опять твоя чайка прилетела, – появился в дверях спальни заспанный муж и весело подмигнул.
С мужем Виолетте определенно повезло – его терпению и чувству юмора мог бы позавидовать любой. Наверное, потому они и ладили, несмотря на упрямые и независимые характеры. И еще потому, что оба были отходчивыми и имели договор никогда не ложиться в постель с недосказанностью и взаимными обидами. Виолетта, еще не пришедшая в себя после ночного кошмара, предпочла оставить чайку без традиционного приветствия. Однако после полудня та прилетела вновь.