Марина Эльденберт – Черное пламя Раграна (страница 18)
Как сейчас.
Его ВИП-ложа располагалась по центру, на возвышении, именно поэтому отсюда было отлично видно, как Аврора выпорхнула на сцену. Не одна.
Он бросил взгляд на дисплей, закрепленный на столике: в программе значилась балетная миниатюра «Пламя и лед». Пламенем был мужчина, в огненно-черном костюме, а ледяной скульптурой — она. Застывшая хрупким изваянием на сцене, со вскинутыми вверх сплетенными руками. Вся в белом.
Дорогие девочки!
Завтра я праздную День Рождения, поэтому каким Бен увидет танец Авроры, мы узнаем уже в понедельник ;)
От всего сердца желаю вам чудесных и теплых выходных!
Глава 11
Мне казалось, все это давно безвозвратно утрачено, но сегодня я чувствовала себя именно так. Осознание того, что Лар остается со мной, что вся эта история с Каридом наконец-то осталась в прошлом, снова подарило мне ощущение легкости и невесомости. Я и по квартире-то целый день порхала, и по детской площадке, а потом — на разминке, перед выходом на сцену. Парные сцены всегда достаточно сложные, особенно когда партнеры временные и нет стопроцентного контакта (увы, в Грин Лодж у нас не было слаженных дуэтов), но сегодня меня не смущало даже это.
Я вышла на сцену счастливая и легкая, как перо, и так же застыла под сотнями взглядов. Да, Грин Лодж пользовался популярностью именно за счет своей «балетной» фишечки, поужинать и посмотреть балет — действительно, где еще такое возможно? Мне было не привыкать к пристальным взглядам, но сегодня со мной творилось нечто странное. Иначе как объяснить то, что я — с первыми аккордами музыки — просто вспыхнула от кончиков пальцев ног до корней волос.
Вспыхнула не от смущения, а от какого-то чувства, которое не могла объяснить — должно быть, от той самой легкости, вливающейся в меня живительным будоражащим пламенем. Мой партнер изображал пламя, а я лед, но сейчас в моих венах было достаточно огня, чтобы воспламенить не только сцену, но и весь зал.
Партнер шагнул ко мне — я отпрянула.
Легко. Невесомо.
Вскинула руки и закружилась, рассыпая искры-снежинки (или попросту декоративные блестки), до этого мгновения зажатые в ладонях. Взгляд невольно зацепился за темноту ВИП-ложи, скользнул по ней в движении, почему-то отразившись глухим и гулким ударом сердца, полыхнувшим огнем. Наверное, именно так выглядит ледяное пламя драконов Ферверна — как я выглядела сейчас.
Отступая.
Замирая.
Прогибаясь и уклоняясь от попыток партнера меня «растопить», чтобы затем взмыть в небо собственной ледяной силой, и снова опуститься на землю, покрывая ее холодом, отраженным в каждом движении. В каждом вздохе. В каждом взгляде.
— С ума сойти, — донеслось из зала.
«Огонь» снова шагнул ко мне.
Я — к нему.
Мы «столкнулись», неестественно-остро, словно ударившись друг о друга — как пламя может ударить в лед. Разошлись в кружении — на края сцены, застыли на миг, глядя друг на друга.
Один короткий выдох — и мы движемся снова.
Огонь по кромке сцены, я — внутри нее, словно запертая в этом огненном кольце и не представляющая, что делать дальше. «Языки» пламени словно становились все выше и выше, выше и выше, от всполохов освещения, помогающего нам в танце, что-то вспыхивало в груди. Снова и снова. Раз за разом.
Словно внутри меня замкнуло какой-то провод, и сейчас он искрил, ударяя своим напряжением по каждому нерву. Пульс тоже ускорялся, и я едва успевала ловить дыхание, в кружении, идущем по нарастающей.
Миг — и мне почти удалось вырваться за черту пламени, но в это мгновение Огонь метнулся ко мне. Я «не успела» отпрянуть, и он перехватил меня за талию. Рывком притянул к себе, и на этот раз мы закружились вместе. Пламени во мне в одно мгновение стало больше, я даже не успела понять, как это произошло — только что отдавала себе отчет в происходящем, и вот уже меня куда-то несет.
В дикий, какой-то звериный танец, где пульс в каждой клеточке тела, а каждая клеточка тела — как мини-костер. Рывок, взгляд — и я снова на свободе.
Расстояние вытянутой руки, и мы кружимся, не отпуская взгляда.
Вокруг нас кружится зал, а сверху осыпаются теперь уже огненные блестки, создающие ощущение, что мы танцуем в летящих от языков пламени всполохах, рассыпающихся обжигающими искрами.
Сближение — почти прикосновение пальцев — и снова назад.
Прыжок!
Кружение, кружение, кружение, от которого сердце заходится в безумном ритме.
Прикосновение: ладонь Огня ложится на мою талию, а дальше попытка вырваться заканчивается новым взлетом, в которым он подхватывает меня над сценой. В этот момент мир действительно переворачивается, и когда я «лечу» я почему-то снова прикипаю взглядом к ВИП-ложе, которая словно магнитом затягивает мой взгляд, меня — все глубже, глубже, глубже, словно кто-то скользит по моему телу огненными лентами — даже не по телу, а над, в каких-то миллиметрах, заставляя кожу покрываться мурашками в ожидании обжигающего прикосновения.
Это длится мгновение: и вот я уже снова стою, а после мы с Огнем кружимся вместе.
Все быстрее, быстрее, быстрее — рука к руке, пока не взлетаем уже вместе, а после, едва коснувшись носками сцены, я откидываюсь на него и замираю. В тот самый момент, когда затихает последний всплеск музыки, а его руки крест-накрест ложатся на мои бедра.
Короткая тишина взрывается аплодисментами, мы с партнером расходимся, чтобы поклониться, потом снова сходимся, держимся за руки. Люди даже поднимаются из-за столиков, они хлопают так, что, кажется, я сейчас оглохну. На моей памяти вообще никогда нас так долго не «не отпускали», это действительно больше похоже на балет, то есть на тот балет, который на большой сцене, о котором я всегда мечтала.
— Огонь!
— Это было просто волшебно!
— Шикарно!
Из зала летят комплименты от гостей, а я почему-то снова цепляюсь взглядом за ВИП-ложу. Их в Грин Лодж несколько, по умолчанию они закрыты стеклами, которые можно опустить. При желании, разумеется, музыка «транслируется» в ложу так же, как если бы ее посетители находились в зале, можно даже регулировать громкость и интенсивность, но большинство гостей все равно предпочитают опускать стекла, чтобы погрузиться в атмосферу. Сегодня — исключение именно та ложа, с которой у меня странный неконтакт, или, наоборот, контакт?
Я отрываю от нее взгляд так резко, как если бы для этого реально пришлось разорвать некое прикосновение. К счастью, публика нас все-таки отпускает, и мы уходим.
— Это было мощно, — говорит мне уже в коридоре мой партнер Пейт, он же «Огонь». — Надо будет как-нибудь повторить.
— Надо будет, — соглашаюсь я. Ныряю в свою гримерную, по совместительству раздевалку и комнату отдыха. Голова все еще слегка кружится, я пытаюсь собраться с мыслями, но в крови продолжает бурлить огонь. После выступлений обычно много адреналина, но сегодня что-то с избытком, я бы сказала, это даже перебор.
Потому что, будучи абсолютно трезвой я чувствую себя как после пузырьков веоланского. Еще больше я становлюсь «пузыристой», когда мне начинают стучать в двери — привозят цветы от гостей ресторана, которые они заказали вот прямо сейчас!
Сказать, что я в шоке — значит, ничего не сказать, то есть мне привозили букеты раньше, но в таком количестве никогда. Никогда до этого дня, хотя я и сама чувствую, что мое выступление в этот раз было вообще другим. Я всегда танцевала искренне, но сегодня словно раскрылась на полную, и это «на полную» до сих пор покалывает искрами пальцы и меня всю.
К счастью, сегодня выступление у меня одно, и, к тому моменту, как я заканчиваю переодеваться, в дверь снова стучат. Я уже мысленно прикидываю, как мне тащить такое количество цветов и куда их ставить — при учете того, что в моем ведре бессовестно прописался букет от неизвестного дарителя, но, когда открываю дверь, за ней не цветы.
За ней вальцгарды.
И один из них говорит:
— Риам Этроу, вы поедете с нами.
Дорогие читатели!
Я прочитала ваши чудесные слова-пожелания (и даже поздравления в стихах!), и хочу сказать, что я безмерно тронута!
Благодарю за ваши эмоции и за этот неиссякаемый поток солнечной радости и счастья, в котором я оказалась, читая ваши поздравления! ❤️
Также хочу сообщить, что на этой неделе на роман будет открыта подписка.
Чуть позже вывешу блог, где расскажу обо всем подробнее.
Всех люблю!
Глава 11.2
Можно ли отбиться от вальцгардов букетами? Это была первая мысль, которая пришла ко мне в голову — видимо, эйфория от танца все еще дурманила кровь. Вторая была уже гораздо более практичной: за мной пришел черный чешуйчатый дракон. Дождался, пока я отобьюсь от Карида, и пришел. Почему в моих мыслях вообще так много слова «отбиться»?
— Меня в чем-то обвиняют? — осведомилась я.