Марина Эльденберт – Танцующая для дракона. Небо для двоих (СИ) (страница 85)

В анфиладе было пустынно, звук моих шагов эхо бросало из стороны в сторону. Я едва успела ее пройти, как двери передо мной распахнулись, и навстречу мне в сопровождении стражи шагнула Мэррис. Она шла, гордо вскинув голову и расправив плечи, лишь поравнявшись со мной, бросила на меня дикий, полный ярости взгляд.

-   Будь ты проклята! - прошипела она и плюнула мне под ноги.

Я не остановилась, но ее искаженное злобой лицо еще долго стояло перед глазами. Когда я шла по коридору, когда стояла на балконе, вглядываясь в огни Аринты.

Когда засыпала, пытаясь стереть из памяти не только ее ненависть, но и лицо сына Ибри.

Мальчика, похожего на Витхара как две капли воды.

Проснулась я от ощущения чьего-то пристального взгляда. Резко распахнула глаза и замерла: у моего ложа стоял Гаяр.

Он тоже замер - видимо, не ожидал, что я так резко проснусь. Руки его сжались в кулаки, глаза потемнели до той черноты, за которой у Витхара уже просыпался огонь.

-   Убирайтесь, - сказал он. - Уезжайте из Аринты. Немедленно.

Я даже не сразу поняла, что случилось - осознала только, что ментальная сила легонько толкнула меня в сознание. Вероятно, так мог боднуться Дири, когда был виаренком, но попытка приказа не удалась. Ноздри Гаяра раздувались, он слишком плохо справлялся с эмоциями, чтобы суметь удержать мое сознание. Для приказа нужен чистый холодный рассудок, в нем же смешалось столько всего, что его чувствами меня ударило гораздо сильнее, чем он хотел.

-    Ты сейчас же выйдешь из моей комнаты, - произнесла я, садясь на постели.

Я не спала обнаженной, но все равно придерживала покрывало, потому что ночное платье требовало халата.

-   И если хочешь поговорить, зайдешь снова. Предварительно постучав.

Лицо мальчика исказилось: осознание того, что у него не получилось отдать приказ, ударило меня яростью.

-   Мне не о чем с вами говорить! Я вас ненавижу!

Вот теперь в глазах полыхнуло пламя - сын Витхара действительно был очень силен. Алое пламя заслонило детскую радужку, темную, зрачки располосовали ее на две половинки.

-     Из-за вас бабушка уезжает! Из-за вас мне не позволят даже с ней попрощаться! Ненавижу вас! Ненавижу! Ненавижу!

Он выкрикнул все это мне в лицо, сжимая и разжимая кулаки, а потом развернулся и вылетел из комнат. Перекрывая его шаги, громыхнула дверь, раздался хруст и ветряные колокольчики исполнили свою последнюю песню. Свалившись на пол, они жалобно звякнули и затихли.

Я вздохнула и провела руками по лицу, откинула назад волосы. Вчера стоило заплести косу, как я всегда делала, но во мне не осталось сил, и сейчас предстояло долго сражаться со щеткой и узелками спутавшихся прядей. Судя по едва разбавлявшему ночную хмарь свету, утро было еще совсем раннее, но думать о том, чтобы снова заснуть, даже не стоило. Поэтому я поднялась и устроилась перед зеркалом.

Одевалась я тоже сама: наряды, которые мы привезли в сундуке, служанки отпарили и развесили. Я выбрала алое, совершенно не заботясь о том, что когда-то сам этот цвет каждому во дворце напоминал о моем статусе. Заплела косу, подхватив легкими заколками с каплями драгоценных камней. Все-таки в том, что мне долгое время приходилось жить в лишениях были и свои плюсы - сейчас я могла сделать себе прическу без посторонней помощи.

Впрочем, посторонняя помощь мне все-таки потребовалась. Я разбудила служанок и попросила узнать, когда просыпается местар и согласится ли он со мной переговорить. После чего вышла на балкон и смотрела, как солнце раскрывается над Аринтой раскаленным белым цветком. Оно вставало над океаном, но увидеть его мешала выступающая часть замка, срезавшая половину пейзажа. Сейчас бы вскочить на перила, подтянуться и устроиться на каменном выступе, который нависал над моим балконом. Витой тяжелый узор, обрамлявший его своеобразной аркой.

Мысль об этом показалась безумной: уже очень давно я не ходила по стенам. Невыносимо давно не чувствовала бурлящую в венах кровь от захватывающей дух высоты. Единственным разбавившим мое существование эпизодом стал полет с Витхаром, но сейчас он казался мне далеким, будто приснился. Даже не уверена, что во мне сейчас хватит сил подтянуться, не говоря уже о чем-то большем.

-    Местари, - голос служанки. - Местар уже проснулся, и говорит, что будет счастлив разделить с вами завтрак.

-   Хорошо.

Я напоследок взглянула на Аринту, казавшуюся отсюда игрушечным городом с высоты полета дракона, и последовала за ней. Девушка привела меня к дверям, которые распахнули слуги. Зал, где нам предстояло завтракать, был небольшим. Я бы даже не назвала его залом. Это была просторная, но удивительно уютная комната. Стол, рядом с которым всего два стула, маленькие диванчики у стен, гобелены.

-   Здесь встречались мои родители. - Витхар поднялся и шагнул ко мне.

-   Когда выдавалась возможность побыть наедине.

-   Витхар, не стоит.

-   Что ты решила, Теарин?

-     Я останусь на праздник. Завтра посмотрю Аринту, а послезавтра уеду.

Он был прав. В спешке бежать можно было Теарин в таэрран, но не Теарин Ильеррской. Пусть даже разница между нами заключалась лишь в том, что теперь я - бывшая правительница Ильерры, положившая начало мирному сосуществованию людей и драконов.

Черты его лица обозначились резче, брови дрогнули, словно собираясь сойтись.

Вместо этого он положил руки на спинку стула:

-   Прошу, садись.

Мне было не привыкать к дипломатическим завтракам, но сегодня я чувствовала себя лишней. В этой комнате, где были счастливы двое, которых больше нет.

Я обратила внимание на то, что нам не прислуживают. Стол был накрыт, но травяной напиток Витхар наливал мне сам. Все это было неправильно, и я едва удержалась от того, чтобы его остановить.

-   Что будешь есть?

Мне пришлось выбрать. Исключительно потому, что я всеми силами старалась свести этот завтрак к дипломатическому, чем бы он ни был на самом деле.

-     Мой отец был влюблен в мать, когда она еще была человеком, - произнес Витхар, - но ты это и так знаешь. Он оказался смелее меня: сразу предложил ей стать его женой.

-   И иртханессой.

-    Это был единственный способ, благодаря которому они могли быть вместе.

-       Не единственный, - я вздохнула. - Он просто не рассматривал вариант жениться на простой женщине.

-   О чем ты говоришь, Теарин?

-      О том, что твой отец был очень силен. Он обладал властью, не сравнимой ни с чем, и он мог взять в жены любую. Правда, для этого ему пришлось бы всю жизнь сдерживать пламя и, возможно, пережить парочку мятежей. Возможно, даже выступить с войском за ту, кого он любил.

-       Ты знаешь, что ее не принимали даже тогда, когда она стала перворожденной.

-   Я знаю, что наше общество больно пламенем. Оно не видит того, что у них под носом - сильное пламя не способна разбавить кровь человека. Больше того, сила иртхана именно в том, чтобы выбирать, с кем ему быть.

-     Твои мысли... - Витхар вздохнул. - Временами я не понимаю тебя, Теарин. Совсем. Иногда мне кажется, что это слишком, а иногда...

Он замолчал и, заметив мой взгляд, подал мне соусницу.

-   Иногда?

-    Иногда мне кажется, что они опережают время на много столетий.

Что однажды все будет именно так.

-  Надеюсь, - я улыбнулась.

-   На что?

-     На то, что мы сможем стать единым целым, а не разрозненными ячейками общества, разделенными пугающей силой драконов.

Теперь улыбнулся он.

-   Тебе стоит об этом написать. О том, что ты сейчас говоришь мне.

-   Я пишу. Я пишу почти обо всем, что со мной происходит, с того дня, как покинула Ильерру. Сначала мне это было нужно, чтобы не сойти с ума, теперь... теперь это скорее привычка.

Витхар приподнял брови, внимательно на меня посмотрел.

-        Ты удивительная женщина, Теарин. Наверное, ты никогда не перестанешь меня удивлять.

Он помолчал и добавил:

-   В твоих записях есть что-нибудь обо мне?

Его пальцы коснулись моих, когда он подал мне тарелочку со сладостями. Это было настолько интимно, настолько легко и просто: мне вдруг показалось, что я обо всем забыла. Забыла, с какими мыслями сюда шла, забыла о прошлом, о том, что до сих пор во мне не перегорело. И о том, что послезавтра я уезжаю.

-   Я пришла сюда не за этим.

Слова способны разрушать и возводить стены. В этом я убедилась на собственном опыте: когда проводила переговоры, не раз и не два приходилось четко обозначать границы. Быть единственной правящей женщиной в мире, увы, нелегко, но это тоже дает массу преимуществ.

Сейчас, например, стена получилась прочной. Витхар вернул тарелку на стол и подался назад.

-   Зачем же ты сюда пришла, Теарин?