Марина Эльденберт – Мое вчера, его завтра (страница 12)
Только решил, что больше не смотрю в сторону светловолосой девчонки-источника, как ее буквально на моих глазах начинает лапать Лем. Ничего особенного для академии: источники часто западают на звездных драконов и не прочь развлечься. Но зверь во мне зарычал от ярости, и я оказался возле парочки раньше, чем себя осознал. И дал в челюсть Лему за то, что тот пытался залезть ей под юбку.
Ректор в курсе моего отношения к источникам, поэтому с безэмоциональным выражением лица выслушал мои слова о том, что люди не наши рабы, и использовать мы должны их арну, а не их самих во всех смыслах. Лем ответил, что все было по согласию. Мне захотелось снова почесать об него кулаки, но даже я понимал, что делать это в кабинете ректора как минимум глупо.
В итоге нам назначали отработки за драку. На мой вопрос, что насчет наказания для Лема за то, что он лапал девушку, ректор ответил:
— Звездный дракон отвечает за источник, с которым он связан договором. Я передам Катэлле Орнан информацию об инциденте в парке. Дальше она или ее родители будут разбираться с курсантом Миратом. Если вы желаете, чтобы Риванна Араи стала вашим источником, вам стоит обратиться к главе дома Орнан.
— Мне не нужен источник, — отрезал я.
— Что ж, жаль, — пожал плечами ректор. — Тогда вы оба свободны.
Уже в коридоре Лем поморщился и поинтересовался:
— Кай, что на тебя вообще нашло?
— Я тебе уже все сказал.
— Так это все действительно из-за твоих тупых убеждений?
— Уже челюсть регенерировала, и хочешь добавки? — В мой голос ворвалось рычание, и Мират миролюбиво вскинул ладони.
— Ладно, был не прав. Беру свои слова назад. Ты просто поддерживаешь батарейки, но они все такие, друг. Эта блондиночка, конечно, ничего так. Трогательная, нежная, немного кусачая, но она здесь ради денег и звездных драконов. Если дело в ней, то забирай…
— Дело не в ней, — отрезал я, посмотрев в глаза Лему. — Закрыли тему.
— Она такая же, Гередж. Уверен, и дня не пройдет, как она будет под каким-то драконом. Ее даже Катэлла не удержит! Все батарейки теряют человеческий облик, когда оказываются на Острове. Я тебе докажу…
— Не приближайся к ней, — прорычал я, о чем тут же пожалел. Потому что Лем расплылся в улыбке и поморщился от боли в челюсти.
— Что и требовалось доказать, — хмыкнул он. — Обещаю, я тебе покажу ее истинное лицо, даже не приближаясь к этой сладкой конфетке.
Я не верил Лему.
С прошлого дня я уже не верил себе.
Потому что все мои инстинкты будто бы настроились на эту девчонку, которая даже не представляла, какие неприятности ей грозят, если она продолжит в них влипать. Ей бы сидеть тихо, что я ей и посоветовал, но, кажется, она их притягивала словно магнитом. Неприятности и драконов. И что с этим делать? А главная во всем этом мысль — зачем мне вообще что-то с этим делать?
Дальше день пролетел как обычно. Лекции, затем тренировка на полигоне, отработки должны были начаться только на следующей неделе: нам с Миратом требовалось помогать младшим курсам во время разных учений и подтягивать тех, кому это требовалось, заодно быть на подхвате у преподавателей. Дома меня ждал традиционный семейный ужин, на котором обязана была присутствовать вся семья. Всегда в одно и то же время, в одном и том же месте — в Лиловой столовой.
Когда я после душа спустился на ужин, все семейство уже было в сборе: мама и двое моих младших братьев, тетя со своим супругом и с моими кузинами. Была еще Рора, но ее, как младенца, вручили няне. Пустовало лишь мое место — по правую руку от деда, сидящего во главе стола. Заняв его, я поинтересовался:
— Золотые моллюски? — На столе в центре среди других многочисленных закусок красовалось огромное блюдо с редким деликатесом, который обычно повара готовили на разные праздники. Гереджи могли себе позволить и не такое, но золотой моллюск был отличительной особенностью праздников. — Мы сегодня что-то отмечаем?
— Это ты нам скажи, — улыбнулась мать. — Мы получили новости из академии.
— Мы отвечаем мою отработку? — Я вздернул бровь и кивнул официанту. После тренировки хотелось есть.
— Ректор сообщил, что ты заинтересовался девушкой-источником, — раскрыл тайну всеобщей радости дед.
Я проглотил непозволительно большой кусок мяса и покачал головой:
— Нет. Я просто защитил девушку-источник от домогательств.
Дед нахмурился, а мама уточнила:
— То есть, ты не хочешь, чтобы она стала твоей батарейкой?
— Лана, правильно говорить — источник, — осадил ее дед. — Не вздумай такое произнести на камеру.
— Но мы в кругу семьи, папа!
— Даже в кругу семьи.
— Мне не нужен источник, — отрезал я. — Ничего не изменилось.
— Вот! — голос мамы превратился в обвиняющий. — Видишь, до чего ты его довел со своей толерантностью к людям, папа? Сначала мы не называем их батарейками, затем наши дети не используют батарейки вовсе и гибнут! В космосе!
За столом повисла звенящая тишина, а затем дед, не меняясь в лице, произнес:
— Если у тебя все, то покинь столовую.
Побледневшая мама поднялась из-за стола и, стуча каблуками, вышла.
— Кто-то еще не согласен с тем, как я правлю домом династии Гередж?
— Меня устраивает, как ты правишь, дед, — ответил я, тоже поднимаясь. — Но тебе не хватает уважения к женщинам.
— А ты слишком много думаешь о женщинах, Кайрен, — посмотрел мне в глаза дед, — и гораздо меньше о том, о чем действительно стоит думать.
Не знаю, о чем они там еще говорили, я развернулся и ушел.
К счастью, мать не ждала меня на выходе. Нового разговора о том, какой я толерантный и как ее разочаровываю, я бы не выдержал. У нас были нормальные отношения, пока я не решил, что источника у меня не будет. Никогда. Семья меня не понимала. Мать не понимала. Но я к этому привык. Моей силы хватало на то, чтобы быть лучшим курсантом академии. Моей силы хватит, чтобы сменить деда на должности главы Центрального архипелага, когда придет время.
17
В прошлый раз когда Катэлла отмечала свой день рождения, я сидела на кровати в своей комнате и смотрела запись концерта Галы Грин, а арендованный по такому случаю целый элитный клуб был от меня далек, как Спираль. Сегодня же я буду там, буду среди них, среди драконов, для которых я всего лишь «батарейка», и единственный, кто меня волнует, единственная причина, по которой я там буду — Кайрен, в достаточно резкой форме сказал мне, что я не должна влипать в неприятности.
В прошлой жизни… или как назвать тот вариант, который сейчас все еще кажется мне гораздо более реальным чем то, что происходит сейчас, он никогда не был со мной резок. Но в прошлой жизни наше общение было сведено к минимуму, особенно на первых курсах Катэллы, все изменилось потом…
Я обрываю свои воспоминания, которые мне ничем не помогут. По крайней мере, именно эти — ничем, в этот раз уже все пошло по-другому из-за одной-единственной моей оплошности. Из-за того, что я не смогла сдержать своих чувств, когда снова увидела его живым.
В договоре источника есть такой коварный пункт, который звучит как «Дракон может использовать Источник по своему усмотрению, при этом Источнику не может быть нанесен физический ущерб». То есть чисто теоретически, этот пункт внесен для того, чтобы в случае экстренных ситуаций на поле боя, на полигоне или где бы то ни было у меня не требовалось получать письменное согласие на передачу другому дракону для спасения его жизни. Пункт правильный, но он дарит определенного рода лазейки. Такие, как эта.
Когда Катэлла может использовать меня для развлечения.
Я могла отказаться. И потерять этот контракт, и возможность спасти Кайрена. Конечно, меня с радостью мог бы перекупить кто-то еще, но это не приблизило бы меня к Катэлле, к ее интригам и в итоге к ее предательству, которое я хотела остановить.
— Ваша одежда, — постучав, ко мне в комнату вошла горничная. — Дараи Катэлла просила передать, что будет ждать вас через полчаса, и что вам лучше не опаздывать.
Я уже успела сделать легкий мейк, но, посмотрев на одежду, поняла, что меня это не спасет. Платье было ультракоротким. Вызывающе. В довершение всего, с открытой спиной аж до самых ягодиц.
— Я это не надену, — сказала я горничной, когда она принесла коробку с обувью ко мне в комнату.
— Дараи Катэлла сказала, что если возникнут проблемы, то она ждет вас через полчаса не в холле, а у кабинета отца.
Вот с… я редко ругалась, но сейчас у меня в мыслях выкатились, кажется, все известные мне ругательства, которые только можно представить. Позаимствованные изо всех времен и эпох.
Вместо ответа я заглянула в коробку с обувью. Туфли на высоченной шпильке. Серебристые.
— Я не смогу в этом даже ходить! — воскликнула я. — И у меня нет белья под этот наряд…
— Так что мне передать дараи Катэлле? Где вас ждать?
Я плотно сжала губы.
— В холле, — процедила я.
— Хорошо!
Служанка вздохнула с явным облегчением, а я развернулась к зеркалу и пошла поправлять мейк и прическу. Катэлла хочет видеть меня такой? Что ж, не буду ее разочаровывать.
Я не стала заморачиваться с волосами, стянув их в небрежный модный в те времена пучок с несколькими торчащими из него прядями. Неброский макияж глаз сменили стрелки и дымчатый визаж в дополнение к присланному ей наряду. И уже в таком виде я направилась к Катэлле.