Марина Бойко – Супермама для вишенки (страница 33)

Сегодня в свой законный выходной можно проваляться в постели до собственного пробуждения, а потом легкой походкой от бедра идти на кухню варить кофе.

Сейчас понимаю, что с моей стороны было наивно думать, что перемены только к лучшему. Да и нет никаких перемен. Стас – это старое забытое прошлое, которое вернулось ко мне бумерангом.

Умывшись прохладной водой, смотрю в зеркало. Вижу по ту сторону отражение и думаю, что Стас никуда не уходил из моей жизни. Из квартиры – да. А вот из жизни – нет.

К одиннадцати заезжает Ната. Мы договорились съездить вместе в свадебный салон. Я сначала категорично отнеслась к ее задумке, но она очень настаивала. Тем более мотивация у нее серьезная – беременным отказывать нельзя.

Натка без конца твердит, что постоянно бродит по детским магазинам. Ей это так поднимает настроение. Присматривает распашонки, бутылочки. Думает, какую лучше коляску брать, какой манеж. Плачет, когда случайно слышит колыбельную.

Радуюсь за нее, но мне кажется, что она обязательно все должна рассказать мужу. Он вправе знать, что у него скоро родится сыночек или дочка.

И она решается. По ее мнению сегодня вечером и настанет тот самый день Х, когда Натка расскажет, что он совсем скоро станет папой.

До этого момента я никогда не бывала в свадебном салоне. Тем более в таком. Иногда, когда проходила мимо витрин, где выставлены свадебные платья - останавливалась и смотрела на красоту за стеклом. Мысленно примеряла, какое мне может подойти. А сейчас мне представилась возможность примерить, покружиться возле большого зеркала.

Это один из самых больших свадебных салонов нашего города. Выбор огромен. Два этажа роскоши, большая примерочная. Огромный зал, в котором витает дух предстоящих свадеб. Море розовых роз в расписных вазах. Картины на стенах, на которых изображены счастливые лица невест. Диванчики, пуфики. Все оформлено в постельно-нюдовых тонах.

На пороге салона нас приветствует улыбчивая женщина на вид тридцати пяти лет. Белоснежная улыбка, белоснежная блузка и облегающая ее стройные бедра юбка ниже колен – тоже под цвет белого жемчуга. Предлагает нам чай, кофе и свою помощь.

Кружево, атлас, шелк. Многослойные юбки, комбинирование тканей, аппликации – просто разбегаются глаза. Современные, дизайнерские, модели – на любой вкус и кошелек.

Обращаю особое внимание на белоснежные платья в греческом стиле, с завышенной линией талии. Мне нравятся варианты с длинным шлейфом и длинным кружевным рукавом. Утонченные, элегантные. В восторг прихожу от платьев-трансформеров со съемным шлейфом и легкой накидкой из фатина.

Я примеряю одно за другим. Не помню сколько мы провели времени, разглядывая такую красоту, но время бежит без оглядки.

Конечно от цен на платья, мне хочется рухнуться в обморок. Но я продолжаю открыв рот рассматривать окружающие меня наряды, так как Ната сказала, что здесь можно взять платье на прокат. Но как дальше выяснилось даже прокат мне не по карману.

- И что сказала мама? – интересуется Ната, когда я выхожу из примерочной в очередном наряде.

- Мама обрадовалась. Сказала, что наконец-то увидит внуков.

- С мамой понятно. Главное, чтобы ты не пожалела.

Молчу, поджав губы. Прикрываю глаза. Дышу полной грудью. Ненадолго задерживаю дыхание, а затем протяжно выдыхаю. Вспоминаю, как меня подставил Глеб. Как вчера пекли щеки от соленых слез. И убедительно отвечаю, что не передумаю.

Обиженная женщина – это самое опасное явление в мире. Как говорит Света: не будите во мне хомячка.

Но Ната имеет на этот счет совершенно другую точку зрения: «Сама придумала, сама обиделась».

Я стою в центре зала. В цветочно-белом свадебном платье с коротким рукавом, без цветных вставок. Пышная юбка, не слишком тугой корсет.

Ната рассматривает меня со всех сторон, как какое-то произведение искусства, цокает языком, а потом выносит свой вердикт:

- Изумительно! Блистаешь, как Кремлевская елка. Это платье сшито, как раз для тебя. Пойдем оформлять?

- Дорогая Наташенька! Я рада, что ты меня сюда привезла, я почувствовала себя настоящей невестой. Когда и фата, и букет и роскошное платье, которое мне могло только присниться. Но я не могу себе позволить купить эту роскошь. Возможно пока. Возможно, временно. Мне сейчас ботинки нужно весенние приобрести. И пальтишко тоже трещит по швам.

Натка намекает, что она может поспособствовать приобретению этого платья и ботинок тоже. А еще предлагает устроить девичник, так еще одна подруга покидает борт корабля, который так долго находился в свободном плавании. А потом задает еще один вопрос:

- А твой Стасик вносит, хоть какой-нибудь вклад в предстоящую свадьбу?

- Мы решили отметить свадьбу в тихом семейном кругу. Думаю и платье у меня есть подходящее: бежевое с завышенной талией, я его на последний звонок надевала в том году. Оно вполне приличное.

- Значит, денег у него нет…, - Натка не договаривает, но я вижу, как ее глаза лукаво сверкнули.

Глава 50

В сумасшедшем ритме времени я не заметила, как пробежала неделя. Сначала приехала мама, затем мы ужинали с родной сестрой Стаса. И все это происходило так быстро - не успевала следить, как пролетел вторник, среда. И день моей свадьбы подкрался незаметно.

Постоянно чувствую себя неловко. Не в своей тарелке. Это когда надеваешь слишком тесную юбку или вкусная еда, от которой воротишь нос, потому что сыт по горло. Это когда тебе пытаются что-то впихнуть цыгане, и ты берешь, потому что у них есть дар входить к человеку в доверие.

А еще на меня навалились трудности с предстоящим повышением. Мне нужно разработать стратегию воспитательной деятельности, организации кружков, досуга школьников. А еще всем что-то от меня надо. Детям, родителям детей, коллегам.

Я сидела в своем новом кабинете за письменным столом, и меня было не видно за огромной кипой бумаг. Единственный плюс такого ограждения, все кто заходил в кабинет – тут же выходили. Потому что думали, что меня здесь нет. И как только дверь за очередным посетителем закрывалась - я с облегчением выдыхала. Снова и снова полное погружение в работу.

Известная фраза: «Не работаешь – жить не на что. Работаешь – жить некогда» - относится ко мне лишь частично.

А моя личная жизнь сейчас настоящее Олимпийское соревнование. Золотых медалей, как собственных ушей не видеть, но принимать участие все равно надо.

Стараюсь не думать о Юдине.

О милой Варюше, к которой  так привязалась.

С улыбкой на лице вспоминаю, как мы с Варей высаживали цветы на балконе, как рисовали динозавра, на которого так похож Глеб. Как Варечка просит конфетку, потому что во рту у нее грусть-печаль. Как она превращается в папу, когда берет из шкафа его шорты, очки, наряжается и, напрягая тонкий голосок серьезным тоном говорит: «Я папа».

Боюсь сознаться себе, что мне очень не хватает этой маленькой девочки-вишенки. Мне не хватает Юдина. Мне не хватает их так, как чего-то самого важного и главного в моей жизни.

Кажется, что пережить можно абсолютно все. только вот останешься ли после всего, что произошло в твоей душе прежней? Такой риторический вопрос я задаю себе почти каждый день.

Совершенно не занимаюсь организацией предстоящей свадьбы.  Мне без разницы какое у меня будет платье, какой они выберут ресторан. У Стаса наоборот. У него горят глаза, когда он слышит слово: ЗАГС, свадьба. Света при виде его крутит у виска, а Натка говорит, что у моего жениха буйное помешательство. Свадебное. Жених сошел с ума на фоне собственной свадьбы. Но мне кажется, что они преувеличивают.

Стас постоянно обнимает меня при первой возможности. Постоянно прижимает к своей широкой груди, обхватив мою талию своей большой рукой. Меня это жутко напрягает.

Создается впечатление, что все рады предстоящей свадьбе. Все кроме меня.

Смотрю на их счастливые лица и понимаю, что обратной дороги уже нет. Я слишком далеко зашла со своей гордостью, амбициями.

Регистрация брака у нас назначена на двенадцать ноль-ноль.

Перед церемонией всю ночь не спала. Крутилась, как юла. Постоянно думала, взвешивала «за» и «против». Все равно приходила к одному решению. Юдин – счастлив и без меня. А я хочу, чтобы был он счастлив. Искренне. Всей душой.

На свою собственную свадьбу я собиралась очень медленно. Медленно натягиваю белые чулки, медленно-медленно крашу глаза. Отрабатываю походку перед зеркалом, долго экспериментирую с прической.

И вот настало то, самое время, когда Стас заезжает за мной. Приглашенные ждут нас в зале бракосочетания.

Он долго сигналит, я никак не решаюсь выйти. А потом мне звонит мама и в телефонном режиме командует: «Быстро марш в ЗАГС тебя люди ждут!».

И я иду. Стараюсь увидеть максимум пользы в этой ситуации. У меня будет обручальное кольцо, я вкусно поужинаю в небольшом ресторанчике. Лишний раз увижусь с подругами. И все будет хорошо. Обязательно.

Нас приветствовал светлый зал с красной ковровой дорожкой и огромных хрустальным светильником. Полная женщина с массивными серьгами в ушах стояла в центре зала, за красивым резным столом и держала большую кожаную папку в руках.

Теребя в руках небольшой букетик, я натянуто улыбаюсь присутствующим в зале.

Шагая по ярко-алому ковру, постоянно оглядывалась по сторонам и всматривалась в лица присутствующих. Их было не так уж много.