Марина Эльденберт – Мятежница (страница 2)
Стены замка вновь задрожали, ваза из бледно-голубого фарфора на постаменте пошатнулась, словно под порывом ветра. Роуз, сидевшая рядом, схватила меня за руку. От страха ее глаза стали совсем прозрачными.
— Боги, дайте мне это пережить, — прошептала она.
— Все будет хорошо, — так же тихо, но уверенно ответила я и ободряюще сжала ладонь подруги. — Вот увидишь.
Минуло три дня с тех пор, как артанцы пошли в атаку и преодолели первый рубеж.
Фрейлины по-прежнему собирались в гостиной, но никто не смеялся, не предлагал сыграть на лютне, не обсуждал погоду. Напряжение витало в воздухе, отражаясь бледностью на лицах, в крепко сжатых пальцах и молчании. Когда становилось совсем невыносимо, кто-то начинал говорить, но беседа быстро затухала, стоило почувствовать волну нового магического удара. Ожидание с каждой минутой становилось все более тягостным.
— Артанцы — чудовища, — Роуз сжимала мою руку так сильно, что рисковала оставить на коже синяки, — но главное чудовище — их полководец. Говорят, он сама Тьма, не зря его называют Мраком. Жестокий и беспощадный, смотрит в самую душу взглядом, горящим алым, носит темную одежду и шлем с острыми иглами, а земля дрожит под его шагами.
Меня передернуло. Молва об артанской армии шла впереди нее.
— Это всего лишь слухи, — попыталась я успокоить Роуз. — Артанцы такие же люди, как мы с тобой. И Кейн Логхард тоже.
— Нет, ты не понимаешь, он…
Лидия, поджав губы, посмотрела на нас неодобрительно, и это сработало. Роуз потупилась, только легкая дрожь выдавала охвативший ее ужас.
Я бы сама сейчас многое отдала, лишь бы не чувствовать эхо боевых заклинаний и срабатывавших ловушек, не видеть тусклые, далекие всполохи, что отражались в витражных окнах. После каждой атаки сердце сбивалось, а по спине растекался холод. Каждый взрыв означал падение очередного рубежа. Хотелось мерить шагами гостиную или подняться на смотровую башню, только бы не сидеть на месте. Но женщине на войне делать нечего, а замок Норг под надежной защитой. К тому же я в любой момент могла понадобиться ее светлости.
Ее светлость стояла возле окна. Не проронив ни звука, с широко раскрытыми глазами, в которых плескались серебристые искры. Она использовала свой дар, магию разума, для того чтобы видеть и слышать битву.
Мне бы хоть капельку ее стойкости!
Высвободив руку из цепких пальцев Роуз, я поднялась и подошла к княгине. Остановилась совсем близко, накрыла ее холодную руку своей, стараясь согреть, передать те слова, что недавно шептала подруге:
«Мы с вами, ваша светлость. Все будет хорошо. Мы справимся».
Она не могла их прочитать, но этого и не требовалось: мою ладонь сжали в ответ, лицо княгини просветлело, и в моей груди растеклось тепло. Поддержка ей сейчас гораздо нужнее, чем всем нам, потому что она отвечала за свой народ.
Врата Ортоса — нерушимая твердыня, защищавшая от любого вторжения не только замок Норг, но и всю Нифрейю. Ни один маг не мог пересечь черту без приглашения ее светлости. Пусть даже для Мрака не существует преград.
Нет, лучше о нем не думать.
Разговаривая с Роуз, я успокаивала и себя тоже. Магия Кейна Логхарда становилась сильнее с каждым годом, с каждым завоеванным источником. А если уж он решился напасть на Нифрейю…
Замка коснулся новый взрыв. Мощный и неудержимый. Сердце подпрыгнуло в груди и ухнуло вниз. Стену, словно шрам, вспорола гигантская трещина, ваза, соскользнув, осколками разлетелась по полу. Кто-то вскрикнул, зашелестели платья: фрейлины, образец манер и спокойствия, вскакивали со своих мест.
Звон все еще стоял в ушах, когда распахнулась двустворчатая дверь и вбежал запыхавшийся стражник.
— Врата Ортоса пали, ваша светлость, — прохрипел он. — Мрак идет сюда.
У меня перехватило дыхание. Врата Ортоса питало само Древо, поэтому пройти их невозможно! Было невозможно… Какой же мощью нужно обладать, чтобы это сделать?
Одна из фрейлин рухнула без чувств, Роуз и еще две девушки расплакались, остальные зашептались, прижимая руки к груди.
— Тихо! — приказала княгиня.
На миг все шорохи стихли, в гостиной повисло гнетущее молчание, все взгляды обратились к ее светлости. С надеждой.
Серебристые искры магии в глазах погасли, уступая место решимости. Я не знала, что творится в ее душе, но голос княгини даже не дрогнул.
— Все мы прекрасно знаем, зачем он пришел. Вас он не тронет. — Она отпустила мою руку и кивнула первой фрейлине, которая всегда находилась неподалеку. — Лидия, ты знаешь, что делать.
Княгиня подхватила юбки и направилась к двери.
— Амелия, мне понадобится твоя помощь. Следуй за мной.
Взволнованные, напряженные взгляды присутствующих сошлись на мне. Молчание вибрировало от общих эмоций. Сквозь страх в них просачивались вопросы и непонимание.
— Да, ваша светлость. — Я склонила голову, ободряюще улыбнулась Роуз и поспешила за княгиней.
Взрывы больше не касались замка, теперь он содрогался от лязга оружия и топота стражи, которая стекалась к внутренним воротам. Увы, без магической защиты Древа все это бесполезно: армию артанцев удержит только чудо.
Ее светлость шла так быстро, что мне приходилось почти бежать. Мы остановилась перед изваяниями — каменными девами в боевых доспехах, оберегавшими вход в Священный сад. Только члены княжеской семьи могли входить сюда. И те, кого они пригласят.
Ее светлость приложила ладонь к одной из статуй. Воительницы ожили, загудел камень. Статуи разомкнули щиты, пропуская нас внутрь. Потянуло прохладой и хвоей, морозный пар сорвался с губ. Но стоило сделать шаг, высоченные стены срослись, отрезая обратный путь, защищая дерево со светло-золотистой чешуйчатой корой. Корни вспарывали камни, ветви тянулись к небу, серебристые иголки поблескивали в наступивших сумерках.
Родник нифрейцев — не просто единственный в нашем княжестве. Неиссякаемый и могущественный. Последний источник, мощь которого мог использовать любой маг. В прошлом из-за желания обладать Древом десятки вражеских войск потерпели неудачу в лабиринте Ортоса.
— Оно не должно достаться артанцам. — Княгиня говорила о Древе, но смотрела на меня. — Готова ли ты послужить своему княжеству?
— Да, ваша светлость, — ответила не раздумывая.
Пусть я не маг и даже не воин, всего лишь младшая фрейлина, но если есть хоть малая возможность помочь своей княгине, своей стране и своему народу, я сделаю все, что смогу.
Княгиня облегченно выдохнула и направилась в сторону Древа. Ветер ударил мне в спину, словно подгоняя за ней. Иголки и шишки хрустели под ногами, земля вздыхала и пульсировала. Здесь не нужно было быть магом, чтобы чувствовать мощь родника.
Мы остановились у самого подножия. Древо было таким высоким, что, когда я взглянула наверх, закружилась голова.
— В нем вся мощь рода Фэранса. Получив его, артанцы обретут абсолютную власть, но в наших силах не допустить этого.
— Что я должна делать? — откликнулась я и замерла, увидев в руке княгини изящный стилет с древними письменами на рукояти. Не нож, смертоносное жало.
— Родник не просто так называют Древом, его можно пересадить, перенести из одного места в другое, но для этого нужен сосуд. Женщина из магического рода, не наделенная силой.
По спине пробежал холодок, а сердце пропустило удар.
Кажется, моя особенность оказалась куда более полезной, чем я думала.
Княгиня пропела что-то на старонифрейском, изначальном языке магов, провела ножом по ладони, а затем прикоснулась к чешуйчатому стволу. По ветвям заструился золотистый свет, иголки замерцали в темноте.
— Слушай внимательно, — приказала она. — Я спрячу родник в тебе, твоем теле. Никому, слышишь, никому не рассказывай об этом. Никому не доверяй свои мысли. Ты должна найти князя Брока, мой мальчик сейчас в Дибре. Только он сможет вернуть Древу первоначальный вид. Только это поможет освободить и возродить Нифрейю.
Словно в ответ вновь содрогнулась земля. Лицо княгини исказила судорога, ее светлость стянула перстень и вручила мне.
— Это поможет тебе выйти из замка. Покажешь его Лидии, и она соберет тебя в путь. — Она указала на расщелину в стене. — Камни напитаны магией Древа, они укроют тебя. Дождись, когда артанцы уйдут, а затем возвращайся в замок. Веди себя тихо, не привлекай внимания. Если они поймут, что родник иссяк, надолго здесь не задержатся. Разумеется, часть воинов останется, но это не страшно. В моих покоях есть потайной ход, Лидия покажет его тебе, когда Мрак уйдет. Спаси Нифрейю, девочка. Спаси всех нас.
В ее взгляде было столько надежды, что я опустилась на колени, поцеловала морщинистые руки и пообещала:
— Клянусь жизнью, ваша светлость.
Стихийная волна ударила снова, но княгиня уже прикрыла глаза. С ее губ сорвались слова заклинания. Ветер растрепал мои волосы, от магии, напоминавшей старинную песню, глубоко в груди зарождалось тепло. Древо засияло, золотистые искры взлетели в воздух и вихрями потянулись ко мне. Неожиданно мелькнула мысль: что, если я не выдержу могущества нифрейского источника?
Искрящиеся потоки окутали светом — мягко, как материнская ласка. Вокруг разлилась весна, время словно остановилось. И не было ни артанской армии у стен замка, ни страха. Только я и сила, которая потоком хлынула в мое тело: она захлестнула полностью, сомкнулась над головой сгустившимся воздухом. Я тонула в ней, как в водовороте, выныривала на поверхность и вновь шла ко дну, пока все не закончилось так же резко, как и началось. Последний всполох силы погас, едва коснувшись меня.