Марина Эльденберт – Мое вчера, его завтра (страница 24)

— Это не условие. Это просьба. Для меня это важно.

Кайрен снова раздул ноздри, а потом покачал головой.

— Нет.

Ощущение родства растаяло, как будто его смыло космическим ветром.

— Значит, я не смогу подписать.

— Значит, я не смогу промолчать о том, что узнал сегодня ночью.

Кайрен понизил голос, но чувство было такое, будто он на меня наорал. Или даже ударил. Потому что в прошлом я не могла представить, что он кого-то шантажирует или ведет себя подобным образом, и я настолько опешила, что во мне кончились слова и даже воздух.

— Подписывай, Риванна, — он протянул мне стилус. — И я отправлю копию Мэйгарду.

Я выхватила стилус из его рук и рывком поставила подпись.

На смену шоку и растерянности пришла злость, которой я раньше никогда — никогда! Не испытывала по отношению к нему! Я злилась на Кат — за то, что она имеет возможность обнимать и целовать его, а я нет. Злилась на себя за то, что я влюбилась в него, позволила это себе, прекрасно понимая, что мои чувства обречены, что они не получат никакого продолжения. Я злилась на весь мир за то, что он такой, что человеку, обычной девушке никогда не быть рядом со звездным драконом… так, как я того хочу. Но на него — нет, никогда. И вот сейчас во мне так ярко полыхнуло это чувство, что я на мгновение испугалась.

— Все, — произнес он. — Теперь ты моя, и я тебя забираю. Тебе нужно собрать вещи?

— Представь себе! — ядовито ответила я. — Они не идут в базовой комплектации со мной, я их покупаю.

— Что? — опешил Кайрен.

— То! — передразнила я. — Я не кукла с меняющимися голографическими настройками одежды, я живой человек. Но вы с Мэйгардом и его дочерью, кажется, об этом забыли!

Я развернулась и убежала к себе, и только когда оказалась за дверью собственной комнаты, от души поколотила кулаками подушку.

Да что со мной происходит?! Я взрослая женщина, преподаватель, так почему я сама веду себя как подросток?! Почему не могу контролировать свои чувства?!

Или дело в том, что мое тело здесь — это по сути тело восемнадцатилетней девушки, и все гормоны, и прочие радости жизни мне приходится чувствовать на себе по новой?

Но я ведь и в прошлом себя так не вела! Никогда!

Так что происходит сейчас?!

Как будто мне не хватало всей этой истории с Кат и фхтаринцами, с моими знаниями об этом, со временным парадоксом и теперь вот еще внезапно открывшимся даром разговаривать, как главный и самый страшный враг Аргассы!

Р-р-р-р-р!

Я наскоро покидала в сумку все, что у меня было (а было у меня, к счастью, немного), накинула сумку на плечо и спустилась в холл. Кайрен стоял, глядя в свой артефакт связи, а, увидев меня, обернулся:

— Почему ты не отвечаешь на запросы от меня?

— Потому что мой артефакт связи нас покинул, — ответила я.

Он посмотрел на меня в упор.

— Сломался, — добавила я. — Когда… впрочем, неважно.

Не хватало еще начать тут свистеть на фхтаринском в холле дома Орнанов.

— Ладно, раздобудем тебе новый, — произнес Кайрен и кивнул на дверь, забирая у меня сумку. — Пойдем.

Я шагнула вперед, но на выходе почувствовала на себе пристальный взгляд. Тяжелый, злой и многообещающий. Мне даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, кому он принадлежит, но я все-таки обернулась.

Катэлла стояла наверху и смотрела на меня так, будто была не против убить на месте. Но, стоило обернуться Кайрену, она резко отпрянула и скрылась в коридоре левого крыла.

36

Я никогда не была в фамильном особняке Гереджей. Мне казалось, что дом семьи Орнан огромный, но дом Кайрена — просто гигантский дворец. В этом нет ничего удивительного, потому что его династия — одна из древнейших на Аргассе. Белый исполин напоминает полукруг, крыльями расходится в обе стороны, словно пытается своими стенами то ли обнять, то ли прихлопнуть незваного гостя.

Я здесь по приглашению, но чувствую себя самозванкой, заставившей Кая пойти наперекор собственным принципам. Подписать договор с Мэйгардом и Катэллой. Договор, который он так и не позволил мне прочитать. Что он скрывает от меня? Хотя понятно, почему он мне не доверяет. Я бы сама не доверилась человеку, который вдруг заговорил на фхтаринском.

Кайрен не устроил мне экскурсию по дому, мы просто прошли через огромный холл и быстро поднялись по широкой лестнице, которая разбилась в центре еще на две. Кай свернул направо, и я не успела насладиться витражным куполом с изображением великих битв звездных драконов. Я так нервничала, что старалась сильно не пялиться.

Кайрен толкнул одну из ближайших дверей на втором этаже и пропустил меня внутрь.

— Это комната моего отца, — сказал он. — Но он здесь редкий гость, а когда прилетает, предпочитает арендовать отдельный дом или жить в другом крыле, подальше от матери. Поэтому теперь комната твоя. Она как раз по соседству с моей.

Не сказать, что в доме Катэллы я жила от нее далеко, но не по соседству. Поэтому потрясенная я не сразу нахожу слова.

— Твоя мать не будет против?

Кай усмехается.

— Учитывая, что она вот уже несколько лет пытается проесть мне мозг на тему важности источника для звездного дракона, думаю, она будет прыгать от радости, даже если я поселю тебя у себя.

Его взгляд прошелся по мне огненной волной, вызывая воспоминания о клубе, и о том, как я стонала и кричала в его объятиях. Тело словно ожило, желая продолжения. У меня пересохло в горле, когда это пламя захлестнуло меня вновь. Даже одно то, что Кайрен будет в шаговой доступности, опасно для моей выдержки, а что уж говорить про одну спальню?

— Тогда против буду я! Я согласилась быть твоим источником, и на этом все.

Кай перестал улыбаться и шагнул ко мне. Все во мне отозвалось на его близость, будто он был планетой, к которой меня неудержимо притягивало.

— Это была шутка, Риванна. Я не стану тебя ни к чему принуждать. Как не стану скрывать, что буду не против, если ты захочешь прийти ко мне ночью.

— То, что случилось в клубе, было ошибкой, — повторила я скорее для себя, чем для него.

— Возможно, — кивнул Кайрен. — Но сейчас я о ней не жалею. Как ни капли не жалею о том, что забрал тебя к себе.

Он ушел, но его слова продолжали словно на повторе звучать в моей голове.

Спальня оказалась на удивление светлой для мужской, хотя серебристые тона делали ее холодной. И, конечно, она была больше той, в которой я жила у Катэллы. Большая кровать, письменный стол с креслом, диван и журнальный столик. Но самым примечательным было окно во всю стену с видом на парк.

Прежняя Риванна бы радовалась такой возможности — Кай, живущий через стенку, нынешняя я ждала подвоха.

Я сама поставила подпись в его договоре, но чувствовала, что что-то упускаю. Что-то невероятно важное.

Кайрен вернулся, когда я уже разложила вещи.

— Я лечу на тренировку, — сообщил он.

— Я должна лететь с тобой? — подскочила из кресла я. Катэлла тренировалась лишь в академии, но Кай — другое дело. На его тренировках действительно может понадобиться источник.

— Да, — кивнул Кайрен, — но сегодня это не обязательно. У тебя был резкий скачок арны, возможно, стоит сделать перерыв в несколько дней.

Кажется, он испытывал неловкость от того, что у него теперь есть источник, а применять чужую арну он не привык. Поэтому я решила прийти ему на помощь:

— Доктор сказал, что во мне ее слишком много. Может, тебе наоборот стоит забирать излишек?

Кай поморщился, но все-таки согласился.

— Проверим это завтра.

Он вручил мне новенький артефакт связи и свой планшет с новым договором.

— Сегодня изучи наш контракт. Я вернусь, и мы обсудим все вопросы, которые у тебя возникнут.

— А что насчет моей проблемы? Сам знаешь, какой…

Я замолчала, не зная, можно ли здесь обсуждать мой секрет, но Кайрен понял меня с полуслова.

— Ее я тоже решу. У деда есть записи их языка. С помощью них мы попробуем расшифровать то, что ты пытаешься мне сказать.

37

Все происходящее перекроило мою реальность на «до» и «после». До — до того, как я переехала к Кайрену, после… В первый же день ко мне в дверь постучала его мать. Высокая, с прической как у богини, она шагнула ко мне в комнату, едва я успела произнести: