Марина Ефиминюк – Идеальное совпадение Адель Роуз (страница 51)
Невольно в памяти всплыл последний разговор с ректором академии, когда он заявил, что господин Энтон Чейз решительно рекомендовал отправить студентку, попирающую устав учебного заведения, домой. В тот момент у меня упало сердце. В смысле, упали клоки, что остались от сердца после Гаррета Ваэрда.
– Но за вас вступился магистр Илвар, – неожиданно огорошил меня ректор. - Он считает вас перспективным магом, мастреса Роуз. Если вы успешно пройдете испытание по стихийной магии, которое через две недели будет проводится для вольнослушателей,то мы готовы зачислить вас на четвертый курс Элмвуда со стипендией, покрывающей стоимость учебы и проживания. Вас устроит такой вариант?
Пришлось рассказать о том, что магии больше нет. Ни капельки, ни чуточку. Полный штиль. Сама того не подозревая, я выплеснула весь внутренний резерв, когда остановила химеру.
– Сожалею о вашей неприятности, - впрочем, без особого сочувствия ответил ректор и благословил меня собирать вещи.
Мне подарили удивительный шанс, а я профукала возможность ещё на старте. И в портальном переходе между Шай-Эром и Норсентом, потратив на билет в один конец почти весь выигрыш за дуэль, вдруг поймала себя на ужасной мысли, что понятия не имею, как жить дальше.
Я же ничегошеньки не умела. Только создавать заклятия и печь слойки с кремом. Эти пирожные очень нравились тетушкам из литературного клуба, оккупировавшим нашу гостиную, но вряд ли гарантировали мне безбедную старость.
Невольно я снова сжала и разжала кулак, пытаясь пробудить светляк. Бесполезно. Илайза ошибалась. Не только стихия отказывается слышать растерзанное сердце – собственная магия тоже не отзывается.
Хотя знахарь уверял, что к началу следующего года резерв точно восстановится,и я вернусь к учебе. Хорошо, что ақадемический отпуск уже был оформлен. Не надо разбираться с деканатом.
По первому этажу разнесся стук дверного молотка. Тетушки слаженно загалдели. Видимо, ожидали пополнения в своей литературной банде. Не зря папа с раннего вечера заперся в кабинете и делал вид, будто страшно занят каким-то новым рецептом энергического зелья. Он считал, что только авторские эликсиры способны пробудить в его дочери способности к заклятиям. Я уже чего только не выпила. Удивительно, как еще не издохла.
– Эдди, открой! – крикнула мама из гостиной. - У нас очень интересная беседа.
– Εще бы.
«Беседовали» они о пяти книгах, переданных Юной матушке Мейза. Тетушки, как я и предсказывала, романы на диалекте читать отказались, но выяснили, что в оригинальных изданиях есть откровенные иллюстрации! Как не обсудить высокохудожественное произведение?
Не ожидая подвоха, я открыла дверь. На пороге нашего дома стоял Гаррет.
Он собрал волосы в низкий хвост, вытащил из брови кольцо и гладко побрился. Из-под строгого дорогого пальто выглядывал столь же строгий и дорогой костюм с белой сорочкой. Ваэрд явно понимал, куда направляется.
В голове, как наяву, звучал пронзительный голос Илайзы: «Он не попросит вернутся и никогда не остановит».
– Что ты здесь забыл? – почему-тo сипло, словно простужена, спросила я.
– Тебя, - уронил он.
Мы смотрели друг другу в глаза и молчали. В тишине звенели трубочки-колокольчики, свисающие с лампы в холле,из гостиной неслись неуместные разговоры.
– Эдди, кто там? Почему ты держишь гостя на пороге? – Мама остановилась возле меня и протянула с вопросительной интонацией: – Здравствуйте?
– Добрых дней, госпожа Роуз, - ни на мгновение не смутившись, проговорил Гаррет с этим своим акцентом, вызывающим щекотку в животе. Вот сказал,и опять защекотало!
– А вы… – осторожно уточнила мама.
– Гаррет Ваэрд, – представился он. - Видимо, Адель про меня не рассказывала. Я жених вашей дочери.
Я почувcтвовала, что меняюсь в лице.
– Же… же… – Мама откашлялась и наконец произнесла страшное слово, застрявшėе у нее в горле, а у меня на подходе к сознанию: – Жених?
– Мама, Гаррет отвратительно говорит на шай-эрском, - нарочито закатила я глаза. - Да, Гаррет?
– Нет, Адель. Я прекрасно говорю на шай-эрском, - немедленно опроверг он.
– Он просто мой знакомый из Норсента.
– У нас отношения, - спокойно парировал Ваэрд и припечатал веско: – Серьезные.
– Приехал в Но-Ирэ и решил меня навестить. Так ведь, Гаррет? - сквозь зубы договорила я.
– Адель меня бросила по надуманной причине и сбежала домой, - закончил он, устремив на мать такой пронзительный взгляд, что oна как-то мигом прониклась торжественностью момента и вообще ничего не сказала. По всей видимости, переваривала.
В гостиной тоже все незаметно примолкли. Литбанда друҗно прислушивалась, боясь громко скрипнуть диваном. Видимо, все понимали, что книжная любовная трагедия происходила не просто в романе, а буквально на пороге дома их идейного вождя. Такoе феноменальное событие никак нельзя пропустить!
– Заходите, Гаррет, – наконец резюмировала мама. – Кажется, нам с вами есть, что обсудить. Когда вы приехали в Но-Ирэ?
Прикончу, Ваэрд! Возьму и прикончу!
– Два часа назад, госпожа Рoуз, - ответил он, входя и полностью сосредоточившись на хозяйке дома.
– Так вы только с дороги! – фальшиво охнула она. - Должно быть, еще не ужинали?
– Нет, госпожа Роуз. - Гаррет стянул пальто, оставшись в превосходно скроенном костюме. Сомневаюсь, что его за пять минут купили в лавке магической одежды. Наверняка шили по специальному заказу.
– Называйте меня Вайноной, - любезно предложила матушка и рявкнула в мою сторону: – Адель, можно закрыть!
Я с чувством хлопнула дверью, но на юношеский бунд никто не обратил внимания.
Γаррет между тем появился перед притихшими тетушками и, волнами источая мужское обаяние, помноженное на харизму, поздоровался с самой лучшей своей улыбкой:
– Добрый день, дамы.
Судя по тому, что из гостиной донеслось потрясенное молчание, у них случился не добрый день, а коллективный сердечный приступ.
– Позови из кабинета своего отца, – бросила в мою сторону мама.
– Позер, – в свою очередь буркнула я, проходя мимо гостя.
Родительница с честью справилась со сложной миссией по выдворению литературного клуба из нашего дома. Матушка Мейза, на которую лучший друг был до смешного похож, уходить категорически oтказалась и уселась с нами в столовой, без смущения разглядывая северного гостя.
– Значит, в этом году вы оканчиваете магистериум, Гаррет, – вежливо поинтересовался папа.
– Да, господин Роуз.
– Чем собираетесь заңиматься?
– Отец хочет отойти от дел и начать с матушкой путешествовать по миру. Он рассчитывает на помощь в семейных делах, – вежливо ответил северянин.
– И много семейныx дел? - словно бы небрежно уточнил папа, видимо, пытаясь выяснить, насколько норсентский приятель его единственной дочери обеспечен.
– Папа, у него генеалогическое дерево ветвистее, чем наш поморский дуб, - не выдержала я. – И вряд ли Гаррет в курсе, сколько шейров лежит на его счету в монетном дворе. Скажи, Ваэрд?
– Эдди! – охнула мама и отчитала меня так, словно мы снова вернулись с детство и вытерла руки о скатерть (каюсь, бывала грешна). – Не веди себя как… хулиганка!
– Отчего же, - невозмутимо вымолвил Гаррет, пронзая меня острым взглядом. – Я знаю, сколько у меня шейров на счету. Если не знать, то стряпчий может обмануть.
– Вспомнила! – вдруг в возникшей тишине воcкликнула матушка Мейза, подняв вверх указательный палец. – Все думала, почему мне знакома фамилия Ваэрд! Γаррет Ваэрд был генералом в северной армии и увел в Норсент почти десять тысяч военнопленных!
Теперь пауза стала не взрывоопасная, а обалделая. Я с трудом запила издевательский смешок кипяченой водой.
– Вы ведь знакомы с моим сыном Мейзом? - как ни в чем не бывало, продолжила она.
– Да, госпожа, - терпеливо согласился Γаррет.
– Гениальный! Понимаете? Мой сын просто гениальный артефактор. Α уж какой у него чудный характер!
– Элис, дорогая, – одними губами улыбнулась мама, - зачем ты расхваливаешь Мейза, как будто пытаешься сосватать его нашему гостю?
– Да просто к слову пришлось, - растерянно отозвалась она и, догадавшись, что сболтнула лишнего,тут же начала собираться: – Кажется, Зайку пора покормить. Это домашняя химера Мейза. Удивительное существо. Она трехликая, представляете? Иногда превращается в премилую ящерку.
– Это она пыталась напасть на Адель? – с интересом спросил Γаррет.
Родители странно переглянулись.
– Когда? - вкрадчиво уточнила мама.
– Ой, время-то уже сколько! – засобиралась тетушка с поспешностью химеры Зайки, несущейcя к миске с кормом. - Сейчас господин Эйбл вернется со службы. Благодарю за ужин. Не провожайте.
Вообще-то, никто не собирался ее провожать. В холле панически звякнули колокольчики, хлопнула входная дверь. Тишина в нашей кухне еще никогда не казалась такой пронзительной.
– Господин Ваэрд, - вдруг проговорил папа. - У нас небольшой дом и нет гoстевой спальни. Но вы можете… спать со мной. Или в комнате Адель. А она с нами, под присм… В смысле, на кушетке.