Марина Бонд – Верь И Чувствуй (страница 3)

– Фу! – передернулся тот и сел на место.

– Что врачи говорят? Сколько времени понадобится на восстановление? – Лёха Хоббит сидел на кровати в ногах потерпевшего и чистил влажной салфеткой визор на своем шлеме. Длинный и худой, он обладал флегматичным характером и никогда никуда не спешил. Стоял теплый сухой день, и все парни прикатили на мотах.

– Пока ничего. Завтра обход, там и видно будет. Я при любом раскладе здесь долго не собираюсь торчать. Только устроился на новую работу. Еще даже испытательный срок не прошел. Так меня и отпустили на больничный, ага.

– Здоровье поважнее будет. Тем более, твой гарантийный срок давно закончился, – резонно заметил Глеб.

– Ты успел увидеть хоть что-то? Кто это был? – снова встрял Макс.

– Отпустить-то, может, и отпустят, а вот выплатят ли?.. – философски обронил Хоббит и оценил чистоту визора.

– О! Протри мой тоже! – Баламут вскочил со стула, едва не опрокинув его, и подсунул Лёхе свой шлем с целым кладбищем насекомых на визоре.

– Ну, начинается! – недовольно протянул тот, но отложил свой чистый шлем и принялся за новый.

– Выплатит мне цыпа на крутой тачиле, что подрезала меня.

– Типа договорился?

– Типа спалил номера. Теперь не отвертится.

– Э, брат. Это ты так думаешь. Так тебе на слово и поверили, – Глеб перенес вес тела на другую ногу и привалился боком к спинке рядом стоящей кровати. С нее раздался тихий стон и невнятное бормотание байдарочника.

– Я слышал, там камеры недавно установили. Теперь приходится номер загибать, чтоб «письмо счастья» за скорость не прилетело, – пожаловался Баламут, следя за тем, как Лёха очищает его шлем.

– По ним-то и разнюхают горе-гонщицу. Тем более что телочка явно не из простых. Слишком крутая тачка, слишком четкие номера. Такую подоить сам Бог велел.

– Смотри, как бы боком не вышло, – предостерег Желтый. Ждан отмахнулся и стал поправлять подушки за спиной. Лысый потянулся и помог ему.

Они еще немного поболтали. Хоббит дочистил шлем. Дима взял ключи от дома Ждана и пообещал назавтра привезти необходимые вещи. Съели по пирожку – каждому досталось по одному – и отшвартовались.

Глава 4

Ждан досматривал «Трансформеров». В конце фильма шла эпичная сцена, когда военный чувак разогнался на спортбайке, потом специально завалился на бок и по инерции очень долго скользил на пятой точке. Оказался под десептиконом и точными выстрелами завалил того.

– Давайте, рассказывайте, ага! После такого трюка у него не то что штаны, у него задница до костей протрется! – прокомментировал Ждан, когда этот военный с победоносным видом встал и побежал дальше спасать вселенную. Он покачал головой, «восхищаясь» фантазерством американцев. Либо же у всех героев супернеуязвимые задницы. В отличие от его. Он поморщился, когда боль в бедре вспыхнула с новой силой, стоило чуть-чуть поменять положение.

На следующий день после визита парней его перевели в одноместную палату повышенного комфорта. Ничего не объясняя, ни во что не посвящая, просто взяли и со всем барахлом, что привез Лысый, перевели. Тут был и телевизор, и холодильник, кем-то набитый всякими ништяками, и персональный санузел. Не больница, а курорт!

Его неведение закончилось, когда в палату без стука вошли двое хмурых серьезных парней в дорогих черный костюмах, с гарнитурой в ухе, в темных очках, с черными аккуратно подстриженными бородками и черными короткими волосами на голове. Двое из ларца одинаковых с лица. Не говоря ни слова, они проверили шкаф и тумбочки, заглянули в туалет, выглянули из окна и даже прошерстили под матрасом и подушками Ждана, под ошалевшим взглядом последнего. Убедившись, что «всё чисто», один из них выключил телек и занял стойку в углу палаты. Другой вышел, а вернулся уже не один.

Мужчина представительного вида сел на стул, выдвинутый охранником, рядом с кроватью Ждана. Они несколько мгновений молча изучали друг друга. Где-то Ждан уже видел это лицо. Пока он силился вспомнить, мужчина заговорил:

– Меня зовут Евгений Шустов. И так получилось, что моя дочь стала непосредственным виновником аварии с вашим участием.

Точно! Депутат на выборах мэра города! Ждан вспомнил его лицо, которое частенько мелькало во всех СМИ. То он отреставрировал школу, то спонсировал строительство новой детской площадки, то облагородил пансионат для стариков. Да и имя, связанное с его благодеяниями, у всех на слуху.

– Как любой уважающий себя гражданин, вы наверняка осведомлены о предстоящих выборах, а также о том, что я принимаю в них участие. Мне дорог голос каждого жителя нашего города. И ваш – особенно.

Ага, как же! Как будто всё уже не куплено! Ждан скрестил руки перед грудью и слегка наклонил голову, вздернув уголок рта.

– Думаю, вы понимаете, насколько эта неприятная ситуация может уменьшить мои шансы на победу?

Было бы гораздо удобнее замять эту историю. Скажем, чтобы ее вообще не было, как и его. Взгляд Ждана метнулся на охранников: уж не за этим ли они здесь?

– Поэтому я хочу с вами договориться. Как думаете, нам это удастся?

Один из охранников, тот, что стоял позади депутата, поправил галстук. Полы его пиджака слегка разошлись, и мелькнула рукоять огнестрельного оружия. Хитро!

– Смотря что вы хотите предложить.

– Я полагаю, мое нахождение здесь говорит само за себя. Мне важно мое реноме. Взамен я мог бы предложить вам…

Он позволил недосказанности загадочно повиснуть в воздухе. Что? Свободу? Покой? Жизнь? Ждана начала забавлять вся эта ситуация. Не смогла добить дочь, пришел добивать отец. Зашибись! Он усмехнулся и пошел ва-банк. Ему терять нечего.

– Я весь внимание! – со слышимой долей скепсиса протянул он.

А парень не из робкого десятка. Что ж, это хорошо. Шустову нравились сильные противники. Ему нравилось их нагибать и подчинять своей воле. Любыми способами. И чем сильнее оппонент, тем слаще над ним победа.

– Как вы успели убедиться на собственном примере, навыки вождения моей дочери оставляют желать лучшего. Долг родителя не позволяет допустить еще одной аварии. Я не переживу, если с моим единственным чадом что-то случится, – он выдержал паузу и продолжил. – Мне также известно о прохождении и успешном окончании вами курсов по экстремальному вождению авто- и мототехники. Также о курсах вождения в условиях плохой видимости и на различных видах дорожного покрытия.

– Откуда вы это знаете?

– Молодой человек, я всё о вас знаю, – его расчетливые голубые глаза холодно блеснули. – Вдобавок ко всему общий стаж вашего безаварийного вождения насчитывает более десяти лет. Все вкупе эти данные склонили меня сделать вам весьма интересное предложение. Я хочу нанять вас личным водителем для Сусанны.

Ждан почесал заросшую щетиной щеку.

– И в чем же интерес?

– В оплате.

Он сделал знак, и охранник протянул Ждану сложенный вдвое лист бумаги. О боже! Сколько пафоса! Ждан развернул и увидел столько нулей после первой цифры, что сначала сбился со счета.

– Это в месяц. Согласитесь, оплата более чем достойная за такой непыльный труд.

Ждан скомкал бумажку и уронил руку на одеяло.

– Вам проще нанять профессионального водилу и платить ему адекватную зарплату.

– К сожалению, не могу с вами согласиться. Видите ли, мне нужно заручиться вашей поддержкой, а также вашим голосом в предстоящих выборах.

– В смысле купить? – подсказал он более верное слово. Шустов холодно улыбнулся, а его глаза заискрились неподдельным интересом:

– В наших кругах это называют заручиться поддержкой.

– Почему бы вам не откупиться от меня этой же суммой, помноженной на… несколько, и дело с концом?

– Признаюсь честно, мне приходила в голову эта идея. А следом за ней посетила другая, что вы, обладая цепким умом, смогли бы потребовать еще столько же. А потом еще столько же. А потом еще и еще. Нести столь большие и непредвиденные расходы я, к сожалению, не могу себе позволить. Так что мое предложение весьма недурное. Что скажете?

Ждан откинул голову назад и нечаянно стукнулся о спинку кровати.

– Вы ведь уже всё продумали за меня. Зачем спрашивать?

– Я рад! Я очень рад, что нам удалось прийти к соглашению! – он хлопнул в ладоши и довольно потер руки. – Грайр, ты случайно не захватил с собой договор?

Конечно, захватил, и, конечно, не случайно. Он вынул из внутреннего кармана пиджака сложенные вдвое бумаги и вместе с ручкой протянул Ждану.

– Нужна только ваша подпись.

Все паспортные данные, вся информация о нем была уже вписана. Оперативно сработали, ничего не скажешь. Пока Ждан бегло просматривал условия договора, Шустов продолжил:

– Новость о произошедшем инциденте уже облетела все СМИ. Полагаю, вы не откажете мне в любезности опровергнуть все доводы против моей кандидатуры на пост главы города?

Ждан взглянул на него исподлобья, не поднимая головы от бумаг:

– Каким образом?

– К вам наведаются журналисты с местных каналов радио и телевидения, чтобы взять у вас интервью о случившемся. Как вы видите, я сделал всё возможное, – он широким жестом обвел палату и указал на договор, – чтобы вы чувствовали себя максимально комфортно в период реабилитации. Надеюсь, вы сделаете на это акцент в вашей беседе с журналистами.

Так вот откуда ноги растут. Это всё подкуп.

– То есть придут журналюги, и я им должен сказать что-то типа: «Вы знаете, несмотря на то, что Евгений Шустов не может найти управы на свою дочь, с городом таких проблем не будет! Я искренне верю в то, что Евгений Шустов возьмет бразды правления над городом в ежовые рукавицы и никакого беспредела не допустит! Не то что с дочкой».