Марина Дамич – Сводные. Осень на двоих (страница 6)

Меня передергивает. Это все, что нужно знать о Марселе Айдарове, чтобы никогда больше с ним не встречаться.

– Отец, я в Уфу вернулся. У меня травма колена. Играть больше не могу. Мне предложили здесь хороший контракт. Буду тренировать юношескую сборную по хоккею, – сообщаю ему обыденно.

– А что? Уже все? Карьера крутого спортсмена окончена? Думаешь, тренером много заработаешь? – ржет вместо сочувствия этот урод. Но я и не ждал этого от него.

Подумаешь, целям и мечтам пришел конец вместе с диагнозом, выданным мне врачом после автомобильной аварии. Другие хоккеисты чуть ли не до сорока пяти лет играют, а я… Вот так мне «повезло».

Мне крайне повезло, что на меня вышел майор Красин. У меня появились новые мечты и цели. И возможностей куча в придачу. Заодно смогу человеком стать, а не избалованным придурком, дорвавшимся до красивой жизни.

– Посмотрим, – пожимаю плечами.

– Ты всегда можешь присоединиться, сын. Мне же нужно кому-то передать свою империю.

Тоже мне, император нашелся! Повелитель барыг и шлюх!

Ублюдок! Как есть!

– Встретимся позже, когда траур снимешь, – киваю ему и ухожу.

– Жду на поминках! Снежану встретишь – скажи ей, что предложение в силе и я ее прощу за все.

Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Рано, Руслан! Потом отыграешься.

Глава 8. Снежана

Я просыпаюсь среди ночи в кромешной темноте и не сразу понимаю, где я нахожусь.

Так, я на кухне Руслана. В попытках разглядеть обстановку, цепляюсь за красный индикатор с часами на гарнитуре – три часа ночи.

Я выбираюсь из-под одеяла кое-как на ощупь, чуть не снеся на своем пути стул. Спотыкаюсь, но упрямо иду в поисках ванны и туалета.

Дверь на кухню почему-то оказалась закрыта. Распахнув ее, выхожу в коридор. Слышу странные звуки. Слишком ритмичные. Догадываюсь об их природе, но не может же Айдаров так поступить?!

Чем ближе я подхожу к спальне, тем отчетливее я слышу ритм глухих шлепков и стонов.

– О, да! Да! Руслан!

Женские вздохи и крики.

Движимая любопытством я тяну на себя слегка приоткрытую дверь в спальню.

Лучше бы я этого не видела!

Они оставили прикроватный свет, и потому я оцениваю, можно сказать, обстановку в деталях.

Девушка стоит… как эта поза называется? Раком? Повернута лицом ко мне. И я сразу же узнаю ее – та самая Кисонька. Выглядит не так прилично и красиво, как на фотках. Косметика по лицу размазана, глаза закрыты. Она явно где-то в прострации. Лоб нахмурен, брови сведены. Ей больно или приятно?

Руслан держит ее за бедра и волосы, активно вторгаясь в нее сзади. Я ничего не могу прочитать на его лице. Он отрешен от всего и просто… трахается со своей Кисонькой. А я… я идиотка! Смотрю на это и не могу сдвинуться с места.

Во мне кипит буря чувств от злости и обиды, будто Руслан предает меня прямо сейчас. Как он может, зная, что я дома, притащить в свою постель эту… эту… девку!

И в то же время я ловлю себя на мысли, что завидую ей. Что хочу оказаться на ее месте. Но ведь это грязно и я… и я…

Руслан открывает глаза. Я делаю рывок назад и прячусь за дверью.

Любовники останавливаются, а мое сердце яростно бьется о ребра, заглушая своей пульсацией все мои чувства.

– Что это? – спрашивает Руслан.

– Это просто сквозняк дверь открыл. Продолжай, умоляю, – выпрашивает Кисонька и Руслан, естественно, тут же исполняет ее просьбу…

Я крадусь на кухню под звуки их секса, с каждым разом все более страстного и, судя по горловому пению этой девки, все более глубокого.

Слезы катятся по щекам. Мне стыдно и горько. Как же я ненавижу их всех! Что отец, что сын! Никакой разницы! И если старший хотя бы не пытается строить из себя человека, то младший…

Я возвращаюсь на диван – место, выделенное, словно собаке… ну да, я же мокрая псина.

И пока он получает удовольствие с другой, я стараюсь заглушить эти ужасные звуки, накрыв голову подушкой.

Спустя время все затихает. Мои сердце и разум тоже находят какое-то холодное успокоение. Я понимаю, что идти мне некуда. И быть собакой на кухне Айдарова младшего, куда привлекательнее, чем шлюхой Айдарова старшего.

И кто сказал, что моя позиция вечна?

Я не буду унижаться, но покажу Руслану, что со мной так нельзя обращаться. Сделаю все, чтобы он пожалел, извинился и… он еще будет бегать за мной!

Наивно, наверное. Как я смогу завоевать этого избалованного парня? Я не обладаю красивой внешностью, я младше него на восемь лет. И в постели у меня совершенно нет опыта – на случай, если бы я потеряла стыд и решилась бы на покорение Айдарова в духе этой Кисоньки.

Нет, я не буду за ним бегать. Никогда!

Я объявляю войну тебе, Айдаров!

Пока я живу с тобой в одной квартире, ни одной намарафеченной курицы рядом с тобой не будет!

Жду утра. Выжидаю, как ниндзя в засаде. Слышу шорох шагов. Кто-то заходит в ванную судя по шуму льющейся воды. Я снова крадусь по стенке. Заглядываю одним глазом в спальню. Руслан лежит на спине в постели и спит, подложив руку под голову. Я залипаю на открывшейся мне картине. Белая простынь спущена до бедер, обнажив его великолепный торс. Каждая мышца прорисована под смуглой кожей. Мощная грудь медленно вздымается от размеренного дыхания. Его лицо во сне умиротворенное и… какой же он красивый!

Подбираю слюни.

Я что, буду спокойно стоять в сторонке, пока какая-то Кисонька хочет его прибрать к своим рукам?

Нетушки!

Прикрываю дверь в спальню и иду в ванную.

Курочка решила принять душ и причесать перышки.

Громко хлопаю дверью, и, естественно, за шторкой под душем раздается голосок:

– Залезай ко мне, милый.

– Хрен тебе, а не милый! – заявляю. Как я и ожидала, мое появление вызывает целую бурю чувств у Кисоньки. Она тут же выглядывает из-за шторы и таращит на меня свои глаза. Без косметики она, кстати, так себе. Обычная.

– А ты еще кто такая?

– А я здесь живу! С Русланом!

– Что?!

– Давай, вали отсюда! – ругаюсь на нее. – Совсем стыда нет! Женатых мужиков отбивает! Вот дура! Тебя поимели, а ты даже не поняла!

Я в футболке Руслана, и она это видит. У нее дрожат руки и губы.

– Дай полотенце, – просит меня. Я бросаю ей в лицо какое-то небольшое. Для рук, наверное.

– Шлюха! – выплескиваю в нее свой яд и выхожу с ванной.

Быстро бегу на кухню, собираю там постель. Радуюсь, что Руслан не сказал ей о моем присутствии в доме. Видимо, поэтому дверь на кухню закрыл. Закидываю одеяло и подушку во внутрь дивана в гостиной – уф, ну и тяжелый же, зараза. Собираю остатки пиццы со стола. Остальные коробки Руслан, кажется, убрал в холодильник.

Набираю в чайник воды и включаю. Сейчас еще и яичницу пожарю. Если есть молоко – то омлет. Мне везет в этом плане.

Дверь в ванной хлопает. Шоу начинается.

– Козел! – орет Кисонька на Айдарова.

– Лиза? Что случилось? – сквозь сон бормочет Руслан.

Разбиваю шесть яиц в миску и хорошенько взбиваю с молоком. Муки в этом доме, естественно нет, но и так получится. Помню, Руслану очень нравилась версия омлета от моей мамы.

– Ублюдок! Не стыдно? Давай, говорит, начнем все сначала! Ты как был бабником, так и остался! – заливается криком и слезами Кисонька. Начнем сначала? Бывшая его, что ли? Так, Айдаров! Что за дела? Зачем тебе она, если ты уже один раз с ней расстался? Тем более, ведь не любишь ее. Иначе бы не смотрел бы так на меня…