Марина Эльденберт – Парящая для дракона. Прыжок в бездну (страница 12)
Ингрид взлетает за мной по лестнице, бросается наперерез, и закрывает дверь в комнату дочери собой.
– Не смей. Не смей к ней заходить. Слышишь?
Я отодвигаю ее с той же легкостью, с какой могла бы отодвинуть аэрокресло. Она вроде пытается вцепиться в меня, но под моим взглядом просто отступает, только глаза полыхают.
Сильви действительно спит, светлые волосы разметались по подушке. Лицо опухшее от слез, зареванное, и я сжимаю кулаки, чтобы развернуть себя на пороге и выйти, не приближаясь. Мне безумно хочется поправить ей одеяло.
Мы никогда не были лучшими подругами, но мы были сестрами.
Поэтому сейчас я все-таки подхожу к ней, убираю волнистую прядь со лба, а потом разворачиваюсь и быстро выхожу. Мимо Ингрид, к себе в комнату. В комнату, которая когда-то была моей, а сейчас заставлена сумками, которые доставили из резиденции Торна. Сумок много, но посреди них, с совершенно несчастным, растерянным видом сидит Гринни. Увидев меня, виаренок с верещанием бросается ко мне, трется об мои ноги, пытается запрыгнуть на руки.
Я подхватываю ее, и меня тут же обжигают горячим носом, а потом стирают кожу шершавым языком. Мне хватает одного такого «лизь», чтобы ссадить пушистую прелесть на пол, и потереть горящую щеку.
– Сейчас поедем, – обещаю я. – Мне нужно только найти кое-что.
Рамка с маминым фото обнаруживается в сумке с бельем. С тем самым, которое я так и не надела, и еще с несколькими комплектами. Я отставляю эту сумку в сторону, ищу костюм. Костюм, купленный на кастинг, и коньки. При должной трамбовке все даже поместится в одну сумку.
Помещается.
Она, правда, получается увесистой, но так все равно проще. Я цепляю к ошейнику Гринни поводок, но виари не перестает верещать. Крутится, беспокойно заглядывает в глаза, словно спрашивает: «Мы же вернемся к Верражу? Вернемся? Вернемся? Вернемся?»
Я понимаю, что так и не попрощалась с ним вчера, и на глаза наворачиваются слезы. Странно, разговор с отцом, Ингрид, спящая Сильви – ничто из этого не смогло вытащить их из меня, а мысли о Верраже смогли. Вот только сейчас они точно будут некстати. Поэтому про Верража я больше не думаю. Пока.
Водитель заказанного флайса косится на Гринни, но, когда видит, что я беру ее на руки, сразу успокаивается.
– В гостях были? – спрашивает он, отправляя мою сумку в багажник. – Я вот тоже в гостях с женой отмечал. Правда, вы видели, что сегодня ночью случилось?.. Так вот, я…
Я шагаю под свет фонаря на парковке, и водитель замирает. Начинает часто-часто моргать, потом захлопывает багажник и убегает на свое место. Всю дорогу молчит, даже не смотрит на меня в зеркало, как обычно бывает – случайный взгляд во время движения по скоростной магистрали. Едва высадив меня на средней парковке высотки, где живет Рин, тут же снова бросается к флайсу, и машина взмывает ввысь.
Да, сегодня ему точно будет что рассказать жене.
Я какое-то время стою рядом с сумкой, через которую туда-сюда прыгает Гринни, потом подхватываю свой нехитрый багаж и иду к дверям. Набираю на прогретой панели номер квартиры, и мне отвечает мама Рин:
– Лаура?!
Ее голос удивленный, высокий, и я смотрю в глазок камеры.
– Лаура, Рин сегодня ночует у Сэфла.
Почему я об этом не подумала? Возможно, потому что раньше она у него не ночевала (не считая исключений вроде праздников)? Ну или потому, что ферн и ферна Рибельгар всегда были против этого (не считая исключений вроде праздников, а сегодня вроде как продолжение праздников).
Надо было сразу ехать к Сэфлу. Или к Даргелу. Или в гостиницу.
Где на меня все будут смотреть примерно как водитель.
Прерывая мои мысли, раздается негромкий щелчок, и дверь открывается.
– Заходи, Лаура! – говорит мама Рин. – Заходи, заходи, не стой на морозе. Мы с Нэгом как раз собирались ужинать.
Глава 5
Ветеринар сочувственно на меня посмотрела:
– Сожалею, ферна Хэдфенгер. Вы не сможете вывезти ее в Рагран без кристалла. Это международное требование для перевозки виаров всех пород людьми. Исключений нет.
Я посмотрела на Гринни. Гринни посмотрела на меня. Огромные глаза распахнулись широко-широко, виаренок подскочил, потерся о мои ноги и снова плюхнулся на попу.
– Кристаллы – это очень страшно?
– Как вам сказать. – Ветеринар протянула мне карточку – ветпаспорт Гринни, с которым я носилась вот уже пять дней. Пять дней, чтобы сейчас узнать, что мне все равно не позволят забрать ее без кристалла! – Кристалл подавляет животные инстинкты, звереныш станет ленивым, будет меньше играть. В будущем это, разумеется, тоже скажется на ее поведении, она станет больше кушать, будет еще сильнее привязана к вам. То есть если сейчас мы видим перед собой совершенно самостоятельного зверя, то из-за кристалла она утратит часть личности, будет зависима от вас. Вы станете для нее центром Вселенной, что, по моему мнению, еще не шло на пользу ни одному виару. Я бы рекомендовала вам оставить ее в Ферверне, если вам есть на кого ее оставить. Потом вы вернетесь, и…
Я не вернусь.
Вслух я этого не сказала, равно как и не поинтересовалась – она что, визор не смотрит? Скандал с расторжением помолвки продолжал полыхать – по всем каналам, во всех источниках. В сеть я уже давно не заходила, а на улицу выходила только в солнцезащитных очках, хотя к Рин журналисты добрались достаточно быстро. Сэфлу пришлось задействовать все свои связи, чтобы меня оставили в покое, но его связи были весьма ограничены, поэтому в покое меня оставили не все.
Оказываясь на улице, я уже мысленно была готова к тому, что в любой момент откуда-нибудь выскочит журналист с неудобными вопросами, и что Сэфлу придется его оттеснять. Он не выпускал меня на улицу одну, и я даже не сопротивлялась. Больше того, была отчаянно ему благодарна за то, что он, как и Рин, как и ее родные, остается со мной, и что даже воспользовался возможностью взять отпуск мергхандара, чтобы иметь возможность меня сопровождать.
– Хорошо. Я поняла. Спасибо.
Я взяла паспорт Гринни и поднялась.
Сэфл дожидался меня в коридоре, поэтому, стоило мне выйти, тут же шагнул ко мне.
– Лаура? Что случилось?
– Они говорят, что ей нужно ставить подчиняющий кристалл.
Он приподнял брови:
– Тэльсу?!
– Да. Тэльсу. Требования одинаковы для всех, и служба ветконтроля ее просто не пропустит.
Мы с Сэфлом одновременно посмотрели вниз: кроха сидела на полу и стучала хвостом. От счастья. За несколько дней она ожила, но вечерами все равно сидела у дверей и ждала, что ее отвезут к Верражу. Что, впрочем, не мешало ей наслаждаться жизнью сейчас.
– И что ты решила?
– Не могу так с ней поступить. Не могу вживлять ей эту дрянь, которая превратит ее в мягкую игрушку.
– Ладно. По дороге подумаем, что с этим делать. – Сэфл приобнял меня. – Дар с Мелори ждут нас всех на ужин, поэтому сразу летим туда. Или тебе надо переодеться?
– Нет, – я покачала головой.
– Тогда отлично. Пойдем!
– Нет. Сначала мне надо кое-куда заехать.
– Хорошо, во флайсе скажешь, куда…
– Скажу здесь, потому что не уверена, что могу тебя об этом просить. Мне нужно в Айрлэнгер Харддарк.
Сэфл выразительно на меня посмотрел. Очень выразительно. Раньше я даже не подозревала, насколько выразительным может быть его лицо.
– Мне стоит говорить о том, что это не самая удачная идея?
– Идея, может быть, и не самая удачная, но я не могу просто оставить ее в Хайрмарге. – Я взглянула на Гринни, которая уже несколько раз закрутила вокруг моих ног поводок и теперь пыталась понять, как это исправить. – У нее две привязки: Верраж и я. Если я не могу быть рядом с ней, пусть будет он.
– Это я понимаю, – Сэфл помолчал: явно хотел добавить что-то еще, но потом все-таки произнес: – Ладно. Пойдем.
Прежде чем пойти, мы распутали Гринни, и я подавила желание взять ее на руки. Расставаться с ней мне не хотелось, но еще больше не хотелось, чтобы ей снова пришлось привыкать к кому-то, пусть даже это Сэфл или Рин, которые сумеют о ней позаботиться. Сумеют же? В глубине души я понимала, что меня просто могут не пустить даже на порог Айрлэнгер Харддарк, не говоря уже о пороге кабинета Торна, но… но. Нет, я не могу оставить Гринни на друзей, ей нужен дом. Ей нужен Верраж, и только с ним она будет чувствовать себя спокойно.
Во флайсе мы молчали, на подлетах к сердцу Хайрмарга меня начало потряхивать. Не сказать, что я не чувствовала такого раньше, но к этой встрече совершенно точно была не готова. Нам не стоит встречаться. Особенно сейчас.
Гринни, словно чувствуя мое настроение, начала вертеться и жалобно пищать. Тыкалась носом мне в руки, я же снова превратилась в ледяную статую: так прошла дрожь. Сэфл изредка на меня смотрел, но не говорил ничего. Только подал руку, чтобы помочь выйти на парковке.
В двери высотки мы вошли вместе.
– Я могу…
– Не стоит. – Я покачала головой. – Просто подожди, пока все решится.
Или не решится.
– Ферна, сюда нельзя с животными… – К нам подошел охранник, но, едва я сняла очки, замер. В ледяную статую ему не грозило превратиться, потому что пламени во мне не было, но по ощущениям он окаменел.