Марина Эльденберт – Танцующая для дракона (страница 21)
Наверное, никогда не привыкну к тому, что правитель Аронгары говорит мне: «Привет, Танни!»
Хотя могло быть и хуже. Леона вон вообще с ним сексом занимается.
К счастью, Рэйнар ушел, а Леона чуть развернулась, демонстрируя мне Лаувайс (аналог зингспридской Вайовер Грэйс).
– Как?! – почему-то шепотом спросила Леона.
– Что – как?
– Как ты умудрилась вляпаться в Гроу?!
Ну да, очень точное слово. К ситуации подходит. И вообще.
Рассудив, что рассказывать сестре о ночном клубе не стоит, решила сразу перейти к делу.
– «Хайлайн» выиграл тендер по созданию экранизации для Теарин Ильеррской.
Леона непечатно выразилась.
Ну, непечатно для первой леди, разумеется. Вообще-то она образец и идеал: ее фото во всех СМИ демонстрируют элегантную женщину, исполненную чувства собственного достоинства. Сейчас уже никому в голову не взбредет тыкать ей происхождением (Леона – полукровка, а если быть точной, тричетвертикровка, но это детали). Зато я помню ее такой, как сейчас: с рассыпавшимися по плечам влажными после душа светлыми волосами и без макияжа. Наверное, этот образ просто мне ближе.
– И ты хочешь сказать, что в ресторане вы обсуждали рабочие моменты?
– Ну… можно и так сказать.
– Какие именно?
Страстью уточнять и все контролировать она, похоже, заразилась от мужа. Тот тоже любитель знать все (хотя его положение обязывает).
– Сценические костюмы.
Разговор про трусы был? Был. Чем не сценический костюм.
Леона прищурилась:
– Танни, ты недоговариваешь.
Это еще одна причина, по которой я все говорю в лицо: врать у меня получается паршиво. С другой стороны, зачем мне врать. Мы вроде как взрослые люди.
– Я танцевала ему приват.
– Что?!
– А в ресторане мы просто вспомнили этот момент.
Судя по выражению лица сестры, она пыталась понять, шучу я или просто рехнулась.
– Ты, прости, что?! – Ее тон не просто давил, намертво впечатывал в пол.
– Слушай, для замужней женщины ты слишком много интересуешься Гроу.
– Я интересуюсь тобой. Держись от него подальше, Танни. Поняла?
– С чего бы? – я неожиданно разозлилась. – Потому что я твоя сестра?!
Каждый раз, когда мы с ней общались, мне выдавали перечень ЦУ, которые надлежало строго и неукоснительно исполнять.
– Потому что мне небезразлично, что с тобой происходит. – Леона, судя по голосу, тоже начала заводиться. Это у нас с ней семейное.
– Да ну? По-моему, тебе небезразлично, что будет с твоей репутацией.
Слова вырвались сами собой, и остановить их я уже не могла. Равно как и отменить тоже: у сестры в глазах полыхнуло пламя. Самое что ни на есть настоящее, стихийная магия иртханов называется огнем и различается по цвету (в зависимости от того, чем иртхан управляет). У Леоны вот оранжевый, и когда он заполняет радужку, зрачок вытягивается в вертикаль. Смотрится диковато… и завораживающе.
– Можешь думать все, что угодно, – процедила сестра. – Но если я тебя увижу рядом с ним…
– То что?
– Узнаешь.
Звук отбоя, погасший экран.
Я выразительно зашвырнула телефон через всю комнату (благо, с таким покрытием его даже с балкона можно уронить), и прошла на кухню. Потом прошла в спальню: благо, в студии долго ходить не надо. Все, что есть в моей квартире – это рабочий стол со всем необходимым оборудованием, кровать, кухня и пилон. Ну и стереосистема, вмонтированная в стену, так же, как и шкаф для одежды. Ничего лишнего, в общем.
Подняла мобильный и снова заглянула в статью.
И Гроу тоже поспешил. Потрахаться с Шири.
Подавив желание шваркнуть телефон о стену, вернулась на кухню, чтобы сделать себе смузи и заесть сэндвичем. Желудок ненавязчиво напоминал о том, что его надо бы покормить, то же самое упорно делала Бэрри, которая ходила за мной по пятам и заглядывала в глаза.
– Сегодня разгрузочный день, – сообщила я.
И уселась на высокий табурет, к которому немедленно подошла виари. Грустно вздохнула и положила морду мне на колени.
– Врррр.
Та ее часть, которая была похожа на отца (желтый глаз и рыжие подпалины в белоснежной шерсти) отчетливо напомнили мне о нем. И как весело было на нашей с сестрой небольшой кухне, в квартире, где последние годы жили мы с Имери. Марр вел себя непристойно и никогда не стеснялся тащить еду со стола, за что я на него постоянно ругалась. Бэрри в этом плане другая: видимо, благородные крови матери говорят. Эрри, виари Рэйнара, по характеру напоминала иртханов и смотрела на всех сверху вниз, но в доиртханской эпохе… в смысле, в доиртханской эпохе в нашей с Леоной жизни было гораздо теплее.
Или просто мне так кажется.
Желание позвонить и извиниться я затолкала подальше. В конце концов, не я все это начала.
Бэрри снизу тяжело вздохнула, и я сунула ей половину сэндвича. Есть по вечерам все равно вредно. И вообще. Надо ее выгулять уже и идти спать. Завтра у меня очередной испытательный день на Гработе.
И ни одной больше мысли о Гроу.
Ни е-ди-ной.
Грабочее утро началось с явления Витхара Дааррмахского. Ну то есть не с его, конечно, а с актера, который будет его играть. Роста в нем было под два метра, но больше всего поражал взгляд: хищный, пронизывающий, словно достающий до глубины сознания. Назвать этого парня красавцем в классическом смысле не получалось, но в нем было гораздо большее. По-мужски резкие черты, в чем-то даже отталкивающая подавляющей властной силой внешность. Словом, ни отнять, ни прибавить, как из записей Теарин вылез.
Наверное, актер и должен быть таким. Чтобы в образ верилось безоговорочно.
– Шею не сверни, Зажигалка, – сообщил Гроу, проходя мимо меня.
Че-го?!
– У меня имя есть, – бросила я ему в спину.
– Серьезно?
– Серьезнее некуда, Повелитель ледяных кубиков.
Режиссер остановился, словно в стену влетел. Точнее, в вертикальный невидимый батут, потому что замедлил шаг и медленно обернулся. Наградил меня таким взглядом, что любая другая на моем месте сразу же бы испарилась, растворилась, распылилась на атомы (нужное подчеркнуть). Я же сунула руки в карманы и приподняла брови.
Хочет называть меня Зажигалкой, будет Ледяным повелителем.
А Гроу (набл его знает зачем), направился ко мне. По-прежнему медленно: приблизительно так мог выходить из пещеры дракон, почуявший добычу. Как ни прискорбно ощущать себя добычей, но именно так я себя в этот момент и почувствовала. На миг даже захотелось развернуться и выйти подышать воздухом, ну или сказать, что у меня прихватило живот. Тем более что походка у него была пружинистая, но сильная, вот реально дракон.
– Сегодня после съемок зайдешь ко мне в кабинет, – четко проговаривая каждое слово, произнес он. Многообещающе. И добавил: – Зажигалка.
Ответить мне просто-напросто не позволили, потому что развернулись пятой точкой. Стремительно, с грацией хищника, готовящегося перегрызть глотку нападающему со спины. В общем-то, я была бы не против, если бы одним исполнительным продюсером на съемочной площадке стало меньше, но наверное, в ближайшее время мне не обломится. Дерьмож… Ронхард Гайер наградил меня убийственным взглядом, словно мысли мои читал. Я ему вернула похожий.
Не умру, не надейся.
– Джерман, у нас проблема, – сообщил он. – В Лархарре…
Что там произошло в Лархарре, я не услышала, потому что сзади раздалось: