Марина Эргле – Кровавое наследство сироты (страница 13)
Медсестра присела на краешек кровати и, погладив меня по руке, произнесла:
– Ну милая моя… тебе Бог даровал жизнь, значит ты нужна здесь… ты будешь еще счастлива… Ты еще так молода, девочка моя, все забудется…
– Спасибо за теплые слова, но такое не забывается…
– Тебе исполнилось только шестнадцать, ты не прожила даже и половину своей жизни…
– Никто не знает, сколько нам отведено и какую часть своей жизни я уже прожила… – глухо сказала я.
– Господи, ну что за мысли?! – расстроилась женщина и покачала головой. – У тебя еще будет в жизни любовь, муж, дети… Представляешь, какое это счастье? Ты заведешь себе семью…
– Семью?… – задумчиво произнесла я. – После того что со мной сделали, никто не захочет на мне жениться… Да я наверно и сама не захочу замуж… Тем более я не умею любить… – вздохнула я.
– Ну что за глупости? С чего ты это взяла?
– Потому что до сих пор я никогда и ни к кому не испытывала этого чувства…
– Ну тебе же только шестнадцать! – добродушно рассмеялась женщина. – У тебя же еще все впереди!
– Мне страшно… – сказала я.
– Все будет хорошо… – успокаивающе проговорила она.
Я закрыла глаза и вновь заснула.
Когда я проснулась, я увидела стоящей на тумбочке огромный букет цветов… Белые лилии…
– Привет… – я узнала голос Павла.
Он стоял у окна. Как всегда одетый с иголочки в дорогой серый фирменный костюм, в белую рубашку и галстук, а запах его дорогого парфюма витал по палате. Сердце мое бешено забилось. Я сейчас наверно ужасно выглядела… Он бросит меня… Наверно пришел попрощаться… Хотя бы даже то, что он пришел, после всего случившегося, было для меня честью…
– Привет… – произнесла я хриплым голосом.
– Я рад, что ты пришла в себя… Я боялся, что потеряю тебя, Саша…
– Правда?.. – я ели сдерживала слезы, чтобы не расплакаться.
– Я привязался к тебе, моя девочка. Наверно я был виноват в случившемся с тобой. Я знал, что общение со мной и мои подарки вызовут зависть у твоих сверстниц, но я даже и предположить не мог, что может дойти до такого…
– Ты ни в чем не виноват… – быстро проговорила я.
– Я признателен тебе, что ты не винишь в этом меня, хотя могла бы… Саша, ты должна ответить мне на один вопрос…
Я насторожилась.
– Скажи мне, тебя не только избили… тебя изнасиловали?
Я нервно сглотнула, не зная соврать или сказать правду… Если я скажу правду, он бросит меня. Как-то раз он говорил мне, что для него очень важна суть того, что он был у меня первым и единственным мужчиной. Если он узнает, что я была изнасилована, то точно бросит меня…
– Нет… меня только избили… – соврала я.
– Я знаю, что твое нижнее белье было разорванно. Ты лжешь мне?
– Я не лгу! Они просто издевались надо мной…
– Возможно ты просто потеряла сознание и не помнишь?
– Я все помню… – нервно прошептала я.
– Я рад, что этого не произошло. Не переживай, обидчиков мы накажем, все будет хорошо. Когда тебя выпишут из больницы, ты переедешь жить ко мне, в загородный дом. Поправляйся… – Павел чмокнул меня в лоб и вышел.
Я была безумно ему благодарна. Моя кошмарная жизнь наконец-то закончится… Начнется новая и возможно, все будет хорошо… Я сделаю все, чтобы не разочаровать этого мужчину… Я буду любить его… Я обязательно заставлю себя любить его!
После того, как вышел Павел, ко мне в палату зашел человек в форме. Он представился следователем и попросил рассказать все, что со мной произошло.
Я вкратце рассказала ему все события того злосчастного вечера… Кроме… кроме изнасилования.
– Саша, возможно, ты была в бессознательном состоянии… Экспертиза показала, что тебя все-таки изнасиловали…
– Нет! Этого не было!!! – запротестовала я. – Я все прекрасно помню… такого не было!
– Ты уверенна?
– Да, – кивнула головой я.
После того, как меня выписали из больницы, были долгие судебные разбирательства, но все участники преступления были наказаны. Каждому дали срок от 5 до 15 лет в колонии строгого режима.
Если бы кто-нибудь знал через какие душевные муки мне пришлось пройти во время судебного процесса… Сколько грязи… сколько слез в подушку по ночам… я могла плакать только тогда, когда была наедине с самой собой… Не в суде, не в присутствии Павла, я себе этого не позволяла, в особенности в присутствии Павла. Мне не хотелось быть для него обузой, он и так многое для меня сделал…
Когда наконец все это закончилось, я вздохнула свободно и кажется даже наконец стала наслаждаться жизнью до того момента как к нам на летние каникулы не приехала его дочь – Ника.
ГЛАВА 5
Проснувшись утром от какого-то шума, я встала и посмотрела в окно. Громко лаяли собаки, ворота были открыты. Из машины вышла высокая худощавая блондинка лет двадцати. Я сразу узнала кто это, потому что не раз видела ее фотографии. Это была Вероника – дочь Павла. На днях она должна была приехать в Россию из США на летние каникулы, но я не думала, что этот день будет сегодня.
Одетая во все кричаще розовое в больших темных солнечных очках она сразу вызвала у меня отвращение и негатив. С ней была маленькая «карманная» собачка породы чихуахуа. Мне казалось, что я смотрю дешевый американский фильм про тупую блондинку. У нее была омерзительная походка, потому что она ели держалась на ногах в своих розовых туфлях с двадцатисантиметровым каблуком.
Ее радушно встретила Клавдия, распухнув девушке свои объятия. Но блондинка только поморщила свой напудренный носик и надув губки, брякнула пренебрежительное: «Привет».
«Вот сука», – подумала я.
– Доченька, ну обними ты меня! – возмутилась Клавдия.
– Доченька? Какая я тебе доченька? – надменно проговорила Вероника.
– Ника, ну зачем ты так со мной? – расстроилась женщина.
– Я с тобой поздоровалась… А моя мать давно умерла и ты не имеешь права называть меня доченькой… Так могла называть меня только мать…
– Но никогда не называла! – с обидой произнесла Клавдия и взяв сумки из рук девушки, направилась в дом.
Мне стало жаль эту женщину. Я знала как она ждала ее приезда. Она ждала Нику как свою родную дочь и наверно никак не ожидала, что встреча пройдет именно так.
Блондинка, выпустила из рук собачку, которая тут же побежала по клумбам цветов и справила свою нужду на газоне. Не раздеваясь, Вероника прилегла на лежак возле бассейна и закинула ногу на ногу. Достав из своей маленькой сумочке пачку тонких сигарет, она с наслаждением закурила.
– Пепельницу мне! – приказала она охраннику.
– Вероника, простите, что вмешиваюсь, но с минуты на минуту должен подъехать Ваш отец, навряд ли ему это понравится.
Ника прикусила нижнюю губу.
Услышав шум от приближающейся машины, она в панике затушила об лежак сигарету и выкинула окурок прямо в бассейн.
– Вот дрянь! – не выдержала я, наблюдая за всем происходящим из-за окна своей спальни.
Я-то думала, что дочь Павла должна отличаться идеальным воспитанием и поведением. Как я ошибалась… И вот с ней мне придется жить об обок все лето? Замечательно… – с сарказмом подумала я.
Из машины вышел Павел.
Я ожидала теплых объятий, поцелуев, радостного визга Ники, но ничего этого не произошло.
– Здравствуй, Вероника, – холодным, официальным тоном поприветствовал ее Павел.
Она в свою очередь поднялась с лежака и опустив вниз голову, проговорила:
– Здравствуй, отец…
– Пройдем в дом, дочь, – сопроводив свои слова пригласительным жестом, Павел взял ее за руку и повел входной двери.