Марина Дамич – Русалка для прокурора (страница 3)

Его тяжелое тело вдавливает меня в мягкий гостиничный матрас.

Роскошь, от которой я отвыкла…

Иван освобождает меня от водолазки, а затем и от скромного бюстгальтера. Никаких кружев и предложений соблазна. Но этому мужчине плевать на мою оболочку. Он видит меня насквозь. Видит то, что сокрыто.

Знает, что я – чувствительный комок нервов, не способный разумно мыслить и защититься от его могущественных чар.

Что такое, Афина? Ведь шарахаешься от мужчин, прячешься на краю мира и под толщей воды. Сливаешься с толпой и бежишь от себя. Раз в месяц делаешь набеги, чтобы отдать часть заработанных денег на удовольствие просто вкусно поесть.

Ведь ты проклята. И любой мужчина, который свяжется с тобой, утонет, а ты будешь нести всю жизнь чувство вины с собой и боль, с которой невозможно справиться. И сколько бы тебя не защищали, ты все время оказываешься в мире, полном дерьма.

Но Иван после нескольких слов пробрался под кожу. Одним заинтересованным взглядом заставил поверить и…

И это все обман. Обман! Он завтра меня и не вспомнит.

Поэтому к черту свидания, привязанности и сердце, которое я разобью сама себе.

Он предлагает секс, и разве я могу отказать себе в удовольствии? На короткий миг. На мгновение. Пока мы не привыкли друг к другу.

Иван языком проводит по моим губам, раскрывает их и порочно проникает в мой рот. Его руки легонько мнут мою грудь, поигрывая с вершинками. Они взбудоражены с самого первого цепкого взгляда Ивана, когда я ела устрицы, а он попивал вино.

Теплая волна вспыхивает в моем теле и приливает ниже, в горячую точку удовольствия.

– Сейчас, Афина, сейчас, – успокаивающе шепчет мне Иван в раскрытый из-за вырвавшегося стона рот.

Его глубокий голос пробирает до мурашек, вспыхивающие импульсами на коже. Его бесстыдная рука расстегивает джинсы и пробирается внутрь, скользя под трусики, где уже давно все течет и горит от желания.

Он шипит, понимая, что долго готовить меня не нужно. Но не останавливается, поигрывая пальцами с моим клитором. Я пытаюсь сопротивляться, но он свободной рукой притягивает меня за затылок и в этот раз жестоко сминает мои губы, туманя мой разум.

Горячий влажный язык ласкает мой рот, повторяя движение пальцев на моей киске.

Я думала, будет лишь секс.

Мы получим удовольствие, снимем напряжение и разойдемся.

Но я попалась в лапы опасного хищника, который меня не отпустит, пока я полностью не отдам ему всю себя.

Этого ты хотела, Афина? Чтобы тебя поглотили, поработили твой разум? Пускай ненадолго, на мгновение, но сможешь убежать… от себя?

Иван тонко чувствует ритм дрожи моего тела, предательски отказывающегося подчиняться своей хозяйке.

Я дергаюсь и напрягаюсь от пронзившей меня насквозь эйфории. Еще чуть-чуть и я…

Натягиваюсь, как струна, замираю, молясь, чтобы Иван отпустил меня, или же, напротив, не останавливался.

– Какая ты мокрая и горячая, Афина, – оторвавшись от моих губ, восхищается Иван.

Не сразу понимаю, что руку с моей киски он тоже убрал.

Из моего горло вырывается возмущенный возглас. Сминаю простынь, надеясь, что не порву ее в ярости неутоленного желания.

Он наклоняется к моей груди и втягивает губами в свой рот мой острый сосок. И о… да… засасывает грудь, тараня языком особо чувствительное место. Отрывается, прикусывая. Отпускает. Накрывает ртом другое полушарие. Нет сомнений – мои джинсы уже мокрые насквозь. Меня подбрасывает на кровати от агонии.

Сжимаю бедра с силой и взрываюсь. Неистово дрожу, кончая без проникновения и стимуляции. Тьма мимолетно накрывает меня, возносит ввысь и шарахает в меня экстазом. Я кричу, не сдерживаясь. Рву пальцами волосы на затылке Ивана. Извиваюсь будто, меня из воды выбросили на сушу и не рассказали, как дышать.

Иван не дает мне опомниться и прийти в себя от внезапного взрыва.

– Шикарный оргазм, Афина. Но ты можешь лучше, я уверен.

Что он говорит? Зачем?

Но он стаскивает с меня джинсы. Я, плывущая где-то далеко, не сопротивляюсь, напротив, помогаю. Замечаю, как смотрит этот хищник на мое тело, пожирает взглядом. Он тяжело дышит. Вены на шее и лбу напряжены. Интересно, как там у него в брюках все устроено?

Иван высокий и сильный. Догадываюсь, что я не буду разочарована.

Он аккуратно стягивает с меня трусики, такие же простые, как лифчик. Я точно не секс-бомба, но в отражении его глаз я вижу себя великой соблазнительницей и грешницей, от которой зависит его жизнь.

И ведь это не так далеко от истины…

Глава 4. Афина

Мне не хочется быть в стороне. Не сейчас, когда впервые за столько времени, потаенную тьму моего желания разделяет со мной мужчина. Особенно такой необыкновенный экземпляр.

Приподнимаюсь на кровати, встаю на колени и дотягиваюсь до его свитера. Иван не помогает мне, напротив, все усложняет, упоительно целуя меня. С щемящей мою душу нежной страстью. Я не понимаю его. Он не такой, как другие и это… медленно убивает меня. Мне было бы намного проще, будь он грубым или жестким. Опрокинул бы меня на кровать, взял и ушел в ночи.

Но нет. Он претендует на совсем другую роль в этом короткометражном фильме. От этого больно. Хочется утонуть в нем, раскрыться, хотя бы на краткий миг, чтобы унести эти воспоминания за собой.

Отрываюсь от него, чтобы вдохнуть кислород.

– Давай я сам разденусь, – улыбаясь, предлагает Иван во время передышки.

– Я хочу потрогать, – протестую. В его глазах плещется огонь и дикая страсть. Но вопреки этому, он мягко отводит волосы с моего лица и легонько целует.

Затем снимает с себя свитер и футболку под ним.

И… о да… я знала, что не буду разочарована, но то, что я вижу, вызывает во мне первобытный голод. Каждая его мышца напряжена. В нужных местах. Идеального объема. Тело Ивана – выше всех моих ожиданий. Я скольжу пальцами по его горячей коже, натянутой поверх твердых мускулов, чуть зарываюсь в темной поросли на груди. Он дышит чаще и глубже, но позволяет мне насладиться моментом.

Я нащупываю глубокий шрам чуть ниже сердца, на ребрах, круглый, свежий, похожий на рану от пули.

– Откуда это? – вздрагиваю, будто сама переживаю боль, но Иван, конечно же, не отвечает.

Он снова завладевает моими губами, и, на этот раз, он вдоволь раскрывает свою властность. В его сильных руках я как игрушка. Он ласкает меня всюду и опрокидывает меня на кровать, не прекращая поцелуй. Иван не из тех, кто позволяет одерживать верх над ним.

Его пальцы вновь исследуют мое лоно, на этот раз проникают внутрь, подготавливая меня к чему-то более глубокому и горячему.

Наконец, и его терпению приходит конец. Он стаскивает с себя брюки, бряцая пряжкой ремня, следом отправляются и стильные боксеры.

Внезапно для самой себя я прикрываю глаза от смущения.

– Не бойся меня, Афина, – горячо шепчет, а я слышу звук разрываемой фольги.

Делаю над собой усилие и приподнимаюсь на локтях.

Открываю глаза. Наблюдаю, как он раскатывает презерватив по своему не маленькому, как я и ожидала, члену.

Возбуждение с новой силой охватывает меня.

Нестерпимо хочу его ощутить в себе.

– Это ты не бойся, – бойко отвечаю ему, вновь ловя удивление в его темном взгляде.

Он медленно ползет на меня, накрывая мое тело своим – горячим и сильным. Широкие плечи будто могут справиться со всем, что у меня происходит в жизни.

Но это все иллюзии. Он забудет меня на утро, а я сохраню эту ночь в воспоминаниях, не позволяя себе думать о продолжении.

Всего лишь секс, Афина.

Мы целуемся, как сумасшедшие. Сгораем или тонем – не понятно. Иван медленно и очень осторожно входит в меня, а я поддаюсь ему навстречу.

Он заполняет меня, задевая все нервные окончания. Его медлительность это пытка.

– Ива-а-ан, – выгибаясь, стону под ним, пока он покрывает влажными поцелуями мою шею и грудь.

Он двигается во мне, чуть ускоряясь. Наши тела скользят друг об друга, объединяя нас в древнем, как мир, танце.

В темноте ко мне приходят другие непрошеные образы и я, вдруг вскрикивая, толкаю Ивана. Требуя, чтобы он остановился.

– Афина? Тебе больно? – беспокоится он. Ну почему он такой? Слишком внимательный и горячий! Слишком…