Марина Даркевич – Осенняя молния (страница 35)
Подобного с ней не проделывали ни разу. Родители ее были против любых телесных наказаний, а отец так просто приходил в ужас от самой мысли, что кто-то может поднять руку на девочку. Партнеры (включая даже и тех, немногочисленных «одноразовых») тоже не рассматривали порку в любом виде как сексуальный элемент. И только Сережа Кнехт, который и сам, по его словам, не мог до сего времени в полной мере раскрыть свои предпочтения, сейчас «наказывал» Ольгу… Может, даже и без кавычек.
«Вот, я перешла еще одну черту… Я стала «нижней», «сабочкой», как их там называют… И самое странное, это мне начинает нравиться…»
Несмотря на боль. Хотя Ольга стонала и кричала в голос, но пока даже и не думала о «желтом». Не говоря уже о «красном». Если бы она могла видеть себя сейчас со стороны, вернее, сзади, то, естественно, поразилась бы ярко-малиновым пятнам на ягодицах, по которым продолжал хлестать ракеткой Сергей. Но все равно, наступил тот момент, когда Точилова, слегка задыхаясь, произнесла «красный!» Кнехт немедленно прекратил экзекуцию, а Ольга, ощущая жгучее пламя от ударов, перевернулась на кровати, сползла на пол, подошла на коленях к Сергею, обняла его и произнесла «спасибо тебе, мой хозяин».
Смешно, но они оба все еще смущались и испытывали неловкость! Правда, у мужчины глаза уже горели. Да и член стоял, хотя и не в полной готовности; оба любовника знали, что сейчас они продолжат заниматься немного другими вещами, нежели обычный секс. Ольга тоже чувствовала возбуждение — наверное, от всего вместе: новизны, боли, унижения (хотя бы и наигранного). А может, и от обстановки: они зажгли десятка три красных свечей, подвесили над «сексодромом» красного же цвета простыни, ну и — чего греха таить! — распили бутылку вина (опять-таки красного), постепенно раздевая друг друга.
— Я достаточно тебя наказал? — спросил Сергей, помахивая ракеткой.
— Нет… Я очень плохо себя веду.
— Тогда встань… Да, лицом ко мне… Нет, не смей прикрываться руками! Сцепи руки за затылком… И не вздумай их опустить…
Ольга с готовностью выполнила приказание. Сердце ее стучало, несмотря на то, что она знала, что сейчас последует. Опять новое и непривычное… Увидев флоггер (только сегодня распакованный) в руках Сергея, Ольга ощутила знакомую теплоту, разливающуюся между ног. Да, это было именно то, что ей сейчас нужно… И неважно, что она никогда прежде даже не помышляла о том, что ей может понравиться подобное!
— Раздвинь ноги… Шире… Ты должна быть полностью беззащитной. И любой участок твоей кожи, любая часть твоего тела пусть будут готовы к тому, что сейчас последует… Ты ведь хочешь этого?
— Да, конечно…
— Не так!
— Да, хочу, мой хозяин! Пожалуйста, накажи меня… А-ай!
Сергей хлестнул Ольгу флоггером по бедру. Совсем несильно для начала. Он это делал впервые в жизни, но знал (в основном из соответствующих фильмов и форумов), как должна лежать в руке плетка, как правильно придерживать ее хвосты второй рукой непосредственно перед нанесением удара.
— Продолжай… Продолжай, пожалуйста!
Несмотря на то, что реплика прозвучала не вполне по сценарию (отсутствовало слово «хозяин»), Сергей с готовностью принялся охаживать Ольгу, каждый раз с удовольствием наблюдая, как вздрагивает ее тело после очередного контакта с плеткой… Он бил ее по плечам, животу, бедрам, ощущая, как все сильнее нарастает ее возбуждение, судя по тому, как она непроизвольно подается навстречу хлестким ударам… Вот и первый удар по груди. Ольга издала крик… Нет, даже не крик — это было словно вопль дикой рыси. Вопль дикого, животного вожделения. Кожа Ольги постепенно покрывалась малиновыми полосками, от чего чувствительность к новым ударам только повышалась. Сергей, несмотря на то, что был захвачен этой игрой полностью, все же контролировал себя. Он хотел довести Ольгу до экстаза, но боялся «перегнуть палку», притом и сам все сильнее возбуждался от зрелища изгибающегося под ударами женского тела и вскриков — то глухих, то звонких, то нежных.
И вскоре игра опять немного отошла от сценария — Ольга требовательно, даже грубо закричала: «Я больше не могу! Я хочу тебя! Слышишь! Прямо сейчас!»
Какой там «хозяин», куда там «плохо себя веду»!.. Впрочем, Кнехту и самому уже стало наплевать на узкие рамки игры. Он отбросил плетку, схватил Ольгу за плечи, повалил ее на кровать животом вниз…
Минут через десять Ольга, чье тело долго еще потряхивали легкие судороги, словно «афтершоки» после землетрясения, медленно перевернулась на спину.
— Боже мой, — пробормотала она, — я раньше думала, что такого в принципе быть не может…
— Просто ты самая страстная женщина на свете, — с восхищением произнес Сергей.
— Это ты заставил меня дойти до такого состояния, грубый самэц!
Любовники тихо засмеялись. Сергей обнял Ольгу, та слегка вскрикнула:
— У меня вся шкура полосатая, осторожно!
Но приникла к нему, пряча голову на груди Кнехта. Ей было хорошо, тепло и уютно с этим мужчиной, как, наверное, ни с кем до этого.
— Мы тут так расшумелись, — сказал вдруг Сергей. — Соседи полицию не вызовут?
— Не должны… Я, знаешь, иногда сама себя ласкаю, тоже бывает, заведусь. Квартира угловая, первый этаж. Сверху бабушка глухая живет, за стенкой вот этой — там другой подъезд, сдают посуточно. Иной раз такие оргии устраивают… А через коридор с ванной комнатой нас почти и не слышно.
— А ведь нам обоим это нравится…
— Да. Возможно, мы еще многое сможем придумать. Представляешь, Серж, мы же с тобой только в самом начале пути.
— Я даже подумать боюсь, до чего мы можем дойти, — усмехнулся Кнехт. — С такой безбашенностью.
— Это точно. А если учесть, что я бы тоже не отказалась побывать верхней…
— Ну, не знаю… — В голосе Сергея вдруг послышалась легкая сухость. — Я не уверен, что это мое…
— Я еще несколько дней назад вообще не была уверена, что меня заинтересует «тема». Но если так, то давай пока не будем об этом. Может, подумаем над сценарием следующей встречи?
— Я уже кое-что придумал…
— Правда?
— Точно. Вот увидишь, мало тебе не покажется.
— Ты меня пугаешь… Ладно, я люблю сюрпризы… Пойду-ка до душа…
Поднявшись с кровати, Ольга прошествовала в ванную комнату. Что-то ее встревожило, то ли в словах Сергея, то ли в его тоне. Включив чуть теплую воду и ополоснув все еще горящую кожу, Ольга вылезла из ванны на пол, не закрывая кранов, осторожно обсушилась полотенцем и сняла с полочки две металлические шпильки — придется рискнуть, как тогда в деревне. Ох, и неприятная же это штука — бытовое напряжение… Сумев приглушить непроизвольный крик и судорожно схватившись за край ванны, Ольга прислушалась… И ведь что-то почувствовала! Но доносившиеся до нее слова… нет, не слова даже, а какие-то «информационные единицы», были тихими, очень тихими и невнятными. Если это «звучал» Сергей, то странно, что она могла «слышать» через всю квартиру, да еще с той пластиной в черепе! Обрывки ментальных образов были странно неприятными, почти нечеловеческими — так мог бы думать крокодил, если бы каким-то чудом заполучил чуть более развитый мозг… Что-то непонятное происходило здесь, да и мысли разве она сейчас слышит? А если мысли, то Сережи ли?
— Как ты там? Скоро? — донесся голос Кнехта.
— Иду уже…
Ольга вернулась в комнату, где Сергей смотрел на нее влюбленными глазами. Он зажег несколько новых свечей, и при их свете выражение его лица Ольгу вряд ли могло обмануть. Она прислушалась к себе. В голове было тихо. Совсем тихо.
— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Сергей.
— Не знаю, — честно ответила Ольга, забираясь к нему на кровать и покрывая поцелуями его лицо. — Сержик, успокой меня пожалуйста… Скажи сам, что со мной все хорошо. Очень прошу тебя… Мой хозяин…
ТРИНАДЦАТЬ
«Здравствуйте! Я получил Ваше второе письмо. Большое Вам, Агнета, спасибо, за столь откровенное описание побочных эффектов, потому что они, во-первых, доказывают ряд моментов, изложенных в моем первом сообщении, во-вторых, опровергают догадки, которые не являются верными. И за то, что Вы рассказали о X-факторе. Я мог только догадываться, что им оказался близкий разряд молнии, заставивший Вас на какое-то время потерять сознание. Это уже само по себе удивительно, что Вам повезло выжить после воздействия тока чудовищной силы на Ваше тело, но подобные случаи уже имели место быть в мире, они подробно описаны, и зачастую после встречи с высокой энергией люди очень сильно меняются.
Что с Вами и произошло.
Теперь я постараюсь ответить на Ваши вопросы, касающиеся, в том числе, и Ваших деликатных особенностей. Для этого нужно перейти к той области знания, которая еще совсем недавно носила ярлык «антинаучной», поскольку не умещалась в рамки голого материализма и эмпирики (а сейчас ее опять пытаются сделать парией, но уже по иным причинам, хотя и сходным).
Ни одно действие человеческого организма не может быть совершено без затраты энергии. С самого момента зачатия энергия необходима для того, чтобы плод рос и развивался. С рождения и на протяжении всей жизни человеку энергия нужна буквально ДЛЯ ВСЕГО.
Ответственность за снабжение тела необходимым запасом энергии лежит на чем? — верно, все на том же гипоталамусе. Энергия, которую использует организм, не возникает из ниоткуда, и не может распределяться хаотично. Так вот, эта первичная энергия, заставляющая функционировать наши органы и железы — суть та самая неуловимая космическая сила, что является основой жизни и активности в нашей Вселенной.