Марина Ефиминюк – Давай поспорим (страница 6)

– Андреас, ты меня перепутал с исповедником, – холодно произнесла я, намекая, что не к тому человеку он пришел жаловаться. – Если ты закончил плакаться, то пересядь. Из черного списка я тебя все равно не вычеркну…

Внезапно на стол перед артефактором лег поднос с чашкой черного кофе и десертом. Мы удивленно подняли головы. Возле нас с мрачной миной стоял Киран.

– Все в порядке? – тихо спросил он у меня.

– Андреас уже уходит, – кивнула я.

Тот нехорошо усмехнулся, поднялся со стула и похлопал Зейна по плечу:

– Увидимся, приятель.

Киран расстегнул пуговицы на пиджаке, устроился за столиком и подвинул в мою сторону стаканчик с многослойным десертом, купленным на платной стойке раздачи.

– Помощь голодающим? – хмыкнула я.

– Комплимент симпатичной девушке, сварившей мне зелье удачи, – парировал он и бросил на меня веселый взгляд. – Сегодня съедобные только десерты.

– Не рискуешь пробовать кулинарные шедевры первого курса? – подколола я, намекнув на более чем скромный обед из одной чашки кофе. – Совсем не азартный?

– А ты, вижу, азартная, – хмыкнул он и, облокотившись о стол, подвинулся в мою сторону.

– Что? – насторожилась я.

– Давай поспорим, Эда Амбер, – ни с того ни с сего предложил Киран.

Глава 3. Давай поспорим

Готова поспорить на что угодно: магбол придумали в огненных чертогах Хозяина бездны. Две команды агрессивных парней сходились на одной арене и устраивали магическое побоище за попадание мячом в щит противника. Вокруг все взрывалось и вспыхивало. Мяч превращался то в огненный шар, то в ледяную сферу. И кто-то кого-то постоянно мутузил. Я всегда выступала за тихие шахматы! На крайний случай, если хочется подвижных игр, то в оранжерее можно пошвыряться сорняками.

К слову, в прошлом июле я смотрела фермерский турнир по боям сорняками. Закончился он, правда, дракой, но начиналось-то все мирно! Зато никого не контузило. В смысле, никого из участников, а ведущему повезло меньше: ему прилетело борщевиком прямо в лицо… В общем, энергичная и вдохновляющая забава! После турнира я сварила зелье от ожогов соком ядовитых растений. Срок годности подходил к концу, а испытать в деле его никак не удавалось.

Однако моего скромного мнения Высшая магическая академия Иварии не разделяла. Магбол здесь обожали все, а игроков сборной носили на руках. И сейчас один из этих любителей профессионально начистить противнику защитный шлем сидел напротив и предлагал заключить пари.

– Очень интересно, но не очень понятно, – ответила я. – Зачем нам с тобой спорить? Пирожное ты мне уже отдал.

– Хочу выиграть у тебя свидание, – нахально улыбнулся он.

– Ну ясно… – протянула я и попыталась подняться.

– Подожди, Эда, – хохотнул Киран. – Уверен, тебя заинтересует моя ставка.

Я присела обратно, скрестила руки на груди и согласно кивнула:

– Предлагай.

– Если выиграешь ты, то получишь меня! – заявил Зейн и откинулся на спинку стула. – Я испытаю любое новое зелье и тщательно запишу все побочные эффекты.

Никогда еще жертва, в смысле, доброволец по собственному желанию, без применения силы и хитрости, не предлагал опробовать на себе эликсиры! Перед мысленным взором появился маленький ящичек с толком непроверенными зельями, стоящий на дне холодильного ларя. От внезапно возникших перспектив внутри знакомо засвербело.

– У тебя кровожадный взгляд, – заметил Киран. – Я предложил попробовать зелье, а не стать главным ингредиентом.

– И никаких претензий, – заявила я, указав в него пальцем.

– Пари есть пари, – уверенно согласился он.

– Ты будешь вести дневник наблюдений! – добавила я и тут же себя одернула.

Нельзя показывать заинтересованность! Если мне хочется доработать рецепт зелья веселья и не таскаться по этажам с видом маньяка в поисках случайного добровольца, следует изобразить равнодушие. Иначе Зейн опомнится и сбежит к своим приятелям в преподавательский кафетерий. Они всегда сидели на втором этаже и хохотали, как припадочные. И им даже никто замечаний не делал!

– Заинтересовалась? – с широкой улыбкой уточнил Киран.

Я состроила скучающую мину и протянула:

– Ставка неплохая. И о чем мы спорим?

– В субботу пройдет матч по магболу. Играют некроманты и боевики. Ты за кого болеешь?

– Кхм… – С нарочито растерянным видом я принялась ложечкой ковырять суфле в стаканчике с десертом.

– Ты ведь ходишь на турниры? – недоверчиво уточнил он.

– Однажды я ходила на турнир по боям сорняками, – призналась я. – Считается? Очень популярный вид спорта у фермеров.

Возникла неловкая пауза. Внезапно у Кирана вырвался громкий смешок. Секундой позже он прикрыл лицо ладонями и начал хохотать.

– Извини. – Он выдохнул.

– Своим издевательским смехом ты оскорбляешь фермеров. Если на факультете ботаники узнают, то переметнутся к фанатам… – Я отыскала взглядом холеного блондина в дорогущем сером пиджаке факультета некромантии, вечно ходящего с такой миной, словно вокруг одни кретины. – Дерейка Стафшера.

– А ты неплохо знаешь игроков в магбол, – еще больше развеселился Киран.

– Он покупал у меня зелья, – закатила я глаза.

– Ладно, выбери команду, за которую будешь болеть, – предложил Зейн. – Если она выиграет, то я полностью в твоем распоряжении. Проиграет – ты соглашаешься на свидание.

– Боевики, – решила я. – У них парни покрепче.

– Принимается!

С широкой улыбкой он протянул руку над столом.

– Вид у тебя подозрительный, – не торопясь скрепить пари благородным рукопожатием, недоверчиво сощурилась я. – Считаешь, у некромантов больше шансов?

– Не больше, чем у боевиков, – уверил Киран. – Но ты еще можешь передумать.

И снова он подозрительно улыбнулся, как будто что-то замышлял. Я решила, что никогда не доверяла парням в серых одеждах, умеющим воскрешать зомби, и начинать в такой ответственный момент не планировала. Мы скрепили наш спор рукопожатием.

В течение недели Киран не появлялся, но и забыть о пари не позволял. Во вторник на ручке двери в общежитии меня дожидалась матерчатая сумка. В ней лежала сохраняющая тепло артефактная кружка черного цвета и со скрещенным оружием боевиков на плотной крышке. Никакой записки в сумке не было, но дурак бы понял, что Киран Зейн решил подарить мне набор болельщика.

В среду появилась другая сумка из службы доставки академии с фанатской черной футболкой размером на крупного парня. На груди была вышита эмблема боевого факультета, а на спине – крупный номер «99» и имя «Колдер Найт». В общем, меня записали в фанаты полузащитника «Непобедимых драконов».

– Да ладно… – недоверчиво пробормотала я.

Днем позже на ручке висела очередная матерчатая торба. На этот раз с эмблемой платной прачечной в виде ведерка с летящими в разные стороны жизнерадостными пузырями, словно в самом ведерке случился мыльный взрыв. В сумке лежала форма болельщицы из команды поддержки, короткая юбка и цветастый топ.

Задохнувшись от возмущения, я швырнула одежду на кровать и выхватила из учебной сумки планшет. Хотела написать Зейну, чтобы он сам нарядился в коротенькую юбчонку: достала стилус, расчехлила язвительность, придумала парочку едких фраз, не содержащих названия растений или зелий… и поняла, что магадрес планшета Кирана я попросту не спросила. Без этого ценного знания ни одного сообщения не отправишь.

Значит, придется ему выслушать претензии лично!

Скомканная форма была засунута обратно в сумку. Я натянула куртку и направилась в спорткомплекс, в котором во второй половине дня всегда шли тренировки по магболу. На улице царили грязноватые сумерки, в конце ноября наступающие сразу после обеда. Первые сугробы были низкими, возле стволов деревьев еще темнели проплешины с опавшей листвой, но землю по большей части покрывало снежное одеяло и ощущался приход зимы.

На развилке дорожек стоял столб с деревянными указателями. Одна стрелка направляла в сторону спорткомплекса, другая – на учебное кладбище. Каждый сентябрь старшие курсы подшучивали над новичками и переставляли указатели. Народ косяками несся прямиком на кладбище… Встречался там с местной нечистью, знакомился с жителями склепов. Особенно впечатлительных сразу от кладбищенских могилок приятели оттаскивали в лечебницу на откуп целителям-практикантам.

На арену с восходящими трибунами для болельщиков и зрителей я вошла в самый разгар тренировки. Обычно поле представляло собой опасную полосу препятствий: грунт проваливался вместе с игроками, вылезали из-под земли зыбучие пески, вырастали каменные стены. Каждое препятствие мешало игроку добраться с мячом до щита противника и забить победное очко.

Сегодня игровое поле, закрытое гасящим магию куполом, представляло собой ровную прямоугольную площадку с газоном. Игроки перебрасывались мячами, менявшими внешний вид в зависимости от преобладавшей в спортсмене магии. На краю арены занимались акробатикой девушки из группы поддержки.

Встав у кромки поля, я стала высматривать среди парней Кирана, но не нашла. Возможно, он пропустил тренировку или просто успел спрятаться в раздевалке. Какое коварство! Ведь я по снегу и холоду добиралась до арены, чтобы высказать, на какую часть тела ему следует натянуть короткую юбчонку.

Пришлось идти к девчонкам из группы поддержки. Они знают об игроках побольше остальных (даже то, что знать не следует) и наверняка укажут, в какой стороне искать Зейна. Пирамида из болельщиц распалась в разные стороны. Девушкам дали короткий перерыв.