Марина Чернышева – Третья Сила (страница 31)
— Ну, б…я-я, ох…ть! — только и смог я выдохнуть с чувством!
Я сын лорда по отцу и интеллигент в Бог весть каком поколении по матери, но иногда кроме «русского разговорного», никакой другой язык просто не идет на ум!
***
— Ну и что же это значит? Ты станешь мне подчиняться и не сможешь напасть ни при каких условиях? — спросил я фон Тирда, как только вообще смог произносить хоть какие-то слова кроме матерных, — а не врешь?
Спросил, но тут же мысленно обозвал себя идиотом! Ну не стал бы высокородный князь врать так! И самозванствовать перед лицом «пищи» вампир бы не стал. Вот хоть что в заклад отдам: сказанное чистая правда! Рассуждал я вроде вполне себе трезво, но где-то глубоко внутри, кажется примерно на уровне солнечного сплетения, совсем по детски радостно, билась и ликовала некая эмоция: «Вампир! Целый князь! Мой!!!» И одновременно хотелось прибить себя за эту радость: «Нашел, блин, чему радоваться! Поработил разумного?! Стыдоба-а… Только и оправдания, что абсолютно случайно и из самых благих побуждений! Те самые «благие намерения», которыми придурки вроде меня, вполне успешно мостят вполне конкретную дорогу! Твою ж..!» Но с другой стороны: отказываться от такой удачи было бы чистым идиотизмом.
— Не вру, господин… — с напускным спокойствием ответил вампир на заданный вопрос, даже близко не подозревая о том внутреннем раздрае, который буквально разрывал меня на две части в эти самые мгновения. — И захотел бы напасть — не смог бы. Как и соврать…
— Ладно. Верю. — я содрал латную перчатку, решительно увеличил надрез на ладони и бестрепетно занес руку над лицом князя.
Ему в зубы я все же ее не дам, но и показывать, что все-таки опасаюсь вампира — не дело. Расчет оправдался и как бы не изголодался фон Тирд, а даже движения в сторону моей кисти он не сделал. Лежал тихо и только ходящий вверх-вниз кадык, говорил о том, как жадно он глотает мою кровь.
Следующий мой расчет заключался в том, что подкрепившись, вампир сможет покинуть свое каменное ложе без моего физического участия и он тоже оправдался. Когда очередной, третий или четвертый раз, я почувствовал, что кровь в ранке загустела, то решительно убрал руку и перетянул ее приготовленным заранее платком. Вампир с явно видным сожалением проследил глазами это мое действие и на некоторое время замер неподвижно.
Рывок, последовавший за этим, я увидел только в виде смазанного силуэта, который за долю мгновения слетел с крышки саркофага и предстал передо мной в виде согнутой в поклоне фигуры. Вампир был полностью наг, но казалось ни в малости этим не озабочен и я опять не смог не подумать, что смущаться «пищи», по меньшей мере смешно. И пускай он сейчас признает во мне господина, но на уровне рефлексов я еще долго буду оставаться для него всего лишь едой. Да и прав он, если уж подходить непредвзято, разве не я только что кормил его своей кровью? Так что все справедливо и мне не на что обижаться.
Фон Тирд, тем временем, куда-то быстро удалился, но я не стал его унижать вопросами лишний раз. Впрочем, он вернулся еще до того, как я стал задумываться над вопросом, правильно ли поступил, поделикатничав. Вернулся полностью одетый в добротный и даже нарядный костюм, с широкополой шляпой в руке и черным глянцевым плащом, перекинутым через локоть.
— Идем? Впрочем, прошу прощения, господин, — тут же исправился он с легким поклоном, — я не должен был задавать вам вопросы…
— Угу, — согласно покивал я головой, — а еще не должен был отлучаться не спросив разрешения… — и продолжил, не давая вампиру начать снова унижаться, — может перейдем на более свободный стиль общения? Меня совсем не радует, что ты постоянно говоришь мне «господин». Хочешь верь, хочешь нет, но я понятия не имел о том, что случится, если я напою тебя своей кровью и теперь меня просто с души воротит от твоего унижения! Кстати, а почему так? Княжну ведь я тоже поил и ничего, никакого эффекта подчинения. А ты… Мне очень нужны ответы на некоторые специфические вопросы и я просто боялся, что отвечать у тебя элементарно не хватит сил…
Вампир слушал меня покачивая головой с непередаваемой усмешкой на все еще излишне суховатых губах, а потом внезапно вскинул голову, проницательно вгляделся мне в глаза и воскликнул почти как известный в моем мире персонаж Булгакова:
— С ума сойти! Кто бы мог предположить?! Меня поработило милосердие..! — и хрипловатый, какой-то каркающий смешок разорвал тишину подземелья, — Вы прежде всего пожалели меня, господин, и не отрицайте — я умею чувствовать такие вещи!
Я слегка смутился его проницательностью. Пожалел? Возможно. Сложно было не посочувствовать кому-либо, когда он в таком жутком положении. Однако отвечать вампиру я стал, посчитав за лучшее, сменить тему.
— Ну, так как на счет другого формата общения? Ты не ответил…
— А что конкретно ты предлагаешь, кроме обращения на «ты» и… по имени?
— Вот именно. Просто взаимное уважительное обращение, примерно приятельский формат, без уничижительных форм и постоянного упоминания зависимости. Идет?
— Раз уж ты поработил меня нечаянно, то может и освободишь? — вампир прищурился с хитрой улыбкой, под верхней губой блеснули белым перламутром внушительные клыки.
Я улыбнулся в ответ:
— Не исключено… Только не так скоро, как тебе бы хотелось, ну и не без некоторых условий.
— Как изволишь… — Волюнд с напускным равнодушием пожал плечами, — так о чем ты хотел узнать?
«Не поверил», — мысленно прокомментировал я его реплику, но пытаться переубедить не стал…
***
«Ну да, «хотел узнать»! Да у меня вопросов, на самом деле, до черта, если не больше. Только вот место тут для беседы не самое лучшее, а подниматься на поверхность..? Два мужика в ночном замке с полуголой княжной на руках..? Угу, а если кто-то вдруг попадется навстречу, то мочить без лишних разговоров. Смешно-о… Или она теперь сама пойдет?» — я с некоторым сомнением посмотрел на угомонившуюся Лилли, но теперь, когда над ней перестала давлеть воля вампира, девушка просто крепко спала в своих путах и как-то непохоже было, что ее легко можно добудиться.
Впрочем: будет она спасть или нет, а позволить девушке опять шлепать босыми пятками по каменному полу замка, мне совесть не позволит. Так что альтернатива невелика:
— А скажи-ка мне, мой клыкастый друг, что ты знаешь про секретные ходы в замке?
Видимо этот вопрос вампир ожидал услышать… не скоро, если вообще ожидал, потому что уставился на меня недоуменно, но тут же скроив утрировано-покорную физиономию, все же начал отвечать, «рекламной» интонацией напомнив мне джинна, но не «моего», а персонажа «Алладина»:
— Что? Абсолютно все! Поскольку ни кто иной, а именно я, присутствовал еще при его закладке сего строения, — он приложил руку к груди и коротко кивнул головой, будто представляясь, а потом, чисто человеческим жестом, простовато почесал в затылке и светски осведомился, — прикажете проводить?
— Веди, — согласился я, не обращая внимания не его гримасы и ёрничание, — первым делом — к спальне княжны, — и отвернувшись, принялся отвязывать Лилли от кресла.
Однако, когда держа княжну на руках, всего спустя пару минут я обернулся, то едва ее не уронил, стоило мне только взглянуть на вампира..! Мог бы — ущипнул себя или даже надавал себе пощечин, однако легонькое тело девушки на моих руках, лишало меня любых проявлений мазохизма, поэтому я только потряс головой, будто конь отгоняющий овода и снова уставился в лицо Волюнда, которое за тот короткий срок, пока я отвлекся на Лилли, преобразилось буквально до неузнаваемости!
Стоял, таращился как завороженный вампиру в лицо, а в мозгу кто-то ныл на одной ноте: «Бли-и-ин!», потому что сначала никаких других мыслей просто не было! И только спустя пару минут удалось подумать более-менее членораздельно: «Так вот почему столько разговоров о неотразимом шарме вампиров!» А мужчина, стоящий передо мной… Хотя, какой там «мужчина»?! «Молодой парень» — вот это сейчас самое то! Так вот: парень, грациозно опирающийся сейчас на саркофаг, был не просто красив, нет, в его внешности было нечто большее! Такое…
«Вот так нормальные мужики и меняют свою сексуальную ориентацию!» — всплыло вдруг под черепом откуда-то из глубин сознания. Однако мысль оказалась весьма отрезвляющей: я еще раз с такой силой тряхнул головой, что едва не спровоцировал себе сотрясение мозга, однако извилины встали на место и морок отхлынул. А этот гад смотрел на меня и насмешливо скалился!
— Еще раз выкинешь такое, — зло ощерился я в ответ на его лучезарную улыбку, которая с готовностью сменила насмешку, — я тебе морду набью и не посмотрю, что смазливая!
Вампир в секунду стал серьезным и отвесил мне глубокий поклон.
— Может хватит кривляться?! — разозлился я еще больше.
— Я не кривляюсь, — все с той же серьезной физиономией откликнулся Волюнд, — я искренне благодарен тебе, что даже в гневе ты пригрозил мне всего лишь мордобоем!
— Потрясающе! А чем должен был?!
— Ну, например тем, что пересмотришь условия нашего общения…
— Угу, понимаю, — я покивал головой, — трудно сразу поверить, что имеешь дело не с мразью. Богатый опыт?
Вампир повел плечами:
— Да уж не маленький… Ну, что? Идем? — и сквозь вновь загустевший туман, мы двинулись к лестнице ведущей на поверхность…