Марина Чернышева – Леди Дождя (страница 4)
«Прекрасно, как сон, — подумала я, — и как же славно, что все же не во-сне!»
Мы уже изрядно промокли и следовало возвращаться под крышу, когда у меня вдруг как будто что-то лопнуло в груди и я заплакала от радости — это родился долгожданный стих.
Я плакала и счастливо улыбалась прижимая кулачок к груди и не замечала, что уже стою на аллее совсем одна, а дождь все шел и шел, и не было ему конца...
Марио
Все было плохо. То есть — вообще ВСЕ! Еще недавно жизнь так щедро меня радовала и была полна радужных перспектив и вот... От радужности осталось только видение лопнувшего мыльного пузыря! Я прямо так и увидел его, после того как ликующий влетел к своему руководителю ансамбля и восторженно, пересказал то предложение, что сделал мне всего несколько минут назад уполномоченный шестого канала.
Невероятный успех, который имели мои выступления на гастролях нашего джаз-ансамбля, наконец, принес свои плоды — меня приглашали для серии выступлений по радио! Карлос Эспозито, с которым я, чуть меньше двух лет назад, заключил свой первый в жизни деловой контракт, расплылся в довольной усмешке:
— Надеюсь, что ты посоветовал ему обратиться с этим вопросом ко мне, — буквально промурлыкал он как сытый кот, — по нашему контракту, ты не имеешь права на какие-либо самостоятельные решения, так что, по поводу аренды моего исполнителя, все должны обращаться только ко мне!
У меня противно похолодело в животе: я вспомнил, как будучи простым пареньком из рабочих кварталов бренчал на мандолине и пел только для родных и друзей и, как я, когда представилась возможность подменять одного из музыкантов популярного ансамбля, не секунды не сомневаясь подмахнул предложенный контракт, даже не потрудившись прочесть его как следует!
Позднее я все же прочел его, но на совершенно кабальные условия только хмыкнул и пожал плечами: на тот момент, чью-то возможность наживаться на себе, я не мог рассматривать серьезно, разве что только гипотетически.
И вот пришла пора расплачиваться за легкомыслие: по контракту о котором мне сейчас напомнил Карлос, почти все деньги, заработанные песнями или игрой на музыкальных инструментах, оседали бы в глубоких карманах Эспозито! Более того — именно он решал позволить ли мне петь где-то еще или запретить. И продолжаться это будет еще долгих восемь лет...
От Карлоса я вышел на ставших какими-то деревянными, ногами, с плохо гнущимися коленями и с мерзкой пустотой "под ложечкой"
Восемь лет! Такой огромный срок, который, будем реалистами, на пике популярности не продержался ни один исполнитель. Значит что? За это время Эспозито хорошенько набьет себе карманы за мой счет, а спустя восемь лет мне только и останется, что подбирать крупицы того, что еще сохранится к тому времени.
А то, что она, эта самая популярность, уже не за горами — это и к гадалке не ходи: на концертах сплошные аншлаги, публика хором скандирует после каждой песни мое имя и полюбившееся всем прозвище, а теперь вот, еще и предложение от «шестого», опередившего, я думаю, всех остальных...
Горечь заполнившую рот просто необходимо было чем-то запить и я свернул в ближайший знакомый бар...
— О! Торридо! Марио Торридо! — тут же загомонили посетители едва я приблизился к барной стойке.
— Марио, Марио, позволь тебя угостить! — ломанулся через весь зал какой-то сильно выпивший парень.
— Знойный! Составь нам компанию! — загалдели его приятели и приятельницы.
Довольно симпатичные приятельницы, к слову. А действительно! Чем не компания на сегодняшний вечер? Не напиваться же с тоски в одиночестве?!
Карлос Эспозито, не по годам обрюзгший и изрядно облысевший брюнет, был еще далеко не стар, но все излишества, которые он щедро позволял себе в молодые годы, сейчас легли отчетливыми отпечатками на его лицо и тело и никто из окружающих, на вид, никогда не дал бы ему реальных тридцати восьми. На его фоне стройный и поджарый Марио, с копной антрацитовых мелких кудряшек на голове и с открытой, искренней улыбкой на все тридцать два белоснежных зуба, казался совсем мальчишкой, хоть и успел уже к своим двадцати двум хлебнуть лиха в рабочих кварталах.
Сейчас Карлос не только не возражал против сделанного предложения, а был крайне им доволен, так как шестой канал — это не только весьма приличные деньги, но и известность на всю страну. Известность — Марио, деньги — ему! На его взгляд — вполне справедливо. А в следующий раз, цена Марио, уже известного певца, возрастет в разы. Хорошее вложение он сделал два года назад!
Марио. Сбитый на взлете
Проснулся с дикой головной болью и сразу все вспомнил. Нет, подробности вчерашнего вечера от меня были надежно скрыты алкогольным туманом, но вот причина, по которой я так надрался, стояла перед мысленным взором — во всей красе!
Искоса глянул на старенький, безотказный будильник, подарок мамы на первый мой концерт, когда я еще только подыгрывал основным исполнителям из своего скромного уголочка и понял, что на первую репетицию я уже качественно опоздал!
Странно, что никто из ребят еще не ломится ко мне в комнату. Обычно уже минут через тридцать гонца высылают за нерадивым солистом. Без меня ведь какая теперь репетиция? Возможно, что Карлос предвидел мою реакцию и теперь просто дает мне время прийти в себя? Предусмотрительно, что ни говори, ведь весь репертуар вот уже почти три месяца как завязан на мои итальянские песенки и сицилийские куплеты и если я расклеюсь... Кто же думал, что американцы так их полюбят?
Все началось на одной частной вечеринке, куда нас пригласили в качестве музыкального оформления. Когда главный солист с двумя гитаристами вышли покурить, милостиво предоставив мне развлекать зрителей в их отсутствии, то я рискнул спеть пару итальянских любовных песенок под собственный аккомпанемент и совсем не ожидал, что все присутствующие там женщины вцепятся в меня мертвой хваткой и до самого конца праздника больше не захотят слушать никого другого. Угу. Ни я не ожидал, ни они...
Следующий день начался грандиозным скандалом, на котором солист потребовал либо моего увольнения, либо хирургической операции по ампутации мне языка! Однако Карлос тогда решил рискнуть и включить мое исполнение в привычный репертуар. Действительность превзошла все ожидания: публика сходила с ума и меня буквально не отпускали со сцены срывая другие выступления.
Попробовали ставить мои номера в конце, но тогда, после второй-третьей песни, зрители начинали хором скандировать мое прозвище, вернее — фамилию. Я Торридо — жаркий, знойный, в переводе с итальянского. Так вот — все решили, что это псевдоним или прозвище, которое как нельзя лучше отвечало любовной тематике большинства моих песен и сицилийских народных куплетов.
— Тор-р-ридо! Тор-р-ридо! — неслось раскатистое под потолками концертных залов и под открытым небом уличной эстрады...
Недавние воспоминания даже похмельный синдром сделали менее болезненным, но реальное положение вещей и без похмелья способно было буквально убить!
Для чего, вернее "для кого" мне теперь стараться? Для Карлоса? За прошедшие три месяца моего солирования... (Черт, а такое слово вообще, существует?) Короче: пока я солировал, он уже и так очень неплохие бабки "поднял". Все расходы окупил, да еще и чистой прибыли хватил изрядно. А теперь, когда пришло первое предложение от радиоканала и следует ждать еще нескольких, деньги в его мошну потекут рекою... Угу. В его мошну. А мне придется постоять "на бережку". Вот же гадство!
И почему парни до сих пор за мной никого не прислали? Мне, конечно, совершенно "не греет" сейчас топать на репетицию, но почему не прислали-то? Видимо, все же приказ руководства...
Осторожно-осторожно, будто с заряженной миной в руках, я сполз с постели и медленным и плавным шагом направился в ванную комнату. Холодильник очень кстати случился совсем недалеко от моего курса и в нем, просто чудо Господне, оказалась непочатая бутылочка холодного пива. Так что до ванной я добрался уже довольно бодренько после пивной терапии.
Отец всегда говорил, что не стоит напиваться до такого состояния, когда требуется опохмелка, ну да кто их, стариков, слушает?! Сам-то, небось, на собственном опыте данную истину проверил? Вот и я, когда заведется у меня сынок, буду ему разные «умности» советовать.
Забравшись под прохладный душ, намылился и привычно, как всегда, под шум воды, запел одну из любимых песенок. Вернее — попытался... Это что еще такое? Что за сип и шип вместо моего прекрасного, «бархатного» баритона? Да еще и полное ощущение разрывающих горло кошачьих когтей в глотке... С горем пополам, судорожными движениями смыл с головы заливающую глаза пену и не потрудившись даже прихватить полотенце, выкатился из ванной и помчался на кухню за горячим чаем...
Сколько я обошел врачей? Шесть? Семь? Никогда не думал, что могу с такой одержимостью день за днем мотаться по всему городу «отлавливая» лучших специалистов по горлу. Точнее — по голосовым связкам. Собственно и закончился этот марафон ровно с последней монетой в моем кармане, но результат, что называется, оставляет желать лучшего.
Врачи осматривали меня, назначали дорогостоящие анализы, не менее дорогостоящие процедуры, но в результате единодушно пришли к выводу, что голос пока вернуть невозможно. Да, «пока»! Только по их глазам я видел, что это «пока» говориться исключительно для моего успокоения. Ну, например, чтобы я от отчаяния не сиганул из окна прямо из их кабинета или не выкинул еще какой-нибудь фортель, опасный не только для их репутации, но и для здоровья...