Марина Белинская – Застрявшие между жизнью и смерти (страница 23)

***

Ева в очередной раз повернулась на бок, убирая руку на другую сторону подушки…ощутив её холод она улыбнулась…как это обыденно, другая сторона подушки которая всегда комфортнее, думаю сейчас все мы ощутили ту самую прохладу. Это мелочь жизни, всеми понятая и испробованная, на самом деле их таких много, это тиканье часов, запах сигарет, солнечные зайчики которых мы в детстве гоняли по всей комнате с помощью зеркала, пение птиц летом…где-то между четырьмя и шестью часами утра…на траве тогда ещё не тронутая роса и проходя по двору ты возвращаешься уже с мокрыми ногами…светит ещё не жарящее солнце, и даже если это самое жаркое лето, чувствуется прохлада.

Думаю сейчас вы это ощутили, если когда-то были в подобных ситуациях. Ведь они обыденны и мелки…но именно из мелочей и состоит наша привычная жизнь. Мелочи не заметные, когда они по одной, но когда их много и ты постоянно с ними встречаешься, ты ощущаешь нечто большое.

Девушка раскрыла глаза и тут же отскочила к другому краю кровати, держась за одеяло.

– Что у вас за мода такая! Врываться в мою комнату без разрешения! – возмутилась она.

– В этом доме не ничего твоего, – пропел Неф.

Он сидел в своём любимом кресле сложив ногу на ногу и ухмылялся. Уварова оскорбительно вскинула брови и широко раскрыла глаза.

– Да ладно тебе, я шучу, – рассмеялся он. – Один рабовладелец постоянно говорил так, – сказал он. – Пока я его не убил, – протянул шатен. – Но сейчас не об этом, сегодня ты развлекаешься со мной, – мужчина потер ладони. – Через полчаса жду тебя внизу, пора работать.

С этими словами он вскочил с кресла и направился прочь из комнаты. Девушка тяжело вздохнула и рухнула на кровать, закрывая лицо подушкой и рыча в неё.

– Двадцать девять пятьдесят девять, пятьдесят восемь, – он вновь возник в комнате.

– Да поняла я тебя, – устало сказала она, вставая с кровати и направляясь в сторону ванной.

– Не утони, – пропел он.

– Это тоже слова рабовладельца? – прищурилась она.

– Нет, его рабов, – сказала он и удалился из комнаты.

Девушка зашла в ванную, вставая перед зеркалом и осматривая себя, вчерашняя вылазка морально её дико вымотала и она буквально рухнула на кровать. А сегодня…будто бы этого не было, она свежа и весела…готова на новые свершение и дела. Она посмотрела на косметичку, которая стояла на одной из полок и закусила губу…стоит или нет? Она смотрела много видео по этому поводу и ей хотелось….выглядеть ещё лучше….ещё красивее…ей этого хотелось…ей хотелось видеть себя прекрасной…а ей казалось что с косметикой она будет прекраснее.

Она схватила косметичку, выкладывая несколько предметов на раковину, умылась, после чего хотела сделать основу…но отбросила.

– И так нет ничего из ряды вон.

Она взяла подводку, открывая её и закрывая один глаз, который дергался от этого и ей было не комфортно. Дрожащей рукой она пыталась вырисовать стрелку, но спустя пару минут рука дрогнула сильнее и на её лице красовалась чёрная полоса.

Для неё это было чем-то особенным, до этого она никогда не притрагивалась к косметике и теперь первый раз училась этому…выглядело, конечно, забавно, но во многих вопросах сейчас она была словно ребёнок и даже банальное нанесение макияжа для неё было чем-то особенным. То, что кажется нам порой обыденным и скучным…для кого-то может быть шагом к чему-то…для неё это было таковым.

– Смотреть больно, – рука девушки снова дрогнула и она кинула подводку в раковину.

Обернулась, Элизабает с ухмылкой наблюдала за происходящим, облокотившись о косяк двери и сложив руки на груди крестом.

– Будет крайне забавно, когда ты с горем по полам накрасишься и залезешь в душ, – продолжала она.

Ева сжала зубы, понимая правоту брюнетки и, скинув вещи, залезла в душ.

– С чего бы решила прихорошится? – спросила Огден, разглядывая косметику.

– Просто захотелось попробовать, – ответила светловолосая.

– Как интересно, – загадочно сказала Лиз. – Ева, скажи, ты когда-нибудь любила?

Уварова замерла, сильнее сжимая волосы.

– Я люблю родителей, маму, папу, – ответила она, пытаясь увильнуть от ответа.

– Не юли, зеленоглазик, – усмехнулась она. – Я про молодых людей.

На губах Уваровой заиграла насмешливая улыбка, вспоминая что вышло из её первой и последней любви…или влюблённости…даже непонятно как назвать.

– Когда-то мои родители заплатили одному мальчику….чтобы он играл со мной в любовь-морковь. Он добавился ко мне в друзья в интернете, мы долго общались, потом пару раз сходили на свидание,– сказала она. – А на третьем ему стало меня жаль, – голос дрогнул. – Он сказал, что не может обманывать больную, сознался и скрылся, – она поджала губы. – Я не разговаривала с родителями две недели.

– Очередная вещь за что я не люблю людей, – развела руками она. – Обман во благо, убийства во благо, воровство во благо и так далее. Они делают больно друг другу, оправдывая себя благами намереньями. Но грех не может быть во благо.

– Возможно, ты и права, – пожала плечами девушка, выключая воду и оборачивая себя полотенцем. – Но это прошло, нужно уметь прощать.

– Пошли, приведу тебя в порядок. – Огден кивнула в комнату.

Девушка улыбнулась, пройдя за ней и уселась напротив зеркала, смотря на себя и на брюнетку.

– А к чему ты спросила про любовь? – она озадачено посмотрела на девушку через зеркало.

– Многие считают, что девушки красятся чтобы кому-то понравится, – улыбнулась та, кидая всю косметику на столик.

Ева улыбнулась….в мире столько вещей, столько действий, которые мы совершаем иногда просто так, не преследуя никакой цели, но другие всё равно пытаются найти в этом какой-то скрытый подтекст…сложно найти чёрную кошку в чёрной комнате, а особенно когда её там нет.

– Да и вы с Маркусом, – начала Лиз.

– А он здесь причём? – недоумевала она.

– Мне показалось ваше взаимодействие…каким-то…особенным что ли, – пожала плечами она. – Когда ты последний раз дралась…между вами было что-то.

На лице Евы проскочила улыбка. Она вспоминала те самые моменты, когда они тренировались…когда он заставлял её до потери пульса заниматься…но потом она делала успехи и он хвалил её…ей это нравилось…очень нравилось. Потом тот момент в поле…его глаза…это вызывало в ней целую гамму эмоций и радости…счастья…а когда он помог ей..после первого убийства…он нравился ей…возможно она была влюблена, просто…не осознавала этого. Она никогда не чувствовала подобного поэтому…она не сразу смогла понять что именно происходит с ней…а сейчас…слова Лиз…и словно щелчок в голове…он был ей далеко не безразличен.

Пока Ева была глубоко в своих мыслях, думая о Марке…она и не заметила. Как Лиз уже закончила.

– Тик так, – послышался голос со стороны коридора.

Неф стоял и укоризненно смотрел на девушек.

– Полчаса уже прошло.

– Буквально пять минут, – показывая руками цифру, сказала она

– Милая, тебя внизу уже ждут, – он взглянул на брюнетку.

– Ему лишь бы выдернуть меня откуда-нибудь, – прыснула Лиз.

Она подошла к Нефу, поправила ему пиджак и тут же направилась вниз. Ева продолжила сборы и спустя несколько минут она быстрыми шагами направилась вниз, уже было собираясь выйти на улицу, она услышала звуки из подвала, подойдя ближе, услышала Марка и Лиз, которые пытались вытащить из Ткачёва информацию. Его голос…она прислушилась к нему, вспоминая транс, в который он её вводил…да…тогда она тоже испытывала что-то…но мысли о убийствах затуманили разум..сейчас она понимает это чувства…от него мурашки идут по спине…..приятные мурашки.

– А подслушивать не хорошо, – шёпот раздался над её ухом и она тут же обернулась.

– Третий раз за сегодня ты застаешь меня врасплох, – возмутилась она.

– Значит тебе уже есть чему у меня поучится, – наигранно улыбнулся он. – Шевелись

Они направились в сторону двери, после чего сели в машину и двинулись в сторону города.

***

Ткачёв был также связан. Его ноги были привязаны тугими верёвками к ножкам стула, руки же были переброшены через спинку и перевязаны от запястья к плечам тугими узлами.

– Вопрос номер один. Что ты знаешь о «Винаторес Корпорейт»? – Маркус встал перед ним.

Полицейский лишь усмехнулся, презрительно оглядывая блондина с ног до головы.

– Скажи, сколько тебе? – спросил он, приподняв одну бровь.

Сейчас он уже не выглядел как тот проигравший полицейский, теперь он ощущал силу и власть в своих руках, даже будучи связанным, он понимал, им нужна информация и они не станут его убивать, тем более зная их природу, Сергей мог делать что угодно, боятся ему нечего…в этом проблема большинства правителей, полководцев и даже простых людей. Чрезмерная уверенность в своей силе и не умение здраво оценивать ситуацию – своего рода порок.

– Это то, что должно интересовать тебя в последнюю очередь, – ответил блондин. – Я повторю свой вопрос. Что ты знаешь о «Винаторес Корпорейт»?

– Я ничего тебе не скажу, – рассмеялся он.

Послышались шаги на лестнице, и в помещении тут же оказалась Элизабет, она взглянула на Ткачёва, а после на Маркуса.

– У хорошего полицейского не получилось, пришёл плохой, – она склонила голову на бок и улыбнулась. – Извините за каламбур, – она посмотрела на Сергея.

– Даже интересно, как тайное сообщество бессмертных убийц собираются узнать то, что им нужно. Убить то вы меня не можете, – рассмеялся полицейский.