Марина Эльденберт – Луна Верховного. Том 1 (СИ) (страница 44)

Хотя альфа не есть ее собирается, у нирены другая ценность. Но от осознания, для каких целей они похитили девушку, перед глазами встает красная пелена, и ужасный волк внутри меня рвется на свободу.

Перелет занимает всего пять часов, еще два уходит на то, чтобы дождаться Илайю. Хавьер спрашивает о доверии, но интуиция подсказывает мне, что Илайе плевать на меня и моего врага. Он здесь для того, чтобы уладить политический конфликт. Кому понравится, что стая с его территории похищает нирену? Не сказать, что я с ним хорошо знаком: среди верховных это не принято. Мы как наблюдатели, каждый смотрит за своей песочницей. И только такие ситуации побуждают нас действовать в общих интересах.

– Мы вернем девочку, Перес, – говорит он при встрече. – Я не допущу войны на моей территории.

Уверен, не допустит. Поэтому мы летим на архипелаг, чтобы поговорить с альфой Джайо. Поговорить и договориться. Если второе не получится, у Джайо появится новый альфа, а Мишель я все равно заберу домой.

Мы погружаемся в два военных вертолета, потому что Илайя привез с собой чуть ли не маленькую армию. Со мной тоже несколько вервольфов, но большинство осталось с Венерой. Ее охрана важнее, а за себя я не боюсь. У меня есть защита – мой статус. Защита верховного старейшины. Вряд ли Джайо хотят развязать войну с Волчьим Союзом: мы просто сотрем их с лица планеты. На нашей стороне технологии, а у них только клыки и когти.

Думать о показательной порке Джайо не хочется. Хочется думать о своей паре. О том, какие у нее шелковистые волосы. Какая нежная кожа. О том, как она стонет, отпуская себя во время страсти.

Венера.

Ты не отпускаешь меня ни на миг.

Электроника начинает истошно орать, предупреждая пилотов.

– В чем дело? – рычит Илайя.

Но вопрос лишний, потому что я тоже поднимаюсь, и мне отлично виден экран радара, на котором к нашим вертушкам на огромной скорости приближается какой-то объект.

Боеголовка! Откуда?!

Она врезается в соседний вертолет, он вспыхивает красным заревом и разваливается на части прямо в воздухе, ударяя по нашей вертушке взрывной волной. Мне приходится ухватиться за перекладину, чтобы устоять на ногах. И это при моей координации. Нас сносит в сторону, вертолет теряет высоту, а на радаре появляется новая «гостья».

– Выпустили вторую!

– Уходи! – приказывает Илайя, в его голосе больше нет властной уверенности, а вот паники хоть отбавляй.

– Снижайся, – перехватываю командование я. – К воде. Эвакуируемся.

Ракета самонаводящаяся, так что у вертолета нет шансов, но вот у нас есть.

Один к десяти.

Вертолет успевает развернуться, а несколько вервольфов покинуть салон. Я слежу за тем, чтобы мои выпрыгнули, и только затем прыгаю сам. Удар по металлу выносит меня, а тело опаляет жар взорвавшейся ракеты. Жар и боль, которая будто пронзает меня насквозь, вспыхивает во мне. Я словно сам плавлюсь и разваливаюсь на куски.

И лечу вниз.

Венера

Прошло два дня, а Рамон не вернулся.

Я понимала, что эти «пара дней» могли растянуться: неизвестно куда увезли Мишель, неизвестно сколько понадобится времени, чтобы вернуть ее назад, чтобы во всем разобраться. Я все это понимала. Но вот эта неизвестность все равно тревожила.

У меня не было телефона. За недели на острове я отвыкла им пользоваться, а с Рамоном мы не успели обсудить, как будем связываться друг с другом. Он просто пообещал вернуться как можно скорее. Да и что бы я делала? Названивала ему каждый час в стиле ревнивой супруги? Точно нет. Но хотя бы одного звонка мне бы хватило. Наверное.

Поэтому на следующее утро я отправилась к Микаэлю и попросила одолжить мне телефон и ноутбук. Какими бы ни были отношения братьев, через час мне доставили новенькую технику: смартфон последней модели и ультратонкий планшет с клавиатурой.

– Только если ты собралась звонить Рамону, – предупредил меня альфа, – то у него до сих пор выключен телефон. И он не связывался со мной.

Я и сама проверила, когда осталась одна. Рамон был занят, и мне стоило тоже занять все свое время. Например, вилемейским.

К счастью, здесь мое передвижение ограничивалось лишь обширной территорией стаи, хотя единственный раз, когда я решила выбраться на прогулку, меня сопровождал Хавьер и еще пятеро вервольфов. А так я или ходила к доктору Суразе, или встречалась с Альваро. Правда, «встречалась» это не то слово: я набросилась на изучение языка с таким рвением, что, как шутил парень, должна была успеть выучить его до возвращения Рамона.

После доставки планшета мне захотелось позвонить Чарли, но я понимала, что если наберу подругу, то не выдержу и расскажу ей обо всем, что происходит. Зная Чарли, она станет волноваться вместе со мной, а я накручу себя еще больше. Накручивать себя – последнее, чего бы мне хотелось. Особенно после того, как однажды решила отдохнуть после обеда, а проснулась от того, что сердце бешено бьется, будто собирается сгореть и осыпаться пеплом. Меня тогда окутал дикий страх за Рамона, за свою пару. Но я убедила себя, что просто перенервничала. Просто волнуюсь за него. Как-то себя успокоила.

Я понимала, что нужно просто ждать.

Дворец был настолько огромным, что я ни с кем из новых родственников просто не сталкивалась. Зато они предпринимали попытки со мной пообщаться. В первый вечер пригласили на ужин, но я отказалась, сославшись на усталость. Ни капли не солгала, к тому же, не желала никого видеть. Приходилось привыкать к новому дому и к новой комнате, которая была достойна улучшенного номера в Кингстоне, с собственной ванной и с видом на озеро и парк.

Второе приглашение я получила на бранч, его передала мне горничная. Отказываться снова было, по меньшей мере, невежливо. В конце концов, эта стая помогла Рамону и приютила меня, поэтому я привела себя в порядок, выбрала бежевый костюм от Лолы Дюбор и черные лодочки и отправилась знакомиться с родственниками. Как оказалось, с выбором наряда я не ошиблась: ждавшая меня в роскошной столовой, больше подходящей для званых обедов, мать Рамона выглядела безукоризненно. Прическа, макияж, платье от-кутюр. Альфы и первой волчицы пока не наблюдалось, но я не видела Сиенну с тех пор, как она провела мне небольшую экскурсию, рассказав, где моя спальня, где медицинские кабинеты, а где выход в парк, и как вызвать прислугу через коммуникатор.

Несмотря на весь свой образ королевы, волчица поднялась и раскрыла мне объятия. Очень личный жест для вервольфов, которые не терпят чужих запахов на своей коже, поэтому я просто протянула ей руку.

– Венера.

Волчица слегка поджала губы, но потом улыбнулась и пожала мне руку.

– Анжелина. Мама Рамона и Микаэля, и дважды бабушка. А скоро буду трижды! Я счастливица!

Она с намеком посмотрела на мой живот. Казалось, она настолько рада будущей внучке, что я не сдержала улыбки.

– Вы счастливы?

– Конечно. Я так хотела, чтобы мой мальчик обрел семью, и вот ты здесь.

Я не стала уточнять: если бы не обстоятельства, меня бы здесь не было, да это и не нужно было.

– Расскажи о себе, пожалуйста. Или давай начну я, чтобы тебе не было неловко…

Если в самом начале Анжелина напоминала мне мою бывшую свекровь, мать Августа, холодную и расчетливую, то с каждой минутой я осознавала, что мать Рамона другая. Она действительно старалась меня расшевелить. Развеселить. Разговорами, шутками, задорным южным темпераментом. Что, кстати, неудивительно. У вервольфов особое отношение к беременным волчицам. И даже если она ревновала меня к сыну, как Сесиль, то любовь к внучке все перекрывала.

Все было хорошо, мне Анжелина даже понравилась, если бы она не начала убеждать меня остаться в стае до родов. Как-то слишком настойчиво. Навязчиво.

– Я полагаюсь на мнение Рамона, – ответила я.

– Ты можешь заставить его передумать. Ты его пара. Пара, которая носит ребенка.

Наверное, могу. Еще недавно я бы с уверенностью заявила, что мой истинный меня не послушает, но все так резко переменилось.

– Зачем вам это? – поинтересовалась я прямо.

– Чтобы Рамон остался с тобой, – Анжелина тоже решила не играть.

– То есть с вами.

– Ты умная волчица. Другую он бы не выбрал и не полюбил.

Полюбил.

Рамон не говорил мне этих слов, то, что он меня любит. Но он говорил, что не может меня отпустить. Не может отказаться от меня.

– Насколько я поняла, именно вы от него отказались. Прогнали его.

– Никто его не прогонял! – вспылила волчица и тут же извинилась: – Прости. Я не поддержала его желания стать верховным. Никто из стаи не поддержал. Мы сильно поссорились, и эта ссора между нами уже несколько лет. Но ты! С твоим появлением все переменилось. Если ты задержишься в стае, то и он останется с тобой.

Ага, теперь я и моя дочь вроде как средство налаживания родственных связей. Я покачала головой:

– Я могу передать ему, что вы хотите помириться. Но где нам оставаться, мы будем решать вместе.

С тех пор я «трижды бабушку» избегала и ждала возвращения истинного.

Который ко мне не торопился.

Предки, я бы сейчас даже появлению Мишель обрадовалась! Но вместо Рамона и рыжей к Микаэлю пожаловали другие гости.

Из моей спальни хорошо просматривалась подъездная дорожка и крыльцо парадного входа, поэтому, услышав шум автомобиля, я метнулась к окну. Белый лимузин точно не в стиле Рамона, возможно, по этой причине я пока не бежала вниз, перепрыгивая через ступеньки. И действительно, когда водитель открыл пассажирскую дверь, из машины появилась женщина в черном брючном костюме и темных очках. Платиновые волосы собраны в идеальный пучок, подтянутая фигура и грация хищницы. Не платиновые, дошло до меня, полностью седые, а этой волчице много лет. Она сняла очки и посмотрела прямо на меня, сверкнув глазами, в которых застыло расплавленное золото. Прятаться было странно, и я встретила ее взгляд. Ее губы изогнулись в усмешке, и волчица двинулась ко входу.