Марина Безрукова – Опасный флирт (страница 30)

Сорвавшись с места, побежал к команде. Маргарита внимательно за ним проследила. Давно она не видела его таким потерянным.

– Сокращаем, а потом начинаем полубоком отступать! Молодцы! Хорошо! Всё правильно! – доносилось с поля.

Влад не останавливался ни на минуту, бегал так, будто завтра ему играть в решающем матче. Помогало плохо. Перед глазами так и стояла Катерина, которая, сложив на груди руки, ждет его путаных объяснений.

«Да ничего она не ждет, - с неожиданным раздражением подумал он, сдувая с верхней губы пот. – Сидит уже, небось, с карандашиком и отмечает в ежедневнике дату, когда идет к адвокату, юристу, нотариусу и так далее. И пускай! Всем будет проще!»

Он остановился и посмотрел на Марго. Она так и стояла на другой стороне поля. И в этот момент Влад почувствовал себя очень одиноко. Казалось, будто их разделило не несколько десятков метров, а безбрежный океан. Он закрыл на секунду глаза и представил, что Марго больше нет. Вообще нет. И почувствовал такое безнадежное отчаяние, что поскорее нашел ее взглядом и выдохнул с облегчением. Здесь. Она здесь. Рядом.

После тренировки опасливо заглянул в телефон. Ничего. В недоумении повертел его в руках: позвонить самому? Ага, и что сказать? «Привет, ты там, надеюсь, увидела, что я приводил в нашу квартиру другую женщину?»

От неопределенности сводило скулы, но и ускорить события было невозможно. Оставалось только ждать. Маргарита после обеда уехала с Яковлевичем по каким-то бумажным делам. Влад был этому только рад. Нужно побыть одному. Внимательно всё обдумать.

Оправдываться и придумывать отговорки, он не станет. Влад упрямо сжал губы, вспомнив презрительный взгляд тестя. Даже, если Катерина вмешает во всё это отца, он не станет юлить и прятаться. Им нужно спокойно поговорить и попытаться решить ситуацию с минимальными потерями.

После обеда не выдержал и набрал жену. Катерина не ответила. Внутри снова поползли холодные склизкие змеи. Значит, всё. Просто, как человек сдержанный, она не стала устраивать скандал по телефону.

Ближе к вечеру она перезвонила сама. Сердце противно задрожало.

– Да, - прохрипел он и тут же откашлялся.

– Влад, я сегодня задержусь... У нас полный сбор штаба. Последние штрихи, так сказать…

– Ладно, - проскрипел Влад. – Во сколько тебя ждать?

– Не знаю… Думаю, не раньше десяти. Всё, давай…

– Катя!

Влад замешкался. Раз она разговаривает с ним, как обычно, значит, ничего не заметила. Неужели пронесло? И лучше, наверное, даже не касаться этой темы. Но он не мог, иначе сойдет с ума. Ему нужно убедиться, поэтому рискнул:

– Ты всё утром успела?

В телефоне повисла пауза, а потом раздался совершенно спокойный, только немного уставший голос Катерины:

– А… ты про квартиру? Нет, ты знаешь, я не доехала. Мне позвонили из федерации, пришлось на полпути разворачиваться и ехать к ним. Может быть, завтра получится.

Влад прислонился к стене и молитвенно закрыл глаза. Сердце перестало выделывать кульбиты и забилось ровно. Он расплылся в счастливой улыбке. Боже, только что смертный приговор оказался отменен. Он помилован.

Это ему наука – не стоит больше рисковать и ходить по лезвию ножа. И нужно поговорить с Яковлевичем по поводу жилья для Марго.

Напряжение схлынуло так резко, что задрожали колени. Мир мгновенно распушился яркими красками. Если бы в этот момент Катерина оказалась рядом, он схватил бы ее в охапку и закружил.

Однако радость схлынула также неожиданно, как появилась. Это не отмена смертного приговора. Это всего лишь отсрочка. Рано или поздно, придется что-то решать. А он не может даже об этом думать. Оставляет на потом. Как будто кто-то другой это сделает за него.

При мысли, что нужно будет говорить с Катериной, по коже пробегал озноб. Одновременно в ушах звучал прерывистый стон Марго и ее шепот: я твоя… И сразу становилось жарко.

Мечтая о том, чтобы эти мучительные качели уже когда-то остановились, Влад автоматически свернул на одну из улиц, по которой еще вчера ехал к дому. Она оказалась перегорожена. Влад поднял голову и увидел знак «тупик». Он невесело усмехнулся и, развернувшись, поехал в объезд.

Глава 30

Катерина сунула телефон в карман. Теперь и она лжет. Графитовая волна ударила о бетонные сваи. Вдалеке на пляже виднелись фигурки людей. Лето… Несмотря на поздний вечер, люди гуляют, любуются закатом, бросают собакам палку, чтобы с улыбкой смотреть, как их лохматый друг несется, разбрызгивая воду за своей добычей.

Это ее любимое место. Старый причал, где раньше разгружали контейнеры. Редкое место на заливе, где сразу начинается глубина. Обычно здесь любит бывать молодежь. До недавнего времени рядом стоял металлический ангар, где проходили ночные шоу и дискотеки. Потом ангар закрыли, но кто-то предприимчивый открыл небольшой павильон-кофейню.

Катерине нравилось здесь бывать. Сюда не доходили мамаши с детьми, слишком опасный пирс без ограждения, а других посетителей было то густо, то пусто. Всё зависело от времени года и погоды.

Кофейня, впрочем, работала до поздней осени, и всегда находились те, кто, даже в ноябре готов был взять бумажный стаканчик и, стоя на грубом, со сколами бетоне, кутаться в теплый шарф и смотреть на свинцовые волны. Они обещали путешествие. И подтверждением тому служили дебелые паромы, медленно пробирающиеся в сторону Прибалтики.

В руках остывал чай. С можжевельником и ежевикой. Едва заметный пар струился над стаканчиком. Катерина неотрывно смотрела на воду. Ее лучший друг и психолог – вода. Только она способна подарить покой и умиротворение. Даже вот такая – темная, тревожная, но всё же живая.

Завтра рано утром она уедет на йогу-ретрит. Почти сто километров от дома, где соберутся такие же уставшие души. Три дня практик в полной тишине. Это одно из условий. Молчание. Из звуков только природа. Шелест озера, которое неразборчиво бормочет свои мантры, шум леса и мелодичный удар набата, созывающий в столовую.

Жирная, крикливая чайка села на бетонный столбик, торчащий из воды. Поскользнувшись, взмахнула крыльями и закрутила головой в разные стороны. Неподвижным глазом уставилась на Катерину. Как будто спрашивала: ну что? как ты собираешься дальше жить?

Волны лениво щелкали языками, взбивали неопрятную пену, растворяя ее в себе. Катерине показалось, что она тоже превратилась в пену. Расползлась странными лохмотьями, и собрать ее воедино больше невозможно.

Хотелось выпрямиться и закричать прямо в море, захлебнуться словами, выбросить их на ветер, чтобы он унес и рассеял над водой всё, что сдавливало и выкручивало внутренности изнутри.

«Сколько раз я могла изменить ему? Сколько?» - шептала Катерина, щурясь в серое низкое небо. Чайки насмешливо что-то проклекотали в ответ. Вспомнился поцелуй с Игорем на кораблике.

Показалось, что ее опутали толстыми веревками гнев и отчаяние, а вместе с ними обида и отверженность. Они смеялись и глумились прямо в лицо. Катерина огляделась: неужели никто этого не видит? Ей мерещилось, что на ней горит клеймо обманутой женщины. Неудачницы, которая не сумела сохранить верность мужа.

Семнадцать лет возводила она этот замок. Замок их семьи. И вот теперь он накренился и грозит рухнуть. Выживет ли она под его обломками? Есть ли смысл, глядя на расползающиеся стены, бегать и пытаться соединить их железными стяжками? А может быть, стоило уже давно установить аварийные маячки? Чтобы они успели предупредить о грядущей катастрофе.

Катерина мучительно обдумывала, где она просчиталась. Чего не предусмотрела? Казалось, всё было идеально. Она обеспечила мужу надежный тыл. Так повелось по негласной договоренности. Но Влад всё нарушил. И от этого она испытывала злость.

Взглянула на часы. Пора ехать домой. И снова делать вид, что ничего не случилось. Из всех стратегий эта самая подходящая. Наблюдать. Словно не по своей воле попала в эксперимент. Пусть это будет игра. Ведь Влад так любит игру.

План давно накидан на бумаге. Нужно прожить это состояние и обратить его в опыт. Страдания и слезы ей не помогут. Быстро допив чай, Катерина выбросила стаканчик в урну и пошла к машине.

***

– Ретрит? – Влад удивленно приподнял брови.

– Да. Мне нужно побыть одной.

– Почему?

Спросил осторожно, будто едва коснулся горячей поверхности. Катерина подняла глаза, Влад смотрел прямо в лицо. На секунду ей показалось, что он пытается прочитать ее мысли.

– Странный вопрос, Влад. Чемпионат скоро. Мне нужно сконцентрироваться.

– Ну, раз ты меня бросаешь, может, сконцентрируемся напоследок на чем-то приятном? – шутливо спросил он и попытался притянуть ее к себе.

Каждая ее мышца задрожала от напряжения.

– Нет. Прости. Я устала и мне в четыре вставать.

Она развернулась и пошла в спальню. Ей не двадцать, чтобы закатывать истерику и бить посуду. Лучше принять решение с холодной головой. Почему-то казалось, что если бы она рассказала обо всем отцу, он посоветовал бы то же самое. Не торопиться. Поиграть, как кошка с мышкой. Он и сам любит так забавляться.

Игра с Владом – это ее обезболивающее. Анестезия. И пока она действует, можно думать и действовать. Или довериться времени, и оно само всё расставит по местам.

Уснула на удивление быстро и крепко. Проснулась за десять минут до будильника. Влада рядом не было. Обнаружила его в гостиной, на диване. На большой плазме футболисты гоняли мяч. Под рукой, рядом с пультом лежал телефон.