Марина Ефиминюк – Моя милая ужасная невеста (страница 41)
— Я и так знаю, о чем ты пришла поговорить, — резковато вымолвил Закари. — Слышал, что вы с Вэлларом поругались и его отстранили от тренировок. Варлок, я не собираюсь просить за твоего бывшего парня перед ректором. Исключено.
— Чего? — искренне удивилась я оригинальному предположению.
— Если от ревности он не способен держать себя в руках, то это только его проблемы.
Никогда не подозревала в Закари Торстене живое воображение, но — глядите-ка! — проклюнулось после тренировки по фехтованию.
— С ума сойти! — С фальшивым восхищением я покачала головой и даже изобразила беззвучные аплодисменты. — Ты настоящий прорицатель! Как догадался?
— Да о чем тут догадываться? — сердито проворчал он и, склонившись, подхватил со скамьи полотенце.
— Вообще-то, я хотела попросить тебя, как врага с привилегиями, в субботу съездить со мной на ночной рынок.
Закари замер с не донесенным до лица полотенцем.
— Ночной рынок?
— У Эмбер свидание, а мне надо кое-что прикупить.
Пунцовые, словно обветренные губы, тронула улыбка. Ледяной взгляд потеплел.
— Что мне за это будет? — В голосе появились знакомые мягкие интонации.
— Прелесть в том, что тебе за это совершенно ничего не будет! Я даже избавлю тебя от маминых гостинцев и лично выброшу. Что скажешь?
— Нет.
— Ты другие слова знаешь?
У Закари действительно не было ни одной причины, чтобы тащиться через три королевства на шумный рынок, открытый только по ночам, но я почувствовала себя обиженной.
— Проведем поединок? — Он вытащил со стойки рапиру и протянул мне: — Дотронься до меня хотя бы раз и я поеду.
В магических школах учеников заставляли изучать верховую езду, бальные танцы или фехтование. Я выбрала последнее, решив, что тыкать в людей рапирой или шпагой — неплохая идея, но к оружию прилагались силовые тренировки, отвратительные разминки и прочие спортивные пытки. Как вспомню, так вздрогну. С трудом дотянув до выпуска, я получила в диплом честно вымученное «очень плохо» и поблагодарила светлых демонов, что больше не надо бессильно тыкаться носом в пол во время отжиманий.
— Ты обязан мне поддаваться, я не держала рапиру со средней школы, — ворчливо предупредила я, забирая клинок.
— Ты можешь пользоваться светлой магией, — предложил он.
— За светлую магию меня отчислят.
— А мы ничего не расскажем декану, — заговорщицки подмигнул Закари.
Следить за нашим шуточным поединком собрался весь зал. Парни остановили тренировку и заборчиком выстроились с двух сторон от дорожки. Я смотрела на Торстена через маску с мелкой сеткой, шумно дышала и прикидывала, как до него дотронуться.
— Начали! — скомандовал парень, назначенный судьей.
Некоторые знания из головы не выбивались даже со временем. Подчиняясь приказу, я мгновенно встала в начальную стойку, согнула колени и вытянула рапиру. Почему-то раньше она не казалась такой тяжелой.
Торстен дразнил меня: стоял полностью открытый, словно предлагая выбрать место, куда ткнуть острием. Хочешь в грудь, хочешь в плечо. Бог мой, да хоть в шикарный пресс, скрытый защитной формой!
Я сделала первый выпад, и Закари с легкостью отвел удар. Некоторое время, словно желая меня загонять до темноты в глазах, он отбивал каждую жиденькую атаку. В конечном итоге рапиры скрестились и эффектно вспыхнули. Даже через перчатку рукоять кололась агрессивной боевой магией.
Торстен ловко сжал пальцами конец своего горящего клинка, проворно развернулся и острие его оружия, прикрытое колпачком, практически прикоснулось к моей шее. Недолго думая, я уперлась перчаткой в его крепкий торс.
— Проиграл, Торстен, — тихо проговорила ему и по-свойски похлопала его по груди. — Я до тебя дотронулась.
— Ведьма, — хмыкнул он.
— Знаю.
Мы расцепились и стянули маски. Знакомым жестом Закари убрал с лица волосы и кивнул, с трудом пряча улыбку:
— Будьте готовы к семи.
Народ разошелся по залу.
— А если бы я не победила, поехал бы? — полюбопытствовала я.
— Конечно, — невозмутимо отозвался Торстен.
— Тогда какого демона ты заставил меня скакать по залу? У меня сердце стучит в горле!
— Скучно было, — нахально заявил он и отправился в раздевалку.
Понятия не имею, как мне хватило силы воли не огреть его светлым заклятьем, раз никто не заложит декану. Или хотя бы не швырнуть вдогонку защитный шлем.
На следующее утро наши с Айком портреты появились на доске позора. Академия ушла в глубокий траур, ведь перед выездной турнирной игрой команда осталась без лучшего нападающего. Мы проиграли с разгромным счетом.
Всю субботу Эмбер готовилась к свиданию: обновила синий цвет волос, выбрала платье. К семи часам вечера, когда к нам постучался Закари, мы были полностью готовы к авантюре.
Переместиться на ночной рынок из Деймрана было невозможно. Пришлось отправиться на академическом дилижансе в соседний городок и выстоять длинную очередь в портальные ворота. Эмбер страшно нервничала и постоянно проверяла то карманные часы, то сообщения от светлого Генри в почтовике. Когда мы уже стояли в воротах, она посмотрела на нас с Закари прямым, серьезным взглядом и вдруг объявила:
— Я вообще не помню, как он выглядит.
— Значит, будет свидание вслепую, — хмыкнул Торстен.
Секундой позже портал перекинул нас через три королевства, и каркающий голос за пределами кабинки завопил:
— Торопитесь выйти!
— Местный колорит, — хмыкнул Закари и придержал для нас с Эмбер дверь.
Зал портальной башни походил на гудящий улей. Всем раздавали схемы ночного рынка, напечатанные на желтоватых плотных листах. За проход требовали плату. Закари бросил в прорезь ящика три монеты. По очереди нам поставили метки в виде ключа на тыльную сторону кисти и выпустили на главную площадь ночного рынка. Именно отсюда, из этого сверкающего огнями, кричащего голосами зазывал, наполненного запахами уличной еды перекрестья, в разные стороны разбегались узкие торговые переулки.
— Где вы договорились встретиться? — спросила я у Эмбер.
— На главной площади возле ателье, — ответила она, растерянно оглядываясь вокруг. — Генри сказал, что будет в зеленом шарфе.
Возле двухэтажного здания портняжной мастерской с говорящей вывеской «Нитка и иголка» обнаружились трое молодых мужчин. Они кого-то дожидались и смотрели в разные стороны, чтобы не пялиться друг на друга. Один жевал пирожок, другой что-то прихлебывал из термоса, последний просто строил независимый и суровый вид. Все трое блондины в зеленых шарфах.
— Какой из них твой? — спросила я у Эмбер.
Та с сомнением присмотрелась к кандидатам в светлые Генри, поморщила нос и призналась:
— Надо бы подойти поближе.
И только она дернулась, как налетела на парня.
— Извините! — хором промычали они, недоверчиво присмотрелись друг к другу и в один голос удивленно воскликнули: — Генри? Эмбер?
— Смотри-ка, нашлись, — хмыкнул Закари мне над макушкой. — Думал, дело безнадежно.
Генри оказался высоким, худым блондином в расстегнутом нараспашку пальто, хотя погода не располагала, и с
Попытка познакомиться, не сходя с места, провалилась. Нас едва не затоптала толпа, да и перекричать зазывал оказалось задачей невыполнимой. Пришлось с честью отступить к стене одной из лавчонок и уже представляться. Естественно, Закари не удержался и, пожимая руку, с иронией протянул:
— Парень, мне нравится твой шарф.
После недолгих обсуждений мы решили пройтись по центральной аллее. Народу здесь было немало, и царила атмосфера праздничной ярмарки. Светились разноцветными магическими огнями окна закусочных и питейных. Из открытых дверей игровых лавчонок неслась музыка. Уличные торговцы с лотками, висящими на шее, за мелкие монетки наливали в крошечные, чуть больше наперстка, рюмочки сладкие настойки. Я бы попробовать не решилась, но народ с удовольствием угощался.
Генри все время болтал и доверчиво делился, что всегда хотел познакомиться с темными, хотя, глядя на нас, никогда не скажешь, что мы из Деймрана. И тут же, указав на таверну, с восторгом рекомендовал местное крепленое вино.
— Ты хорошо здесь ориентируешься, — заметил Закари. — Часто приезжаешь?
— Раз в месяц точно, — охотно поделился чародей. — На выходных в Эсвольде скука смертная.
Внезапно Эмбер толкнула меня локтем в бок и проворчала: