Марина Бонд – Пепел (страница 3)

– По-моему, он очевиден.

– Другое дело, – он удовлетворенно кивнул и снова стал смотреть перед собой. – Днем придешь сюда, скажешь от Пепла. Тут тебе все растолкуют. Жить будешь в той «сталинке», – он указал пальцами с тлеющей сигаретой на виднеющийся неподалеку дом, – в общей квартире с остальными… – он запнулся и так и не окончил. Потянулся, открыл бардачок, достал связку ключей и протянул ей. – Последний этаж, пятнадцатая квартира.

– Но мне есть, где жить, – снова запротестовала Тая.

Пепел вперил в нее тяжелый волчий взгляд из-под нахмуренных бровей.

– Таки не въезжаешь? Под надзором теперь будешь. И жить, и работать, и в сортир ходить. Вот надо было тебе оказаться в том злополучном отеле? – сетуя, проговорил он как бы сам себе.

– Я же сказала, никому не проболтаюсь.

– Словам в наше время нет веры.

«А слову проститутки – особенно» – поняла Тая по его глазам. Царапнуло. Но не смертельно. Она давно смирилась со скотским отношением к себе подобным. Сейчас же ее волновало другое – грядущие перемены. И пока не ясно, что они сулят.

– Давай, топай, – поторопил Пепел, и женщина, вынужденная признать свое поражение в этой баталии, выскользнула из машины, мягко стукнув каблучками по асфальту.

Глава 4

На другой день Тая отправилась в бар. Ее задумчивое, сумрачное настроение рознилось с ясным и погожим деньком. Она терзалась нехорошими предчувствиями и сомнениями, да к тому же выглядела очень плохо, и чтобы скрыть круги под глазами, нанесла толстый слой тонального крема. Ей удалось поспать совсем немного. Сначала мысли о ее новом положении и о человеке, из-за которого она и оказалась в этом положении, не давали заснуть. Потом девочки вернулись с работы и после короткого знакомства объяснили правила проживания.

Тая подошла к служебному входу и дернула за ручку дверь. Та оказалась не запертой. Прошла по коридору, заставленному вдоль стены коробками и ящиками из-под алкоголя и продуктов питания, мимо кабинета с приоткрытой дверью, и вошла в зал. Неслышно ступая по ковролину, утопая каблуками в коротком ворсе, она пошла по залу мимо столиков, которые перевидали много шумных вечеринок, мимо диванов, которые продавливали упругие девичьи попки, и дошла до сцены.

Там девочка, на вид совсем еще малышка, в простом топе и шортиках пыталась выполнить какое-то движение у шеста. По краю стояли еще три таких же юных, нетронутых ночной жизнью создания. В кресле перед сценой сидела еще одна девушка, но у той вид был совсем другой. Уже по осанке, по тому, с каким видом превосходства она смотрела на сцену, можно сразу определить, кто здесь главный.

Тая остановилась сбоку, но та ее не замечала.

– Добрый день, – поздоровалась она, привлекая внимание. Девушка повернула к ней голову, и небрежно собранный пучок русых волос на затылке заколыхался, как желе. Дерзкий взгляд карих глаз бесцеремонно оглядел Таю с головы до ног и вернулся к лицу.

– Привет, – отозвалась она.

Тая смогла на глаз определить, что девушка явно моложе ее, чего не смогла сделать она. Но оно и понятно – по одежке встречают. А Тая все еще была облачена в «рабочую форму», в которой ну никак не ожидаешь увидеть женщину под сорок.

– Я от Пепла, – сказала Тая и увидела, как девушка сразу же поменялась в лице.

– Понятно, – серьезно кивнула она и поднялась с кресла. Тая никогда не жаловалась на свой рост, но даже при своих ста семидесяти шести на шпильках, взгляд ее устремился выше еще на полголовы, не прерывая контакта с глазами. – Идем со мной. А вы, девочки, тренируйте «лягушку». Приду, проверю.

Девушка развернулась и пошла в другую от сцены сторону. Тая невольно залюбовалась ее плавной грациозной походкой с легким, но не вульгарным покачиванием бедер. Оценивающий взгляд проскользил по всей длине стройных точеных ног, от до неприличия коротких шорт из лайкры до ступней. И тут она поняла причину ее необычайно высокого роста – открытые туфли на высоченной платформе.

Тая проследовала за ней в отдельную комнату, что находилась сбоку от стойки бара. Девушка подкрутила выключатель и свет из бра в золотистых абажурах, что находились в углах комнаты, усилился. Тая увидела угловой диван в обивке из золотой парчи, тяжелые бархатные шторы глубокого красного цвета, что служили вместо двери, и красно-золотистые обои в вертикальную полоску. Комната была пропитана сексом. Не то, чтобы в ней пахло спермой, но в ней царила сама атмосфера похоти и распутства.

Девушка плавно опустилась на один край дивана, жестом руки пригласив Таю сделать то же самое.

– Меня предупредили о твоем появлении и велели ввести в курс дела. Итак, я – Женя, хореограф здешней богадельни, – она взмахнула рукой. – Я учу танцевать на сцене и в приватной комнате. Для этого на репетициях даю растяжку и боди-балет. Это основное. Но помимо этого я ставлю девочкам королевскую осанку, учу красиво ходить на высоком каблуке, а не передвигаться, как каракатица. Учу о чем можно и нужно разговаривать с гостями, а о чем лучше промолчать. Как грамотно вести беседу, чтобы собеседник не заскучал. Я прорабатываю и оттачиваю с ними все мелочи прежде, чем выпустить на смену. Вплоть до таких нюансов, как изящно присаживаться к гостю за столик и элегантно пить коктейль.

Женя сделала паузу и, не дождавшись встречных вопросов, продолжила:

– Тебя как зовут?

– Тая.

– У тебя есть опыт в танцах? – Тая отрицательно качнула головой. – Может быть, спортивное прошлое? – Снова отрицание. – Что ж, тогда будет не так просто начинать с нуля. Но ничего, справимся. Репетиции с новенькими проходят ежедневно в дневное время. При себе иметь обтягивающую, но не стесняющую движений одежду, желательно с открытыми ногами, и туфли на высоком каблуке. Когда научишься уверенно танцевать на простом каблуке, подберем тебе стрипы. Есть вопросы?

Тая сняла сумочку с плеча и положила рядом с собой.

– Это стриптиз-бар, – Женя кивнула, – место, где девушки, танцуя, обнажаются. Насколько?

– Полностью.

Тая внутренне не согласилась с этим условием, выдав свое смятение слегка приподнятой бровью, но в открытую конфронтацию решила пока не идти.

– Как протекает работа в баре?

– Танцовщицы выступают в режиме нон-стоп. В промежутках между выходами на сцену составляют компанию гостям бара и всячески развлекают их беседой, исполнением приватных танцев или другими пунктами Crazy menu, из чего и складывается основной заработок. Чаевые от гостя танцовщица полностью забирает себе. Здесь нет дележки. Это основное преимущество в пользу нашего бара среди прочих.

– И часто раздают чаевые?

– За хорошее исполнение танца довольно-таки.

– Вы сказали, учите танцевать…

– Можно на «ты».

– Без проблем. Кроме танцев мужчина может получить иные услуги эротического характера? Массаж или секс?

– Оказание интимных услуг в баре запрещено, – отчеканила Женя фразу, выученную на зубок. – Гости платят за откровенное шоу, когда красивые обнаженные девушки танцуют, извиваясь и соблазняя их в непосредственной близости. Она платят за атмосферу эротики и искушения, в которую погружаются на приватном танце в отдельной, скрытой от посторонних глаз, комнате.

Тая снисходительно склонила голову на бок и позволила себе покровительственную улыбку:

– Евгения, не хочу ставить под сомнение твои слова и уж, тем более, не хочу тебя обидеть, но за всю свою многолетнюю практику общения с мужчинами, я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что ПРОСТО посмотреть на танец с обнажением – это далеко не все, чего они хотят. Поэтому все, что ты мне тут пролепетала – абсолютная чушь. Я никогда не поверю, что мужчина готов платить за то, чтобы его возбудили без логического продолжения.

Женя смущенно кашлянула и на миг отвела взгляд своих внимательных цепких глаз.

– У нас есть «Crazy menu», как я уже сказала. Среди прочих пунктов есть такой, который называется «освободить девушку от работы». В девяноста девяти случаев из ста, когда гость оплачивает эту услугу, то увозит танцовщицу из бара. Куда и чем заниматься – остается между ними. Не исключено, что это секс или что-то в этом роде.

Вот это уже другой разговор. А то все эти танцульки – детский сад. Не ее профиль.

Тая откинулась на спинку дивана и только теперь почувствовала себя вольготнее. Сковывающее ее напряжение отпустило.

– Тогда мне подходят условия работы, – и внутренне скривилась сама над собой. Можно подумать, ее об этом кто-то спрашивал.

Глава 5

Тая перевезла все свои вещи с одной съемной квартиры на другую. К счастью – или, наоборот? – у нее так и не накопилось за всю жизнь собственной бытовой техники, мебели и прочего вещевого хлама. Всего-то два чемодана – посчитай, налегке. Причем один из них – сплошь костюмы для работы. А вот они-то как раз таки пригодятся.

Квартира, что занимали танцовщицы, представляла собой объединенную жилплощадь из двух квартир. Четыре комнаты, по две девочки на каждую. Роскошь, если взять во внимание в каких условиях Тае, бывало, приходилось жить.

Она стала посещать репетиции каждый день, а когда поняла, что раньше времени ее до работы не допустят, удвоила свои усилия. И вот тогда впервые за долгое время ее накрыло горестное осознание своего возраста на фоне молоденьких танцовщиц. Не то, чтобы она заблуждалась на этот счет. На прежнем поприще большая часть девушек была моложе ее, но визуально это не так ярко бросалось в глаза. Проституция старит преждевременно, и даже двадцатилетних малышек затаскивает до неузнаваемости за каких-то пару-тройку лет. Курение, алкоголь, не обходилось и без наркотиков – все это в чрезмерных дозах слишком пагубно влияет на молодые неокрепшие тела и они увядают раньше срока. Но Тая с головой дружила всегда, и для себя такой же участи не желала. Наоборот, старалась поддерживать себя в физической форме, стабильно посещая тренажерный зал, и даже следила за своим питанием. Но все одно, когда она встала в коротких шортах и свободной футболке на одно плечо на одну сцену с остальными «новенькими», в глаза сразу бросились явные отличия их тел. И скорее это подстегнуло Таю усерднее заниматься, нежели желание зарабатывать.