Марина Эльденберт – Лиарха (СИ) (страница 59)

— Не более двух часов.

— И ты говоришь мне это сейчас?! — уже не говорю — рычу я. Если с ней что-то сделали, я разнесу все это здание. От макушки до самого дна их подземелий!

— Что бы изменилось? — безразлично интересуется этот засранец. — С твоей агрессивностью ты бы все испортил. Теперь спускайтесь на лифте. Остался последний этап.

Одно дело бежать по длинным коридорам, совсем другое — ждать, пока лифт доставит нас на самый глубокий этаж Ведомства. Там, где камеры для допросов, попросту пыточные, и там, где по словам Родреса держат Вирну.

Всего несколько секунд, а будто целая вечность.

Не хочется думать, что я могу опоздать.

— Едх, быстрее! — спокойствие, не оставляющее его ни на мгновение, подводит Родди. Его голос задрожал, а следом дрогнула кабина лифта. Не просто дрогнула — подпрыгнула и застыла между последним и предпоследним этажом.

Раздался рев, скрип и звук ломающихся стен, будто какое-то громадное чудовище пыталось разворотить Подводное ведомство целиком.

— Родди! — прокричал я, но он не ответил. Свет погас и включилось красное, аварийное освещение.

Мы с Харом одновременно бросились к панели управления лифтом, друг нажал аварийную разблокировку, и дверцы медленно, со скрипом разъехались в сторону, чтобы показать нам темный, разрушенный, заваленный кусками стен и перекрытий и по колено затопленный прибывающей водой коридор.

Будто этого было мало, врубилась система охраны, и в нашу сторону пошли смертельные, ярко-оранжевые линии лазерных лучей.

Лазеры прокатились от конца коридора, с шипением вспарывая воду, отскакивая от камней, и погасли перед раздвинутым проходом лифта, в который можно было протиснуться только по одному. Чтобы тут же вспыхнуть снова у дальней стены и повторить свой путь.

Кажется, мы с Харом выдохнули одновременно, потому что никого из нас не прельщало поджариться в подземельях Ведомства.

— Родрес! — повторил я. — Что с защитой, едх тебя на дно забери?

Это не помогло: мой наушник молчал. Хар попытался использовать свой, но результат был тот же.

— Сигнал потерян, — подтвердил мои худшие опасения друг. — Электроника сдохла. Наверное, из-за обвала. Не представляю, что здесь могло произойти.

Время утекало, а вода прибывала в коридор. Вода, которой здесь в принципе не должно быть.

— Откуда она?

У меня в голове будто вспыхнуло. Догадка. Надежда.

— Вирна! Это сделала Вирна.

— Что? — обычно невозмутимый Хар смотрел на меня во все глаза.

— Потом объясню, — пообещал я и тут же исправился: — Она сама объяснит. Вирна где-то там, Хар. Она жива!

По крайней мере, она была жива, когда слегка затопила Подводное ведомство.

Ты не могла выбрать другой момент, синеглазка? Я ведь почти спас тебя!

Лазерные лучи в очередной раз вспыхнули совсем близко, освещая коридор наши лица. Погасли, и через долю секунды продолжили свой танец.

— Сигнал потеряли не только мы, — отмечаю я. — Смотри, лучи все время идут по одной траектории.

— И отскакивают от камней, — кивает Хар.

— Очевидно, что стены сделаны из какого-то суперпрочного материала.

Я прислонил руку к кабине лифта и металл и камень отозвались на мою стихию. Сила въерха вспыхнула во мне.

— Нам нужно только пройти лучи и добежать до поворота.

Очень быстро, потому что отмеренные Родресом десять минут почти на исходе, а мы застряли здесь.

— Помнишь тренировки у Адмирала? — спрашиваю у друга.

— Такое забудешь!

— Никогда не думал, что мне это пригодится, но действуем так же. Представь, что это просто полоса препятствий. И если пройдем с первого раза, нас не заставят чистить туалеты.

И не отрежет руку или ногу?

— Тот камень и вот та глыба, а еще потолок, — указал я, и поинтересовался у Хара: — Готов?

Друг мрачно кивнул, а я смотрел теперь исключительно на лучи. Запоминая и считая про себя. Выверяя все до мельчайшего мгновения. То, как будем выбираться, мы единодушно решили не обсуждать.

— Раз! — скомандовал я, когда луч вспорол воду в валле от нас.

— Два! — ответил мне Хар.

Полвалла — и удар лазера в стену.

— Три! — одновременно.

Вспышка промелькнула возле наших лиц, погасла, погрузив коридор в темноту, и мы сорвались со своих мест. Я первым протиснулся сквозь заклинившие двери лифта, и побежал к ближайшему камню, считая шаги и минуты.

Лучи заскользили по коридору, будто подмигивая и обещая скорую и мучительную смерть, но после изматывающих тренировок Адмирала, я знал, что делаю. Сила ожила на ладонях, большой камень взлетел и защитил нас от луча, будто щит. Лазерная линия отбилась от стены и прошла стороной.

— Раз!

Упасть в воду. Прижаться к глыбе. Пропуская новый луч, вспоровший черные реки.

— Два! — почти прорычал я.

Поднырнуть под часть стены, защищаясь от удара.

— Три!

Вскочить. Вверх. Вверх.

Проползти по камням, почти задевая головой частично выживший потолок.

— Четыре!

Ухватиться за штыри арматур, в прорехе углядеть верхний коридор. Подтянуться, уходя от новой обжигающей нити.

— Пять!

Спрыгнуть с высоты в два валла в воду, надеясь не сломаться о какой-то камень.

— Бежим! — проорать, преодолеть расстояние до поворота в долю секунды и рухнуть с той стороны.

Сердце билось словно сумасшедшее, адреналин в крови зашкаливал, поэтому вынырнув, поднимаясь по стеночке, я не сразу почувствовал жжение на плече. В дыре куртки виднелся почти почерневший ожог.

— Ты как? — прохрипел Хар.

— Цел. Ерунда.

А вот то, что воды стало больше — совсем не ерунда. Как и практически обвалившийся верхний этаж. Лучей здесь не было, но были камни, огромные обломки стен, которые будто кто-то решил смять. Они почти заслонили от нас заклинившую наполовину приоткрытую дверь, и пришлось буквально раскапывать, расчищать себе путь.

Сначала с помощью силы въерха, а после, когда воды стало больше — с помощью обычной физической.

Осталось еще пара валлов, и в прорехе между камней я увидел комнату и девушку, прикованную к стене. Красные волосы падали на лицо, такого же цвета было пятно крови, расплывающееся на ее груди.

Вирна!

Все мое тело, всего меня прошибает болью, будто сердце насквозь пробил лазерный луч, или меня придавило огромной глыбой. Придавило, прижало, расплющило. Больше себя не контролируя, я с диким криком ударяю по камню, отправляя в него такой импульс силы, что последняя преграда между мной и Вирной просто осыпается крошкой.

Мэйс не шевелится, не вздрагивает, хотя мой удар по камню подобен землетрясению. Она просто висит на каких-то фиксаторах. Раненая. Даже при скудном аварийном освещение кровь на рубашке ни с чем не спутаешь. Во мне что—то умирает, оживая яростью. Я соскальзываю в воду. Здесь уже столько воды, что проще плыть, и я преодолеваю расстояние между нами в несколько широких гребков.

Только бы жива! Только бы Вирна была жива.