Марина Бёрн – Особое требование (страница 8)
Босс меняется в лице. Похоже, не убедила.
– Что вы несёте?
Голос какой-то недовольный опять. Ну честное слово, нельзя же всё время злиться. Это для здоровья вредно, между прочим.
– Вы ведь Вику хотели, а получили меня? Перепутали просто, наверное?
– Не знаю, Солнцева, что у вас с головой, но если продолжите свои фокусы, то ваше место и правда займёт кто-то другой.
Смотрю внимательно в серые глаза, блеск которых слепит похлеще солнечного зайчика. И тут до меня доходит. Он не с Викой меня перепутал, а просто-напросто не узнал!
И немудрено же!
Мало того что я явилась не в оранжевой толстовке, а в удачно скроенном деловом костюме, как говорит Валька, подчёркивающим «эффектные формы» – это он так мастерски красным словцом обыгрывает мои лишние килограммы, – так я же ещё и накрасилась, волосы уложила!
Облегчённо выдыхаю.
– Вы этому… радуетесь? – неправильно понимает мой выдох Нечаев. Мигом подтягиваюсь, стерев с лица блаженную улыбку.
– Да вы что, Макар Сергеевич! Я в ужасе от ваших слов!
– Тогда, может, перестанете нести чушь и перейдём к делу?
С таким выражением лица ему только киллеров в кино играть. Он бы был отрицательным героем, в которого все влюблялись – и героини, и зрители. Красоту-то у него не отнимешь. Да ещё в этой белой рубашке-поло, оголяющей крепкие бицепсы.
Мой взгляд скользит по руке Нечаева. Его – следит за моим и тоже перескакивает на собственную руку.
Тьфу, Аля.
О чём ты вообще думаешь?
Приосаниваюсь, открываю ежедневник, беру любимую ручку и гордо так заявляю:
– Не «может», а «точно», Макар Сергеевич. Я вся в вашем распоряжении.
Взгляд Нечаева выдает его настроение красноречивее любых слов.
– Пойдёмте, – сухо говорит шеф.
Фуф.
Не уволил и ладно.
Одёргиваю светло-зелёную юбку миди, быстрыми движениями разглаживаю складки на бёдрах и поправляю короткий приталенный жакет. У дверей кабинета Нечаев оборачивается.
– Уже бегу, – заверяю я. Хватаю ежедневник и семеню на высоченных шпильках к боссу.
Открывает дверь и пропускает меня вперёд. Хоть и босс, но джентльмен.
– Вау… – Делаю шаг и замираю. – Да это же кабинет мечты!
Нечаев ухмыляется и направляется к массивному рабочему столу с хромированными ножками-шпильками, рядом с которым стоят два модных дизайнерских стула, похожих на решето – кроме хромированного каркаса на них нет ничего. Наверное, чтобы сотрудники не засиживались.
– Мне сюда? – показываю рукой на подозрительный стул.
– Вам туда, – отвечает он, кивая в сторону жёлтого дивана у стены.
Фуф. Хоть попа страдать не будет. Скорее направляюсь к мягкому месту, пока директор не передумал. Шустро приземляюсь и открываю ежедневник, готовая слушать. Макар Сергеевич секунд пять сосредоточенно изучает что-то на ноутбуке, а затем вальяжно подходит и усаживается рядом со мной.
– Что ж, Аля, – потирает руки. – Надеюсь, вы всё схватываете на лету.
– О-о, я чемпион по фрисби, – улыбаюсь пошире и ловлю озадаченный взгляд Нечаева.
– Для начала предлагаю перейти на ты. Так будет проще.
Как любой здравомыслящий человек понимаю, что на «ты» мы переходим в одностороннем порядке. Потому что тыкать Макару Сергеевичу на позиции личной помощницы станет разве что недотёпа. А я хочу проработать здесь долго.
– Всенепременно, Макар Сергеевич, – деловито соглашаюсь я.
– Я сказал на ты.
– Я поняла. Можете мне тыкать.
– Ты точно схватываешь на лету, Аля?
– Тарелочка уже у меня, Макар Сергеевич, – размахиваю в воздухе невидимым фрисби и со всей старательностью улыбаюсь. – Начинайте.
К счастью, фрисби мы больше не обсуждаем.
Как и тывыканье.
За последующий час исписываю семь листов ежедневника. Макар Сергеевич озвучивает, что мне предстоит делать: управлять расписанием, организовывать встречи, взаимодействовать с разными департаментами, собирать данные, готовить отчёты с презентациями. Это если вкратце.
– …Нет ничего эффективнее, чем полное погружение, Аля, – говорит Нечаев. Пытаясь придать себе умный вид, киваю. Я отнюдь не разделяю его энтузиазм, но сейчас предпочитаю промолчать. – В ближайшие пару дней ты будешь посещать со мной все внутренние совещания. Твоя задача – запоминать и фиксировать основную информацию, а после – получать от меня ЦУ. Посмотрим, как пойдёт. Я рассчитываю, что уже через неделю ты начнёшь работать обособленно. Договорились?
– Договорились.
– Сегодня познакомься с документами, которые направила Кристина, а затем изучи моё расписание. С завтрашнего дня будь готова к встречам.
– Конечно, Макар Сергеевич. – Призадумываюсь, но всё же решаюсь спросить. Здоровье, в конце концов, вещь приоритетная. – А на обед надо отпрашиваться, или я могу отойти в любое время?
Директор бросает быстрый взгляд на мои формы, и, видимо, приходит к выводу, что вопрос для меня насущный.
– На обед можешь ходить, когда тебе удобно. Только убедись, что в это время ничего нет.
– Отлично.
– Тогда приступай.
Нечаев наблюдает, как я встаю с дивана и оглаживаю от складок пятую точку. Смотрит так пристально, что я даже знать не хочу, какие мысли крутятся в его голове. Наверняка, что мне не стоит обедать в принципе. Забираю ежедневник и под сверлящим директорским взглядом кабинет покидаю.
За восемь часов перед моим взором мелькает столько лиц, что хватит стадион заполнить – Нечаев популярен в «Санберри» не меньше, чем рок-звезда у фанатов. Вопрос
Без пяти шесть Макар Сергеевич выпархивает из босс-кабинета и удостаивает меня знаком внимания:
– Ну что, Аля, освоилась?
– Чувствую себя почти как дома, Макар Сергеевич!
Губа Нечаева пытается насмешливо прыгнуть вверх, но тут же возвращается на место. Да, с шефом ещё работать и работать – с чувством юмора у него напряжёнка.
– Я рад, что тебе комфортно. Завтра в девять важная встреча, так что будь на месте вовремя.
Смотрю на него, как солдат на командира. Правда, не вскакиваю и честь не отдаю. Но выпаливаю отчётливо:
– Я буду точна, как стрелка часов.
Нечаев одаривает меня очередным странным взглядом – неужели сравнение не понравилось? – и лёгкой походкой удаляется восвояси.
Фуф.
Можно выдохнуть.
Первый рабочий день позади.
Очень даже чудесный, я считаю.
Меня приголубили, обогрели и ждут завтра. Не то чтобы прям не должны были, но пару раз я висела на волоске.